Ознакомительная версия. Доступно 12 страниц из 75
Сергей Иванович понюхал, пригубил. Замечательное вино. И яда тоже не чувствуется.
– Отменное, – похвалил он. И вернул кубок Владимиру.
Но Владимир пить не стал.
– Зарок дал, – сообщил он. – До воскресенья – ни вина, ни меда, ни пива.
– Ну коли так… – Сергей Иванович вновь взял кубок и сделал еще глоток. – А епископа, княже, слушать слушай, но слова его разделяй, потому что Бог-то у нас и у ромеев один, а вот законы – разные. И не все имперские законы для нас хороши.
Владимир задумчиво поглядел на Духарева…
– Умен ты, воевода, – похвалил он. – Придется мне научиться различать, когда священники наши Божье Слово несут, а когда – свое собственное.
– …Или василевса константинопольского! – подхватил Духарев.
– Ты о воприемнике моем худого не говори! – враз посуровел Владимир. – Он – брат мне!
– А я и не говорю, – покачал головой Сергей Иванович. – Что плохого в том, что государь о благе державы своей заботится? Наоборот, хорошо. Только у кесаря византийского – своя держава, а у тебя – своя. И что для ромеев благо, для русов может оказаться ущербом. Но в одном ты, княже, неправ. – И пояснил: – Когда назвал священников ромейских – нашими. Люди они – Божьи, бесспорно. Но как они могут быть нашими, если даже языка словенского не разумеют? Тебе, княже, легче – у тебя толмачи есть, да и то они не всегда верные слова находят. А простому люду как Слово Божие понять, если учат ему на чужом языке? А потому свои священники нам надобны. Или хотя бы булгарские, у которых речь с нашей схожа.
– Разумно, – согласился Владимир. – За этим ко мне пришел? Вот и позаботься. Моим именем.
– Позабочусь, – обещал Духарев. – Но пришел к тебе не за этим.
Он откинул полу бархатного, шитого серебром плаща, отцепил от пояса и положил на стол глухо звякнувший кошель.
– Это что? – спросил Владимир.
– Золото, – сказал Духарев. – Одарил ты меня, княже, щедро. А что за подарок без отдарка? Не по обычаю.
– Забери, – строго произнес великий князь. – Это не ты, это я отдарился. Ты, воевода, мне больше, чем землю, ты мне Истину подарил. За такой подарок мне и отдариться нечем. Так что не ты, а я у тебя в долгу.
Очень проникновенно сказал. У Духарева даже слезы на глазах выступили.
Но кошеля он не взял.
– Знаю я, – сказал Сергей Иванович, – хочешь ты Храм Божий строить.
– Так и есть, – подтвердил Владимир.
– Прошу тебя: пусть это золото будет моей лептой в строительство. Не откажи, княже, прими!
– И хотел бы отказать, – улыбнулся Владимир, – да не вправе. Кто я таков, чтобы к святому делу не допускать? Присядь, князь-воевода. О многом хочу с тобой поговорить…
Поговорили. Хорошо поговорили.
Из княжьих покоев вышел Духарев с легким сердцем и головой, полной важных мыслей, чувствуя себя не старцем с сединой в усах, разменявшим седьмой десяток, а зрелым, сильным мужем, которому еще многое суждено свершить на этой земле. Счастливым и воодушевленным…
Но недолгим было счастье Сергея Ивановича Духарева.
Пришла беда – отворяй ворота…
Земля моровская
Косуля вылетела из леса и стремглав понеслась по дороге. Молодая, глупая. Теперь ей не уйти. А вот в лесу – могла бы. Стрела Фроди ранила ее неопасно. Так, шкуру порвала.
Голубь вырвался вперед, без труда опередив жеребца Фроди. Расстояние между ним и удирающей косулей быстро сокращалось. Илья мог бы запросто свалить добычу стрелой, но не хотел. Хотелось взять косулю живой…
И вдруг Илья увидел такое, что безжалостно осадил коня.
Косуля – глупая, глупая, а тут же воспользовалась – метнулась вбок, проломилась сквозь кусты и камыши и ушла через старицу.
Илья о ней уже забыл. Спешился и разглядывал черные влажные пятна на пыльном тракте. Кровь…
Подоспел Фроди.
– Упустил! Раззява! – сразу закричал он.
Илья не обратил внимания на сердитый вопль. Фроди – на два года старше, хвастлив, охоч до девок и по-нурмански тщеславен… Но старшинство Ильи признает безусловно. И не потому, что тот – сын князь-воеводы, а потому, что Илья может вздуть Фроди, а Фроди Илью – нет.
– Поехали за ней! – потребовал Фроди. – Скоро уже свалится. Знатно я ее достал. Вон сколько крови натекло!
– Это не ее кровь, – сказал Илья, распрямляясь и махом запрыгивая в седло.
– Не ее? А чья?
Илья глянул на озадаченную физиономию отрока. Хмыкнул.
– Узнаем, – сказал он и послал жеребца вдоль свежего колесного следа.
Он не торопился, потому Фроди тут же догнал и поехал рядом.
