словесную порку? Ни в чем себе не отказывай, меня это никак не заденет.
— Ну, рассказывай, зачем пришла? — в голосе звучало веселье и предвкушение утех.
— Я буду здесь работать. — надеюсь, мой голос прозвучал достаточно убедительно.
— Кем же? — голос сочился патокой.
— Какие есть вакансии?
Еще один хмык.
Женщина медленно встала и походкой от бедра прошла к шкафу. После долгого выбора она достала одну из папок и швырнула на стол.
— Все эти анкеты ты должна заполнить. Про себя, про родственников, образование, дополнительные специальности, навыки, знания иностранных языков, опыт работы, характеристику, наличие хронических заболеваний, дату последней диспансеризации, наличие водительских прав… Также обязательно пройти несколько тестов. — она вновь посмотрела на меня из-под опущенных очков, — Тест IQ, например. И сдать анализы в нашей спец лаборатории.
По мере того, как Ирма перечисляла требуемое, моя челюсть ползла вниз. Да я только неделю буду заполнять все эти формы.
— Далее, все эти сведения проверят, твою кандидатуру рассмотрят, и ты будешь приглашена на собеседование… с комиссией! — Женщина замолчала, выжидающе на меня глядя.
Я широко улыбнулась:
— Я могу приступать? — если она думала, что меня можно испугать бумажной работой и медкомиссией, она глубоко заблуждалась.
Поймав нотку досады на лице Ирмы и потерю ко мне интереса, удовольствие ощутила уже я. С интересом открыла врученную мне папку и углубилась в изучение предстоящего объема работ.
Женщина еще какое-то время остервенело поклацала по клавиатуре, похлопала дверцами шкафов, а после и вовсе удалилась из кабинета, громко цокая каблуками.
Шкафы, установленные вдоль стен и ломившиеся от идентичных папок с досье работников, нездорово будоражили мое любопытство, отвлекая от заполнения формуляров, но я держала себя в руках, подозревая, что это может стать очередной проверкой.
Мое желание получить здесь работу было настолько жгучим, что я словно резала себя ножом наживую, преуменьшая свои навыки и знания, перенесенные из прошлой жизни, перечеркивая на корню свои достижения.
Складывающийся пазл выглядел донельзя удручающим и вгонял меня в депрессию.
Родственники — алкаши. Образование — отсутствует. Дополнительное обучение — отсутствует. Знание языков — под вопросом. Права нескольких категорий — отсутствуют. Навыки стрессоустойчивости, работоспособности, лояльности к работе в коллективе — недоказуемо. Опыт работы — актриса на шоу шарлатанов.
Мда-а-а… Дела-а-а.
— Ты закончила? — неожиданный окрик вывел меня из задумчивости.
— Думаю, да. Где теперь я могу пройти медосмотр?
Ирма выглянула в коридор, подозвав того, кто стоял снаружи. Этим кем-то оказался мой утренний сопровождающий. Ирма растеклась патокой:
— Олег Анатольевич, ну что ж вы все сами, да сами. Слишком много чести, — она кинула на меня пренебрежительный взгляд.
Мужчина подобрался.
— Не положено. Алексей Алексеевич мне дал приказ организовать все в лучшем виде, и спросит с меня персонально. — было слышно, как он подавил вздох.
Он вызвался сопроводить меня к медикам.
Мужчина уже никуда не рвался, как это было утром, старался подстроиться под мой шаг, и был несколько отстранен и задумчив.
Мне было интересно, что изменилось за эти пару часов, но меня, увы, никто не спешил просвещать.
— Руководства нет почти, хотите небольшую экскурсию?
— Я? — сперва мне даже показалось, что обращаются не ко мне.
— Ну да. Мы идем коридором для обслуживающего персонала, а можно парадным коридором пройти. Для сотрудников это не возбраняется, кроме дней, когда присутствует президент или высокие гости.
Я улыбнулась.
— Конечно, мне очень интересно, спасибо!
Пара переходов сквозь неприметные двери, небольшие соединяющие коридоры, и вот перед нами открывается вид на немое великолепие.
Все, что я видела до этого, не идет ни в какое сравнение с картиной, которая открылась моим глазам. Золото! Всюду, куда ни глянь: на стенах, во фрагментах лепнины, на потолке в росписи, золотые люстры с мириадами подсвечников, золотые полы, отшлифованные до зеркального блеска.
Золотые плитки пола складывались в причудливые орнаменты, которые перетекали словно живые из резных листьев в цветы, а те, в свою очередь, в каких-то фантастических животных. Уверена, можно днями напролет бродить здесь и любоваться. Совершенно сказочное очарование у этих шедевров старины.
— Можно просто ослепнуть! Глаза разбегаются, — я не сдержала вздоха восхищения.
— Согласен. Сколько бы раз ни проходил мимо, невозможно не сбавить шаг, рассматривая детали. Причем, каждый раз видишь что-то новое.
— Сюда же не пускают туристов?
— Нет, что вы, такой чести удостаиваются лишь высокие гости. Бывает, проводятся фуршеты, но это такой уровень, — мужчина закатил глаза.
Остановила на нем свой взгляд украдкой. Надо хотя бы запомнить, кого держаться в этой круговерти событий. А то вот так случись навстречу пара человек с идентичной внешностью, и я заработаю себе косоглазие в попытке определить который из них мой!
Мужчина был довольно симпатичный. Лет тридцати пяти — сорока. Густые, темные, коротко стриженные волосы; гладковыбритое лицо, с едва заметными ямочками на щеках; нос, когда-то сломанный, но вправленный на место; высокий лоб; ясный, открытый взгляд зеленый глаз в обрамлении длинных, темных ресниц.
Я часто заморгала, чтобы сбросить наваждение, и резко уставилась в пол. Вот это да… Такая брутальная красота. Вот же я даю стране огня. Пришла на экскурсию, называется! Слюни распустила до пола! Аня, собери мозги в кучку!
Надеюсь, подростковые гормоны мне не сыграют «службу». А то, конечно, своих проблем у меня мало.
— Анна, нам лучше поспешить. Ирма Богдановна очень строго относится к распорядку дня и пунктуальности сотрудников. В ее подчинении огромный штат, но она буквально живет здесь сутками напролет, настолько предана своей работе. Она, скорее всего, будет вашим прямым начальником в ближайшее время. Процедуры проверки растягиваются порой на неопределенный срок.
— Какая хорошая новость, — надеюсь, мой сопровождающий не порезался о мой сарказм.
Олег Анатольевич продолжил, словно и не заметил, хотя на миг мне показалось, что его глаза озорно блеснули.
— Если мы сейчас выйдем на улицу и пройдем через двор, то заметно сократим расстояние. Вы не против?
— Мои бедные ноги в таком жутчайшем шоке от этих забегов по царским залам, что каждый дополнительный шаг равносилен пытке.
— Это плохо, — мужчина встал, как вкопанный и уставился на мои ноги.
Показалось, что он даже дыхание затаил — так сосредоточился на обработке информации и поиске решения.
— Я никак не смогу пригласить сюда к вам специалистов, там масса оборудования, какие-то анализы берутся и обрабатываются прямо на месте. — он говорил, глядя уже мне в глаза, а сам, словно оправдывался.
Что такого сказал ему этот Алексей Алексеевич? Я в шоке. Так сдвинуть мужику мозги за пару часов. Да мне самой страшно!
— А какие еще есть варианты, как добраться до медиков?
Мужчина просветлел лицом.
— Нам все равно
