прессу. Её мне доставляют в номер. «Правду», «Известия», «Комсомолку», «Советский Спорт» и «Литературку» с «Неделей». Ну да, дорого — для студента. Рубль в день стоит подобное газетное обслуживание. Но тут, в «Советской», останавливаются преимущественно иностранцы, которые цен на советские газеты не знают, а если и знают, то терпят. Те, кто читает наши газеты, наверное относят их покупку к командировочным расходам.
Ладно, не о газетах разговор. А о том, что в них.
А, вот. Выдержки из интервью Корчного. Мол, Карпов не сильнее Спасского, не сильнее его самого. Мы б вас побили, кабы вы нас словили, ага. Ну, а что Петросян? «Будьте объективны, Виктор Львович! Вы уступили Карпову в матче потому, что играли хуже, чем он!»
Всё правильно, играл бы лучше — победил. А раз проиграл, значит, играл хуже. Ясно любому, зачем об этом писать в газете, тем более Петросяну, девятому чемпиону мира, «Железному Тиграну», великому шахматисту? В газете должны быть новости, а не трюизмы, «Волга впадает в Каспийское море». Но раз написал — значит, это кому-то надо. Не просто кому-то, а тому, кто обладает властью.
Зачем? Отвлечь внимание от чемпионата СССР? Возможно. На чемпионате СССР происходит что? На чемпионате СССР происходит то, что лидирует со стопроцентным результатом гроссмейстер Чижик, демонстрируя полное превосходство над соперниками. Восемь из восьми на час публикации. А теперь уже девять из девяти. Нет, о чемпионате тоже написано. Хотя могли бы и поподробнее.
Ну, ничего, посмотрим, как будут развиваться события.
Я включил «Грюндиг», настроился на «Дойче Велле». Здесь, в Ленинграде, да еще поздним вечером, приём отличный. И широта, и долгота подходящие, да и высота тоже — мой номер на шестнадцатом этаже. Из окна — вид изумительный. Днём. А ночью лишь цепочки фонарей. Вот если бы подсветить, разукрасить здания, как в Лас-Вегасе, какая бы красота получилась!
Еще и подсветят, дай время.
Я взялся за остальные газеты. В «Комсомолке» — заметка Ольги Стельбовой о новом молодёжном журнале «Поиск». Произведения о войне и о мире. Первый номер появится в ближайшие дни, возможно, в ближайшие часы. Начинается публикация романа Владимира Богомолова «В августе сорок четвёртого», а также новый, написанный специально для «Поиска» рассказ Станислава Лема о приключениях Иона Тихого! Объявлен конкурс фантастического рассказа для читателей на тему «Мир победившего коммунизма»! И многое другое! Открыта подписка во всех почтовых отделениях Советского Союза, дополнительный каталог номер три!
Ну, молодца!
А о Леме я и не знал, что будет. Вот куда пошли денежки, оказывается.
Из Лас-Вегаса мы летели через Нью-Йорк, в котором пробыли пятьдесят восемь часов. Две ночи. Билет нам взяли на рейс «Pan Am» — американцы поддерживали свою компанию не только на словах, но и долларом. Я раздал каждому по две тысячи долларов. На разграбление города. Ну, и накупили, что могли. В рамках предельного груза багажа, конечно. Самолёт — не теплоход, машину не втиснешь. Лиса набрала много чего всякого. Для родителей, братьев, ну, и себя не забыла тоже. А Пантера — немного. Братьев нет, отцу американское не с руки, да и есть возможности, потому смогла выручить Надежду, взяв часть её покупок в свой багаж. А деньги, сказала она, для дела пригодятся.
Вот и пригодились. Как она провезла валюту в Союз, и знать не хочу, а вот как расплачивалась с паном Станиславом, мне интересно. Возможно, через общих знакомых? Не обязательно в Польше, могла и через австрийцев. Ладно, не важно. На будущее рисковать-то не нужно, у меня ведь счёт в Дойче Банке, можно провести оплату легально. Видно, хотела сюрприз сделать.
И сделала. Первому Читателю, как же. Хотя официально я оформлен как «редактор-консультант». Для бухгалтерии. А как же: и зарплату начислять, и для пенсионного стажа. Хотя у меня стаж идёт давно, со школы, когда приняли в Союз Композиторов, но и редакторский пусть будет. В дороге и верёвочка пригодится. Тот же Петросян — главный редактор приложения «64». В трудовую книжку «шахматист» не пишут. Все вокруг любители. Как бы. Не корысти ради, а токмо из любви к искусству.
Но обучение шахматам обыкновенно начинают с основ эндшпиля. Вот и шахматист должен прежде всего озаботиться об эндшпиле. О старости. Собственной.
Мдя…
Я не думаю, что нынешние рубли понадобятся мне через пятьдесят лет. Вот совершенно не думаю. Через пятьдесят лет эти рубли будут лишь историческим артефактом. Потому что, разумеется, через пятьдесят лет наступит коммунизм. Даже раньше. Много раньше. От каждого по способностям, каждому по мордасам… нет, как там правильно?
Я спал. Во сне чего только не привидится…
Огонь, смерть и крысы…
Утром я встал разбитый. И голова болит, и в горле першит. Не иначе, простыл. Шёл из цирка пешком. Для разминки. Но почти полуторачасовая прогулка по ночному Ленинграду, пожалуй, перебор. Плюс мороженое. Вот и прихворнул немного. Самую малость. А мне сегодня с Талем играть. Незадача. Как бы мне не заразить Михаила Нехемьевича.
Горничная пришла, принесла газеты. Я попросил её сделать ватно-марлевую повязку. Две. Подробно рассказал, что и как. Сказала, что конечно, что сделает.
И действительно сделала. Через два часа принесла. Вполне годные. Хорошо, когда есть и люди, и деньги.
Лечился я больше самовнушением. Аутотренинг по Френкелю. Мне нет преград ни в море, ни на суше, мне не страшны ни льды, ни облака. Пять минут по радио — и вся страна здорова.
Вообще-то в игровые дни я хожу либо в Эрмитаж, либо в Русский музей. Проведу час-другой перед хорошей картиной или скульптурой, и сразу на душе лучше становится. Снейдерс. Или Левитан. Или Айвазовский. Или Рубенс.
Но сегодня не пойду. Аутотренинг — хорошо, но тёплое молоко с мёдом тоже не помешают. Побуду в помещении. А потом из вестибюля — в такси. И обратно тоже в такси. Ни тебе цирка, ни тебе театра. Да и зачем цирк, когда играешь с Талем.
И я, в нарушении порядка, взялся за «Комсомолку».
«Карпов — сильнейший» — заголовок подвала. И далее: гроссмейстер Михаил Чижик считает Анатолия Карпова сильнейшим шахматистам. А слова Корчного, добавил чемпион СССР, лишены смысла и неинтересны.
Вот и давай интервью. Переврут, и как переврут: вроде бы по мелочи, и опровергать нечего. Да, я сказал, что Карпов сильнейший, имея в виду претендентов на шахматный трон. Но есть ведь и сам шахматный король, Фишер. Ну, и есть Михаил Чижик, добавлю скромно. Но это ладно. Тонкости. Пусть.
Хуже, что получается, будто я клюю Корчного. А я Корчного не клюю.