– Злодеи? – азартно спросил он.
Возбуждение его было понятно. Если разбойнички обидели купца, то это вдвойне хорошо. Можно и воров поучить, и добычу поднять: взятое на меч принадлежало тому, кто взял, независимо от того, кто был ранее хозяином добра.
* * *
– Возы! – озвучил очевидное Фроди.
– А ты чего ждал? Кнорра? – Илья изучал местность. Очень внимательно. И не ограбленные возы с брошенными в них мертвецами, а кусты вокруг, кроны деревьев. Прислушивался к птицам, которые, если их понимать, непременно сообщат, если поблизости есть люди.
Фроди спешился. Наклонился, изучая следы, но хорошо заметны были только следы колес. Что тоже говорило кое о чем. Например, о том, что обуты разбойники были не в верховые сапоги, а в мягкие поршни. Хотя нет, вот здесь и каблучки пропечатались.
– Еще девка была, – сообщил Фроди. – Ее с собой увели… Верней, увезли. На коня, видать, уложили.
Отпечатки копыт распряженных лошадей были глубокие. На животных перегрузили добро с возов. Не всё. Например, четыре бочонка с медом – оставили. И то: зачем в лесу мед?
Илья, сбросив маскировавшие возы ветки, разглядывал покойников. Четверо. Купчик не из самых богатых и трое приказчиков. Все четверо лицом схожи. Родичи, надо полагать. Были родичами.
Побили их внезапно. Стрелами-срезами. Шагов с тридцати. Били метко. Насмерть. Убитых увезли в лес, там раздели, вырезали стрелы, распрягли лошадей, погрузили добро. Ну и девку с собой прихватили, не стали добивать. Допустили только одну ошибку. Одному из убитых срез вошел в левый бок, пробив сердце и легкое. Упал он лицом вниз, и большая часть его крови вылилась на дно воза. А воз – не лодья. Протекает. Вот через щель на дорогу и накапало то, что привело сюда Илью и Фроди.
– Их убили не позже полудня, – сказал Фроди. – Звери не объели, даже мух еще немного.
– Кровь не засохла, трава примятая не встала, – продолжал Илья. – Далеко уйти не могли. Догоним?
– А то! – азартно отозвался Фроди.
– Тогда на конь!
Судя по следам, разбойники гнали упряжных коней рысью, а сами бежали рядом. Было злодеев где-то с десяток, но численное превосходство отроков не смущало. Они полагали себя воинами, а воинам ли бояться разбойников?
Злодеи из здешних. Это понятно по тому, как выбирали дорогу. Отрокам всего лишь дважды пришлось спешиться и вести коней через чащу в поводу. Отроки настигали: «яблоки» лошадиного навоза были совсем свежими, когда след вывел к небольшой, коням по бабки, речушке.
Илья не удивился, не обнаружив следа на противоположном берегу.
Разбойники двинулись вверх по течению. То ли узнали о погоне, то ли – на всякий случай.
Что вверх – это несомненно. Вода была чуть взмучена, и муть эту несло сверху. Злодеи уже совсем близко: не больше чем в трех-четырех стрелищах.
Фроди тоже это сообразил и, воодушевившись, пустил коня скорой рысью, опережая Илью. Тот хотел окликнуть товарища, но передумал. Если враг близко – услышит.
А Фроди не боялся никого. Он чувствовал себя охотником, загнавшим зверя…
И не успел вовремя сообразить, что сам превратился в дичь.
Пущенная в лицо стрела его не убила, потому что ударила в нижний край шлема. Голова Фроди мотнулась от удара, он, не раздумывая, метнул копье в заросли, туда, где прятался стрелок. Вопль подтвердил попадание. Фроди цапнул меч…
И еще одна стрела – широкий, с два пальца, срез вспорол ему бедро, перерезав жилу. Кровь хлынула потоком, но Фроди еще успел выхватить меч и бросить коня на второго стрелка… Не достал. С дерева, на спину ему, прыгнул третий разбойник и еще в прыжке всадил юному нурману в шею длинный нож…
То, как убивали товарища, Илья не видел. Он отстал шагов на тридцать и заметил, лишь как попали во Фроди стрелы.
Будь Илья опытнее или будь у него время подумать, не стал бы безоглядно бросаться на помощь другу. По уму – следовало бы укрыться и ждать, когда злодеи покажут себя… Илья ошибся. Но все же успел сообразить, что против многих стрелков с копьем и мечом не особо повоюешь. Выхватил из налуча собственный лук с натянутой уже тетивой и послал Голубя не по тропе, а по руслу реки – чтоб между ним и разбойниками было хоть какое-то расстояние…
Да только на противоположном берегу тоже укрылись тати.
Короткий свист – и стрела ударила в спину, чуть повыше седла. Граненый узкий наконечник пробил боевой пояс и угодил в позвоночник. Илья не ощутил боли. Просто вдруг перестал ощущать всё, что ниже боевого пояса. Жеребец, не чувствуя привычного хвата хозяйских колен, тут же перешел на шаг.
Ознакомительная версия. Доступно 12 страниц из 75
