Борис Гринштейн - ЗЕМЛЯ ЗА ОКЕАНОМ

Пахота и сев производились в Россе, как и во всей Калифорнии, после первых дождей, поздней осенью - зимой, жатва - в июле. Агротехника была достаточно примитивной. Земля не удобрялась из-за вольного выпаса скота и невозможности накапливать навоз. Под пар поля тоже не отводились и не удивительно, что в 1830-е годы земли уже были истощены, зарастали сорными травами. Что касается пахотных орудий, то "в селении бывали работники из всех мест пространной России, и потому каждый делал на свой вкус… сохи финляндские, малороссийские, русские, сибирские и калифорнские, коих сошники ничто иное как заостренный кусок толстаго полосового железа. Для последних употребляли быков; а под остальные - лошадей; однако на местах более гористых неудобно обработывать обоими средствами и употребляют к возделанию индейцев, которые лопатами взрывают землю".

Подсобную роль в земледелии играли садоводство, огородничество и скотоводство. Однако по мере расширения пахотных участков для выгона скота поблизости селения оставалось все меньше пространства. Скот начал разбредаться далеко в горы и порой пропадать. Постоянные стрелки из алеутов вели регулярный промысел оленей. С Фараллонских островов доставляли мясо сивучей и морских птиц и яйца.

Нехватка рабочей силы компенсировалась за счёт индейцев. Ещё Муравьев, после издания новых привилегий РАК в 1821г., в предписаниии Шмидту писал: "Индейцы не есть русские подданные, то и не должно их брать в свою опеку, теперь не время думать о их образовании, а не худо принуждения пользоваться их трудами, так, что, не навлекая на себя упреку в насилии, извлекать из них пользу для Компании".

В 1825г. Шелехов доносил главному правителю: "Индейцы расположены к русским очень дружелюбно; из них семейств до 20-ти живет безотлучно в селении, а многие приходят времянно и всегда с охотой работают… пашение производится всегда с помощью окрестных индейцев. По первой повестке в горы является до 100 человек дюжих мущин и все с охотою, а привычные и с великой ловкостью принимаются за все работы. За труды их надобно накормить, прилежнейшим же и смышленным выдается иногда рубашка из холстинки и одеяло, или пара платья из равендуку". В этот период формируется прослойка толмачей и бакеров (ковбоев, от испанского vaquero) - более или менее обрусевших индейцев.

Вообще Павел Иванович старался по мере возможности защищать "своих индейцев". Это хорошо видно из переписки его с Хлебниковым по поводу выдачи беглых из миссий. "Не знаю, что мне делать с испанскими индейцами;- падре Хуан тревожит меня безпрестанными присылками за оными, но я не могу никак их отыскать;- между тем тайон Бодегинских индейцев, известной Вам Валенила, просил меня, чтобы не возвращать испанцам его команды индейцев, представляя, что они, принадлежа русским, не признают никак себя подвластными испанцам, и что хотя среди них и есть индейцы крещеные и жившие несколько времяни у испанцев, но все они захвачены были вероломным образом в Малой Бодеге у самого жилища русских…"

Под нажимом Хлебникова, приказавшего выдать беглых и обвинившего Шелехова в укрывательстве, Павел Иванович распорядился "…схватить их сколько поблизости селения находилось. Об остальных Валениле объявил, чтоб он возвратил их непременно, он послушался и тогда же ходил отыскивать, но возвратясь объявил, что они его не послушались, но обещали застрелить его при вторичном приходе. Узнав от него место их жительства, я отправил самого испанского солдата, дав ему 2-х русских, но они, проездя целый день, не могли найти не одного". Шелехов не уточняет, сколько беглых индейцев им схвачено, а ответственность за возврат остальных возложил на Валеннилу, фактически дав им время, чтобы сбежать.

В колонии получили распространение различные ремесла и подсобные промыслы, ориентированные главным образом на вывоз - в другие колонии и Калифорнию. Развивались кожевенное производство, кузнечное, медное, ювелирное. Поддерживались постоянные торговые контакты с соседними миссиями и более отдалёнными областями Калифорнии. Появилось ремеслянное производство на заказ, особенно обуви, одежды, ювелирных изделий. Особенным спросом пользовались шлюпки и баркасы. Монахи миссий испытывали потребность в гребных судах для переездов через обширный залив Сан-Франциско. Чего только не встречается в среди предметов, изготовленных для калифорнийцев или заказанных ими в Россе: "коляски о двух колесах, телеги, колеса, бочки, разную мебель, двери и рамы, медные кубы, фуражки красного сукна, капоты фланелевые, туфли бальные, сумки для патронов, жернова и точила и прочее, и прочее.*(3)

В апреле 1828г. селение Росс подверглось эпидемии некоей болезни, вызывающей кровавый понос и которую Шелехов называл "корью" (скорее всего это была дизентерия или тиф). Русских эта болезнь не коснулась, но все креолы и алеуты были ею больны, и в течение трех недель умерли 29 человек. Для предотвращения возможных эпидемий - по крайней мере оспы, против которой колониях имелся материал для прививок, к середине декабря были привиты все жители колонии и более 500 окрестных индейцев.

