Но город мне действительно нравится.
– Всем нравится, – сказал немногословный Юра и добавил: – Ты приехал и уехал, а нам здесь жить и работать.
– Э…
– Не обращай внимания, – усмехнулся Толя. – У Юры иногда бывают пророческие настроения, – он обернулся через плечо, посмотрел на Ирину и Симая, которые делали вид, что оживленно беседуют. – А это кто?
– Вместе работаем. Можно сказать. Коллеги.
– Кругом одни коллеги, – буркнул Юра. – Жопу спрятать некуда.
– Так что надо-то? – прямо спросил Толя. – Ты ж не просто так пиво поставил и подошел. Узнать что-то хочешь.
– Хочу, – не стал скрывать Андрей. – Меня интересует, не пропал ли кто-нибудь за последние три дня. Из взрослых людей. От шестнадцати до шестидесяти. Заявления граждан.
– Сводку надо смотреть, – сказал Толя задумчиво.
– Это проблема?
Толя и Юра молчали, потягивая пиво. Андрей полез в карман, достал и выложил на стол стодолларовую бумажку:
– Диктофона у меня нет, скрытой камеры тоже, документы мои вы видели. Ребята, мне действительно нужна инфа. Человек пропал, я его ищу.
– Заявление на человека было? – поинтересовался Юра, и Андрей заметил, что деньги как-то совершенно незаметно исчезли со стола.
– Мне сказали, что не было. Но всякое может быть.
– Если не было, зачем тебе сводка? – искренне удивился Юра.
– Я тебе потом объясню, – сказал Толя. Он явно соображал быстрее товарища. Перевел взгляд на Сыскаря:
– Хорошая мысль… коллега.
– Спасибо.
– Три дня, значит?
– Да.
Толя и Юра переглянулись, Толя медленно закрыл и открыл глаза. Юра достал из внутреннего кармана смартфон, включил, полистал:
– Та-ак, сейчас поглядим… Это не то, это ребенок, нашелся, слава Богу… Еще ребенок… Ага, вот. Вчера заявление принято. Некая Наталья Романовна Дерюгина. Мать. Заявила, что пропал сын Олег. Семнадцать лет. В школе характеризуется положительно, приводов нет. Три дня назад ушел из дома и не вернулся.
– Им уже кто-то занимается? – спросил Андрей.
Толя и Юра засмеялись.
– Ага, – сказал Юра. – Землю роют. Ты прямо как неродной. Три дня всего прошло, ты что? Загулял хлопец, скорее всего, самый возраст. Проголодается – вернется.
– Поговорить можно с матерью? Как там ее…Дерюгиной Натальей Романовной.
– Почему нет, – сказал Толя. – Запиши. Дерюгина Наталья Романовна, улица Глубокая, дом одиннадцать, квартира шесть. Телефон…
Он продиктовал телефон Дерюгиной, потом они обменялись телефонами друг друга. «На всякий случай», – сказал Толя. И Сыкарь охотно согласился, что случаи могут быть разные. Допили пиво, после чего товарищи опера подозвали официанта, расплатились и ушли. Судя по всему, весьма довольные встречей. «А чего им быть недовольными? Сто баксов просто так на дороге не валяются, – подумал Сыскарь, – а тут, считай, сами в руки упали».Он вернулся за свой столик.
– Поймал что-нибудь? – спросил Симай.
– Пока не знаю…
Он набрал номер телефона Дерюгиной.Женщина ответила почти сразу. По одному ее голосу – взволнованному и громкому было сразу понятно, что она ждет звонка. Хоть какого-нибудь.
– Да! Кто это?!
– Наталья Романовна?
– Да-да, алло, это я, кто это?!
– Успокойтесь, пожалуйста, Наталья Романовна, не кричите так, я вас прекрасно слышу. Меня зовут Андрей. Андрей Сыскарев. Здравствуйте. Мы можем поговорить?
– Вы… кто вы?
– Андрей Владимирович Сыскарев. Бывший капитан полиции, а ныне частный сыщик. В числе прочего занимаюсь поиском пропавших людей.
– Полиция поручила вам найти моего Олежку?!
– Скажем так, я ей помогаю в этом деле. Мы могли бы встретиться и поговорить?
– Да! Да! Конечно!
– Когда и где?
– Я дома сейчас, взяла неделю отпуска… Можно у меня, если вам удобно.
– Удобно. Со мной будут двое моих коллег, ничего?
– Ничего. Только… – голос женщины потерял взволнованность, в паузе, которая возникла, слышался если не скрытый стыд, то явное смущение. Как будто собеседнице неудобно было в чем-то признаваться.
– Что? – спросил Андрей. – Если вам неудобно, давайте встретимся в другом месте, никаких проблем.
– Мне удобно. Просто… Понимаете, холодильник пустой, мне вас и угостить нечем. Только чай.
– Господи, Наталья Романовна, ничего не надо. Мы… – он представил себе, что переживает мать, чей сын исчез три дня назад, и от него нет ни малейшего известия. Сидит на телефоне, небось, обзванивает, кого может, включая больницы и морги. Не спит и не ест. – Может быть, вам привезти чего-нибудь?
– Нет-нет, что вы…– испуганно начала она.
– Хлеба и молока возьмем обязательно, – прервал Андрей безапелляционно. – Ждите нас дома, никуда не уходите, мы скоро будем. Адрес правильный? – он продиктовал.
– Да…
– Ждите.
– Все, расплачиваемся и поехали, – сказал он, пряча телефон. – Поговорим с женщиной по имени Дерюгина Наталья Романовна. У нее ровно три дня назад пропал сын по имени Олег. Семнадцать лет. В школе, как мне было сказано, характеризуется положительно, приводов в полицию не было.
– Так вот зачем ты к тем двоим подсел! – воскликнула Ирина. – Но как ты догадался, что они…
– Менты? – Сыскарь засмеялся. – Ну, это сразу видно.
Симай коротко свистнул и махнул рукой официанту. Тот подошел с каменным лицом, спросил, не выдержав:
– Вы людей всегда свистом подзываете или только собак?
– Принеси-ка нам расчет и не лезь в фуфырь, – добродушно сказал цыган. – Там все равно пусто. Я все выпил.
– Что ты с ним так? – спросила Ирина, когда молодой человек ушел за расчетом. – Нормальный, вроде, парень.
– Извини, привычка, – ответил Симай. – Но если бы не ты, я даже извиняться бы не стал.
– Какой ты был, такой и остался, – фыркнула Ирина. – Дикарь средневековый.
– Ага, – демонстративно расправил грудь Симай. – Я такой. Главное, что заметил, девкам нравится. Что тогда, что сейчас.
– Вот именно, что девкам, – сказала Ирина.
– Люблю девок! – с энтузиазмом воскликнул Сыскарь. – Молодых, горячих и этих…как его… Без комплексов, вот!
– Любить, Симай, можно женщину. А тех, о ком ты говоришь, можно любить трахать. Или, смягчая формулировки, любить с ними проводить время.
– Во загнула! – восхитился кэрдо мулеса. – Люблю тебя – не могу.
– Ладно вам, – прервал их пикировку Андрей. – Скажите лучше, улица
