конечно, побороться с таким бугаем, но весовые категории у нас явно разные. Также никак не прореагировала на то, что Ияр просто разорвал на мне нижнее платье. Скорее всего, мозг готовился самозабвенно отключиться, чтобы не мучить меня впоследствии воспоминаниями, потому-то я и не обратила внимания на какой-то шум снаружи.
Бандиту тоже явно было не до него, он предвкушающе поглаживал мои ноги, затем резко их развёл и, рыкнув, завалился на меня.
М-да… как-то по-другому представляла себе подобное. Хотя я и в страшном сне не мечтала быть «поруганной» главарём отщепенцев, но уж сам процесс, если не считать моего на то желания или его отсутствия, явно происходит по-другому. Должно быть какое-то… движение…
Находящийся в ступоре мозг потихоньку начал приходить в себя. Кроме того, что Ияр лежал на мне неподвижно, я ощутила странную влагу на животе. И, наконец, взгляд смог сфокусироваться на торчащей из его спины стреле.
Вроде должна была кричать, но не стала. Скорее всего, всё ещё действовал ступор. Я просто тупо смотрела на оперение древка. Как тени от огня «играли» на нём.
– Они тебе явно не понравились, – заявила, повернувшись к изваянию Сехмет. – Спасибо, что не допустила, – произнесла тихо.
Бандит оказался очень тяжёлый, и спихнуть его как-то не получалось. Даже «ужиком» пробовала выскользнуть, но придавило меня основательно. Вздохнув, прикрыла глаза и решила не рыпаться. Помощь где-то рядом. Скоро меня найдут и освободят.
Неожиданно лишний вес исчез. А мою голову аккуратно приподняли.
– Как вы, божественная? – услышала я хриплый шёпот. – Он как-то навредил вам?
От облегчения и осознания, что меня спасли, я засмеялась, пытаясь заставить предательские слёзы прекратить течь. И нет, это был не Зубери.
Ошарашенный Парамесу растерянно смотрел на меня. Он был явно незнаком с женской истерикой. Откат накрывал по полной.
– Сейчас принесу воды… вы подождите… просто спрятал лошадь в сторонке… чтобы не вспугнуть... минуточку…
Я вцепилась в воина, как клещ: сначала обхватив его шею руками, затем для надёжности ногами его торс. Ведь он не нашел ничего лучшего, как, сняв с меня тело бандита, оказаться на его месте. Поражённо замерев, Парамес несмело попробовал погладить меня по спине. Затем осознав, что разорванное платье сползло на пояс, остановился. Прикасаться к коже царицы он не решился.
– Пусть кто-то другой принесёт воду! Не уходи, мне нужно успокоиться, – выдала, немного справившись с истерикой.
– Но никого нет, – растерянно сказал мужчина.
– Ты что, один за мной приехал?
– Мы поскакали в разные стороны от того места, где следы начали засыпаться песком.
– И именно тебе повезло… – заметила растерянно.
– Я рад, что успел вовремя, моя царица.
Повернувшись к статуе богини, с осуждением на неё взглянула.
– Ну, раз ты так настаиваешь, – произнесла шёпотом, – и явно не оставишь в покое, пока не добьёшься своего…
Парамесу недоумённо смотрел то на меня, то на изваяние. Не понимая, что происходит.
Подтянувшись за шею повыше, устроилась поудобнее. Взглянула в его светлые глаза с зелёным отливом, пытаясь понять, как он ко мне относится, и не было ли это всё им подстроено. Но в них были только волнение и забота.
Провела кончиками пальцев, очертив бровь и висок мужчины. Прикоснулась к скуле. Притронулась к губам. Парамесу был по-своему красив. Веснушки пробивались сквозь загар, а небольшая рыжая щетина на макушке подсвечивалась пламенем факела. Свой парик он где-то потерял. Приняв решение, сама потянулась к его губам. Тот сначала вздрогнул, неверяще уставившись в мои глаза, а затем что есть силы прижал к себе одной рукой, второй зафиксировав мою голову, и просто впился в меня поцелуем.
Здоровый мужской организм сразу же отреагировал соответствующим образом. Через пару минут, поняв, что на столе слишком жёстко, меня аккуратно приподняли, придерживая под ягодицы. Но, увы. Пригодных мест вокруг не обнаружилось. В конце концов, обойдя постамент, Парамес нашёл мои верхние платья, брошенные кучкой. Усевшись на них, мужчина предоставил мне «главенствующую роль» в этом древнем танце страсти.
Чуть позже, когда разгорячённая я лежала у него на груди, он как-то умудрился вытащить из-под себя одежду и накрыть меня ей, не давая замёрзнуть.
Рассвет начался с поцелуев. С улыбкой позволили снова «оседлать», но неожиданно прикрыли рот, заглушив стоны.
Теперь я и сама услышала шаги и голоса во дворе храма. Благо факел давно потух.
– Она должна быть здесь! Вот колесница, на которой госпожа уехала!
– Ты их всех застрелил? – шёпотом спросила Парамеса.
Тот только молча кивнул.
– Где лук?
Мужчина глазами показал на своё оружие, лежащее на полу, недалеко от нас.
– Не выходи, пока мы не уедем.
Поцеловав его ещё раз, тихо соскользнула и аккуратно надела оба халата. Кровавые разводы на них как раз в тему. Подобрав колчан и лук, направилась к двери.
Солнце снаружи ударило по глазам. Те, привыкшие к темноте, слегка слезились. Воины осторожно входили во внутренний дворик, но, увидев меня, остановились, озираясь. Посмотреть тут было на что. Я стояла, прислонившись к стене святилища, сжимая в руках оружие, а вокруг валялись тела с торчащими из них стрелами.
Зубери с опаской приблизился ко мне и, опустившись на песок в поклоне, уложил голову на руки. Все, кто пришёл с ним, повторили маневр.
– Как себя чувствует повелитель? – хрипло спросила я.
– С ним всё хорошо, моя царица, – услышала в ответ.
– Тогда поехали отсюда!
Глава 16
Ни обыскивать храм, ни собирать тела бандитов, а тем более их скарб я не позволила, потребовав сопроводить меня на остров всей группой, чем вызвав недовольство Зубери.
– Доберёмся до переправы, а там можешь отправить большинство обратно. Доставишь меня к повелителю и сам вернёшься сюда. Необходимо узнать, случайно они на меня набрели или кто-то их навёл.
– Да, божественная. Но почему не сейчас?
– Ты же видел, что там было? – спросила раздражённо. – Есть гарантия, что по дороге нас не встретит больший по количеству отряд?
– С вами, моя царица, мне ничего не страшно, – вполне честно заявил храмовник и поклонился.
– И кто кого должен охранять? – проворчала, забираясь в колесницу.
– Слава богам, что у вас было оружие, – заметил Зубери и вздрогнул, рассматривая пятна крови на моей одежде, после чего ещё раз пристально посмотрел на мои руки… – Хорошо, что уважаемый Парамесу оставил свой лук в колеснице,
