Мне известно, что вы бы не смогли открыть мне тайну.
— Даже если бы я дал клятву, — тихо произнес лорд Валруа, глядя на меня с непонятной нежностью, — я бы нарушил ее.
Я буквально задохнулась. С чего бы ему идти на такие жертвы? Нарушив клятву, человек лишается жизни. И он бы отдал ее, чтобы лишь удовлетворить мое любопытство?
— Я сам дал вам слово ответить на любые вопросы, без всяких ограничений, и привык держать слово, но, к сожалению, на этот вопрос у меня нет однозначного ответа.
Вот как, хорошо, что он пояснил свои слова. Мне было радостно от того, что декан — человек слова и чести, а с другой стороны, почему-то неприятно кольнуло в сердце. Неужели я действительно решила, будто он смотрел на меня с нежностью и готов отдать свою жизнь? Глупая девчонка!
— Зачем? — только и смогла выдавить я, пока приводила в порядок мысли?
— Зачем король пошел на это? — уточнил декан. — Здесь все довольно просто. Вы красивая, умная и одаренная девушка, не обремененная узами брака и уже не помолвлена. Отец вполне справедливо полагает, что в академии вы можете встретить человека, который придется вам по сердцу. И не обязательно этот человек будет подданным Первого Королевства.
— Иными словами, — во мне кипел гнев, — его величество не желает терять боевую единицу и уж тем более отдавать ее другому королевству.
— Его величество не желает терять весь род, — тихо поправил декан. — И сильнейшего мага, конечно.
— Весь род? — эхом повторила я.
— Да. У вашего отца нет сына, вы достигли совершеннолетия и к тому же стали Стражем Огня. И это я не беру во внимание, что родились вы с даром истинного наследника. Вам предначертано возглавлять свой род.
— А если я выйду замуж?
— Здесь также все зависит от вас и вашего избранника, — как-то горько улыбнулся декан. — Вы можете отказаться от наследия рода Сизери, пройдя ритуал принятия, и вступить в род мужа. А можете принять в свой род вашего избранника, тем самым сохранив свою кровь.
— Подождите, — я совершенно запуталась. — Вы хотите сказать, что в любом случае мне или моему избраннику придется отказаться от силы своего рода?
— Такова цена вашей любви, леди Сизери.
— Неужели иначе нельзя?
— К сожалению, нет. Если ваш избранник будет иметь дар слабее, то став вашим мужем он получит большую силу. Станет магом огня, даже если прежде имел иную стихию. И в этом случае вступить в его род вы не сможете, вы заведомо сильнее и можете погубить их духа, что приведет к гибели рода.
— А если… сила моего избранника равна или больше моей?
— То вам двоим предстоит сделать нелегкий выбор. Будь вы мужчиной, этого выбора бы не было. Женщины всегда переходят в семью мужа и сохраняют свой дар, в то время как мужчинам приходится меняться изнутри.
— Это ужасно, — выдохнула я.
— Это единичные случаи, леди Сизери, но раз уж вы исключение из правил, не стоит удивляться, что вы попали в этот мизерный процент.
Это он так утешил или подшучивает? Судя по ехидной улыбке — второе. Я вспыхнула словно спичка. Подначить меня решили, да лорд Валруа?
— Интересно, а что сделали бы вы, окажись в подобной ситуации, — прикусив губу, протянула я.
Декан удивленно моргнул.
— Учитывая ваше нежелание породниться с моей семьей? — хмыкнул он. — Ответ очевиден.
У меня не получилось застать его врасплох, а он загнал меня в угол. Вот и думай теперь, из вежливости ли лорд так ответил или все-таки имеет на меня какие-то виды, испытывает ли определенные чувства…
Я минуту боролась с собой и в итоге не осмелилась задать прямого вопроса. С моей стороны это было бы нечестно, плюс в одинаковой степени боязно услышать как положительный, так и отрицательный ответ.
Да, я струсила.
— Что случилось с семейными артефактами? — я ловко сменила тему, чем явно озадачила декана.
— Откуда вам про них известно?
— Дух рода сообщил, — я и не думала скрывать от него свою встречу с Хранителем.
— Вам уже известно, с кем была дуэль у лорда Сизери, — промолвил декан. — Но вы вряд ли знаете, что ее целью была не только гибель вашего отца, но и получение родового клинка. Лорд Рейга на протяжении многих лет выкупал у вашего рода семейные артефакты. Но вопреки нашим суждениям, что он хранит их на территории Первого Королевства, артефактов ни в поместье, ни в семейном сейфе не оказалось. Сейчас весь род Рейга занимается поиском пропавших артефактов. Если они их не вернут, погибнет весь род. С клятвами шутки плохи.
— Каких артефактов, кроме клинка, колец главы рода и его избранницы и гарнитура драгоценностей, не хватает?
— Всех остальных, — последовал ответ.
У меня не было слов. Как отец мог так с нами поступить? Да лучше бы мы голодали. Хотя… матушка не привыкла ходить в одних и тех же нарядах больше двух месяцев.
Я сжала кулаки. Что любовь творит с людьми? Даже если это чувство кем-то навязано. Отвратительная зависимость от другого человека. Мало того, полная беспомощность и привязанность. Утратить собственный разум, и ради чего? Чтобы потерять себя, но обрести кого-то рядом?
— Знаете, я надеюсь, что никогда не влюблюсь, — прошептала, глядя поверх плеча лорда. — Это ужасное чувство, которое лишает человека и разума, и воли. Лучше всегда быть свободной и независимой.
— Замолчите! — вдруг глухо потребовал декан.
Я изумленно посмотрела на него, мимоходом отметив бледность его лица.
— Даже если любовь не взаимна, это самое прекрасное чувство, подаренное Богиней Сияющей людям. Даже если ради любви нужно измениться и чем-то пожертвовать, то это оправданно, — лорд Валруа пристально смотрел в мои глаза. — Нет ничего лучше, чем улыбка любимого человека, счастье в его глазах, радость в его голосе и движениях. И тот, кто любит по-настоящему, сделает все, чтобы его избранник или избранница были счастливы.
Я была поражена его словами. Учитывая то, что сам он не был женат, а имел лишь любовницу, я и не думала, что для него любовь может так много значить.
— Вспомните чету Говеров, леди Сизери, — уже мягче произнес лорд. — Разве они не счастливы? Разве чувства, которые они испытывают, душат их или лишают свободы?
— Они словно сотканы из солнечных лучей, — я не могла оторвать взгляда от лица декана. Мне сложно описать, что в этот момент творилось со мной, но я кожей и всем своим существом почувствовала его боль.
— Хейли, я могу сказать с полной уверенностью, для того, кто познал истинную любовь, это чувство не проклятие, а наивысший дар. Цель и смысл
