«Насчет реакции окружающих – не волнуйся, думаю, вопрос уладим. Тем более раз ты уже встал на путь исправления», – успокоила МарьяИвановна.
А потом следом прислала:
«Ох, тут еще инфа о нападении на вас с Йеной пришла! Везет тебе на уродов!»
«И не говори!»
Сонечка побежала к Михаилу Игнатьевичу, а я на завтрак.
В столовой было также полупустынно. Столики заняты едва на треть. Все пациенты – цифровые, что еще раз меня убедило в нецелесообразности перелета сюда при сливе. Зато, в отличие от реального государственного места общепита, тут было чистенько, пахло вкусно, повара приветливо улыбались, а меню радовало разнообразием блюд. Прямо как в хорошем кафе. Впрочем, как я уже успел заметить, почти все тут так устроено. Несмотря на старательное стремление приблизить виртуальные миры к действительности, кое-что в них делается все же немножко лучше, немножко сочнее, немножко насыщеннее, немножко удобнее, а вкупе – соблазнительно для наших грешных душ.
Поскольку специальной диеты мне не назначали, можно было взять поднос и нагрести у раздаточной стойки все, что желудку угодно. Голод меня уже не терзал, но ради удовлетворения любопытства я нагреб целую гору еды. Донскую уху, суп с пельменями, жареную картошку с яичницей, зеленым луком и укропом, тушенные в сметане грибы, оладьи с повидлом, творожную запеканку, пирожок с маком, слойку с сыром, рулет с орешками и кремом, пудинг с шоколадной начинкой, чай с жасмином, какао с молоком, лимонад и компот из малины. Как в том анекдоте: «Что не съем, то понадкусываю». Тем более за казенный счет.
Сразу все не унес, пришлось ходить дважды. И когда, капая слюной, приступил к дегустации, ко мне подсел пациент-игрок очень бандитской наружности и усмехнулся:
– Малая, а харя не треснет?
Глава 14
Подтянутая осанка, огромный рост, бугры мышц, короткий ежик волос с полоской проседи, бычья шея, живописно разукрашенный шрамами фейс, цепкие немигающие глаза и зычный командный бас. Если бы не трехдневная щетина и «зоновские» перстни-татуировки, я бы вообще подумал, что этот колоритный персонаж – военный. Какой-нибудь подполковник в отставке. Тем более и ник у хумана подходящий – «Воевода».
Однако веселые (и совсем без «наезда») нотки в голосе и лукавый прищур «дедушки Ильича» сводили на нет все устрашающие составляющие в образе данного типа.
– Конечно, не хотелось бы стать похожей на тебя, – тонко намекнул я на изувеченную морду незваного гостя. – Однако я буду больше жалеть, если не отведаю всю эту виртуальную кухню.
– Бу-га-га! А ты шутница! – громко рассмеялся мужик, заставляя испуганно вздрогнуть условно больных неписей за соседними столиками.
– Да и нужно же хоть чем-то компенсировать минусы от воскрешения в этой дурацкой зоне, – продолжал я объяснять причину своего аппетита не по летам.
– В первый раз в больнице? – догадался Воевода.
– Угу. И, надеюсь, в последний, – кивнул я.
– А что так?
– Как что?! Кроме того, что тут неплохо кормят, все остальное – чистейшее убийство времени! Десять часов коту под хвост! – посетовал я.
– Не обижайся, но сразу видно, что ты нубка.
– Разве только я? А что же тогда других, более опытных игроков тут не наблюдается?
– Потому что мы в относительно мирной локации. Здесь народ нечасто умирает. Но вблизи тех районов, где ведутся боевые действия, особенно между игроками топовых уровней, госпиталя переполнены.
– А при чем тут игроки топовых уровней? – непонимающе нахмурился я.
– Хорошо, объясню подрастающему поколению, в чем соль, – сделал одолжение Воевода.
– Спасибо, – заранее поблагодарил я и приготовился слушать.
Геймер принялся загибать татуированные пальцы:
– Во-первых, когда ты восстанавливаешься в больнице, то не теряешь набранный на текущем левеле опыт…
Только теперь я заметил, что и впрямь экспы у меня столько же, как и было до убийства. Что ж, согласен, десяток сброшенных процентов хай эдак сто плюс может и не набить за проведенное на кушетке время.