Преемником Шелехова в Россе стал присланный для этого в 1829г. Петр Степанович Костромитинов. Как и Шелехов, он происходил из купеческой семьи но был неплохо образован. Шелехов же занял пост правителя Ситхинской конторы. 16 ноября 1830г. Костромитинов принял должность правителя Росса, а 12 декабря "страшный шторм, невиданный со времени основания крепости, в двух местах обрушил обветшавшую крепостную стену, поломал крылья у ветряной мельницы и причинил многия другие повреждения". Ремонт потребовал значительных расходов при том, что колония Росс была для Компании убыточной. На ее содержание тратилось примерно 45 тыс. рублей в год, а доход в среднем составлял всего 12 883 рубля.

Став главным правителем колоний, барон Врангель пытался решить проблему повышения доходности Росса. Он послал туда Нохима Финкельштейн, снабдив деньгами и инструментами для массового изготовления бочечной клёпки, также отправил к нему дюжину кули. Кроме того Фердинанд Петрович выписал с ковровой фабрики деКалма мастера для производства войлоков, предписывал увеличить производство солонины на месте и подключил Росс (посылкой людей и бочек) к ежегодной заготовке в Калифорнии солонины. Значительных прибылей это не принесло, зато урожай пшеницы 1832г., "несмотря на туманы, поздние дожди и необыкновенное множество мышей получился много обильнее прежних лет".

В июле - сентябре 1833г. Врангель с семьей лично посетил Росс. По переписи, на тот период при селении числилось 329 человека, из них 228 взрослых (149 мужчин и 80 женщина), остальные - дети до 16 лет. Из числа взрослых 45 человек составляли русские (в большинстве мужчины), 72 человека - индейцы (примерно равное соотношение мужчин и женщин), 57 челловек - алеуты (среди них мужчины преобладали), 25 человек - креолы (в том числе 15 женщин), 14 евреев - (из них 6 женщин) и 12 китайцев.

Осмотрев селение и его окрестности правитель с супругой, во главе отряда в 20 человек, совершил экспедицию к берегам Березового озера, а оттуда в долину реки Сакраменто.

"Не доезжая около 10 верст до Сакраменто, они встретились с первыми индейцами… Внезапно взору предстала открытая поляна, на которой до 200 индейцев, не имеющих на себе почти ничего, выкрикивали свои боевые кличи. которые были вооружены, раскрашены, и выглядели очень воинственно. Остановив своих людей, готовых открыть стрельбу, барон безоружным вышел вперед и с теплой улыбкой обратился к индейцам по испански: "Адиос, амигос". Спасла Фердинанда Петровича, по видимому, его приятная, располагающая внешность. Вождю Анаше понравилось дружелюбное поведение пришельца и он терпеливо выслушивал пространное объяснения, не смущаясь, что делались они на незнакомом языке… Среди индейцев впрочем нашлось двое беглых с миссий и вождь, получивший заверения в мирных намерениях пришельцев вместе с подарками, отправил их проводниками с отрядом".

"Плодородием земли и здоровым климатом долина de Sacramento превосходит Верхнюю Калифорнию, которая и сама столь известна ими, что обратилась почти в пословицу. Прекрасная сия земля ожидает возделывателей; обширная равнина произрастает тучными травами; дубовые и хвойные леса не приносят жителям иной пользы, как снабжать их дровами в короткие умеренные зимы; реки не служат еще путями сообщений и самое море не уделяет свои богатства беззаботным жителям сей страны; ее источники промышленности неистощимы, но остаются по сю пору без внимания…

Внутренность сей прекрасной земли осталась покуда terra incognita для калифорнийцев; знают по преданиям и рассказам индейцев, что за горами, на параллелях Сан-Франциско и и еще далее к северу, находятся весьма обширные озера, берега коих населены множеством речных бобров; глубокая река de Sacramento, в Сан-Франциский залив впадающая, выходит из сих озер, называемых калифорнийцами Tulares. Промышленные с английского компанейского заведения на реке Орегон и наши индейцы каждогодно приезжают в сии места для ловли речных бобров и покупки лошадей от индейцев, кочующих по равнинам реки Sacramento и отгоняемых ими из миссий с немалой дерзостью."