этого.
Может я и ошибаюсь, но именно так и было записано той самой, пожелтевшей тетрадке. А тот пацан - третьеклассник, пока еще не ошибался. Да и в книгах о любви и о браке написано примерно то же: слишком долгий конфетно-букетный период может вызвать подозрения, что вас элементарно водят за нос. И с соблюдением техники безопасности могут появиться вопросы. Об этом забывать не стоит, лишние проблемы нам обоим ни к чему.
Пока мы тряслись на заднем сиденье троллейбуса, я не переставал болтать, а она – внимательно слушать. А рассказать мне было о чём: об одних лишь походах можно было книгу написать. А у меня и Италия с её магазинами, кофейнями и салонами мод, есть в запасе. Тут же вспомнил, что привёз брату джинсы, но прилично промахнулся с размерами.
- Они ему слишком велики, где-то сорок четыре-сорок шесть, так что если хочешь, могу предложить. Совсем недорого.
Желание то у неё имелось, и немалое, а вот денег - увы. Похоже, я угадал, все свои невеликие сбережения она вложила в этот "Веритас". Недолго думая, я предложил схему, позже известную как лизинг. Сказал, что при следующей встрече могу передать ей джинсы на примерку, и если подойдут - пусть забирает.
- Ну а деньги позже отдашь, когда разбогатеешь.
- Нет, Саша, я так не могу, они наверное, очень дорогие. Что я родителям скажу?
- Так и скажешь, что купила. Купила за двадцать четыре рубля.
- Ну да, кто же в такое поверит? Старший брат рассказывал, что купил такие же за сто сорок, еще и радовался, что получилось так дёшево.
- Веточка, так ты объяснишь им, что это американские - дорогие, а у тебя будут итальянские, они дешевле. У меня даже чек сохранился. Там и цена имеется - две тысячи четыреста лир. Пусть возьмут и поделят на курс, он в газетах бывает. Сейчас, это примерно сто пять лир за рубль, вот и получится всего двадцать три рубля. Ты только в институте никому не рассказывай. Сразу упадешь в их глазах -подумают, что это болгарская "РИЛА" с трактором на кармане. Поморщатся, мол колхозная одежда.
А сам подумал - вот уж эти женщины никогда не знают, чего же им хочется, пока подружка не похвастается.
О своём композиторстве я решил промолчать - а то бы вовсе забронзовел в её глазах.
Всё шло отлично, пока я не задал вопрос: - А в вашем городке как живут? Что у вас новенького?
После этих слов Ветка напряглась: - А что, по мне так видно, что я не местная? – недовольно спросила она.
Совсем забыл, что в эти годы, приезжие старались выглядеть по- столичному : одевались по киевской моде, старательно избегали провинциального суржика. Я тут же вспомнил трёх подруг из фильма "Москва слезам не верит" и понял свою промашку. Она ведь считала, что за два года стала уже своей в городе и четко вписалась в местную тусовку.
Нужно было срочно исправлять ситуацию.
- Да не то чтобы видно… скорее наоборот. Просто одна цыганка научила меня гадать по руке. Сказала, у меня к этому талант. Вот глянул на твою ладонь и догадался. А что, и правду угадал?
Она подозрительно взглянула на меня и протянула руку:
- По руке, говоришь? Тогда давай, погадай ещё.
Ну вот, сам напросился - теперь придется дозированно выдавать известную мне информацию. И я с задумчивым видом начал.
- Живёшь ты в небольшом городке к западу, но недалеко от Киева. Родители … твои родители скорее всего оба врачи или учителя, и работают вместе, в одной школе или больнице. Хотя нет, скорее всего в школе. У тебя есть брат…, даже два - один старший, другой младше. А ещё - у вас есть коза. Учишься ты на втором или третьем курсе, но в общежитии не проживаешь. – после чего я отпустил её руку и спросил: - Ну как, все верно?
От удивления её глаза стали круглыми. - Всё угадал! Но как? Саша, я хочу ещё, погадай ещё, пожалуйста…
Её тон был таким умоляющим, как у маленького ребёнка в магазине игрушек, который тянет маму за руку и просит купить заводную машинку. Но я все же попытался соскочить
- Так я же говорю, меня не научили, а только начали учить, да и давно это было. Взглянув в ее умоляющие глаза, я сжалился. - Ну хорошо, давай руку, попробую еще. - Что могу сказать? Год или два назад ты сломала ногу и дней десять ходила в гипсе…
Тут же, мне пришла в голову мысль, что появилась отличная возможность подстраховаться от принятия ею необдуманного, а главное - неправильного решения. Поэтому, я уверенно продолжил:
- А ещё, сама посмотри, вот здесь линия твоей судьбы пересекается с линией любви. Это значит, что замуж ты выйдешь года через два-три, но не позже двадцати четырёх. Главное - не спеши, хорошенько подумай, и все у тебя сложится. Еще скажу, твоя любовь случится не в вашем городке, а здесь, в Киеве.
Нормально так придумал, теперь года два точно будет осторожничать. По крайней мере, хотел бы так думать.
Последние минут пять до своей остановки Вета пребывала в глубокой задумчивости. Видать, до сегодняшнего дня не слишком верила в цыганские пророчества и привороты, а тут вдруг такое.
Я проводил её до дверей, где мы и распрощались. Перед уходом я намекнул, что у меня есть неплохие связи в культурной среде, так что иногда могу достать билеты на концерты заезжих знаменитостей и даже на фестивальные фильмы. Выразив сожаление, что у её тёти нет домашнего телефона, я нацарапал свой номер на бумажке и попросил не стесняться, и если появится время и желание, обязательно позвонить. Когда-нибудь. Уверен, что она непременно так и поступит - как только соберёт деньги на джинсы, так и позвонит. Обязательно.
Домой я возвращался в отличном настроении. Наконец-то, могу зачеркнуть еще один пункт - да ещё какой важный. По дороге, не забыл содрать с двери лифта своё объявление о продаже недорогой швейной машинки. Жаль, что поленился сделать то же самое и в соседнем подъезде. Тогда бы Е. Беридзе не беспокоили лишние две недели.
На следующий день, на нашем факультете состоялось долгожданное событие - распределение, которое года на три определит судьбу каждого. Не смотря