– Во-вторых, бесплатный ночлег и еда. Хотя для «стариков» это как раз не актуально. А вот для вечно голодного молодняка от двадцати до тридцати, уже покинувшего учебные заведения, но еще не накопившего на собственное жилье или приличную гостиницу, очень неплохой способ сэкономить.
Возможно, и так. Это сейчас я на всем готовеньком, а как окончу школу, почувствую все прелести взрослой жизни.
– А «в-третьих» имеется? – уточнил я.
– Конечно! То, что полезно для всех без исключения, – хороший двенадцатичасовой бафф!
– Бафф? – перепросил я.
– Да. Так что не спеши глотать порцию витаминок, которую тебе вручат при выписке. Лучше спрячь пилюли под языком, а потом вынь и используй, когда действительно понадобится.
– Ух ты, спасибо большое еще раз! – поблагодарил я. – А то я уже зареклась сюда попадать. Но после нашего разговора беру свои слова обратно.
– Не за что, это все в гайдах[65] есть.
– Да их все не перечитаешь.
Воевода улыбнулся:
– На дочь ты мою сейчас похожа. Она точно так же говорила, когда между нами возникал спорный момент: «Ты был прав, папочка. После нашего разговора беру свои слова обратно». Тебя случайно не Маринкой зовут?
Ах, так вот почему он подсел ко мне!
– Нет, не Маринка, – покачал я головой. – А ей тоже семь лет?
– Девять, – показал Воевода одну растопыренную пятерню и ладонь с подогнутым большим пальцем, затем с грустью добавил: – Было бы.
Секунду назад взведенный как пружина, здоровяк резко обмяк.
Мне вдруг стало очень неудобно выдавать себя за девочку. Но я все же удержался от признания и тихонько произнес:
– С Мариной что-то плохое случилось?
– Да, – хрипло отозвался мужчина, пряча в пол мокрые глаза. – Шесть лет назад в автомобильной аварии.
– Соболезную, – тяжело вздохнул я и тоже отвел взгляд, дабы не смущать плачущего мужчину.
– Обдолбленный сыночек местного князька с компанией таких же богатеньких сосунков выскочил на красный свет и прямо нам в правую бочину, – продолжал дальше изливать душу собеседник. – У них джип с кенгурятником, а у нас тольяттинское корыто. Дочка и жена сразу насмерть. А мне только морду раскроило!
Пусть выговорится. Он, наверное, долго держал в себе, прятал в дальний уголок сознания, а тут я некстати нарисовался. Вот и прорвало.
– Их наказали? – спросил я, искренне надеясь не услышать историю о том, что с мажоров преступление стекло как с гуся вода. Такое частенько случается – адвокаты докажут, что ребята ехали с положенной скоростью и на зеленый светофор. А по результатам экспертизы выяснится, что ангелочки не то что не наркоманили, но даже шампанское на Новый год не пригубляли.
– Да… Я наказал! Прям на перекрестке приговорил того ублюдка, что за рулем сидел. Остальных в реанимации откачали. Понимаешь, я как увидел своих, сразу крышу сорвало. Это тогда, кстати, клок у меня седой и выполз на черепушке. Мгновенно.
Я сглотнул, попутно осознавая, что наверняка облик чара игрок полностью скопировал с себя.
– И что потом?
– Потом суд и тюрьма. Пять лет строгача. Но это еще повезло. Папик того сучонка рвал и метал. Грозил сгноить, требовал пожизненного. Сослуживцы мои подключились: справки о ранениях, ордена-медали мои показали. Короче, на состояние аффекта контуженого морпеха многое списали.
Ого-го! Все-таки я угадал о военном прошлом!
– На нарах просидел всего четыре года. За хорошее поведение чуток скосили. После освобождения сначала забухал по-черному. А потом как-то племянник подсунул мне диск с игрой. С тех пор почти безвылазно здесь. Полтора года уже. Эх, забывать о горе начал, а тут ты.
– Мне жаль, что растеребила вашу рану, – пискнул я.
– Ничего. Ты же не виновата. Наоборот, спасибо, что напомнила о дочке. Можно, я буду называть тебя Маринкой?
