class="p1">— Удача нам не понадобится, — отчеканил тот, и связь оборвалась.
Боггс приник к окулярам бинокля. Его бойцы продолжали неистово палить по укреплениям, искусно имитируя яростный штурм. Ослепительные лучи прожекторов лихорадочно метались по склону, выхватывая всполохи выстрелов. Охранники выкрикивали приказы, занимали огневые точки и готовились отражать сокрушительный удар, которому не суждено было случиться.
А в двух километрах к северу шесть теней уже бесшумно скользили в недра цитадели.
Его задача была предельно ясна: выиграть для них время. Отвлечь врага. Измотать его нервы непрерывным давлением и погрузить оборону в хаос. И он не собирался отступать.
Боггс поднес рацию к губам:
— Всем секторам — усилить интенсивность огня! Заставьте их поверить, что мы идем на прорыв.
Грохот канонады набрал новую силу. Двести стволов заговорили на беспощадном языке войны, и тюрьма «Камень» была вынуждена слушать.
***
Тьма здесь была почти осязаемой, тяжелой. Воздух пропитался запахами машинного масла, сырого бетона и специфическим ароматом застоявшегося металла. Северный технический туннель, узкий и приземистый, строился для коммуникаций, а не для людей. Вдоль стен и под самым потолком тянулись переплетения труб; редкие капли воды срывались вниз, и этот звук гулким эхом разносился по замкнутому пространству.
Пит возглавлял колонну. В трех метрах позади следовала Джоанна. В её взгляде читался не голод, а холодная, хищная готовность. Она двигалась пугающе бесшумно, словно зверь, вернувшийся на свои исконные охотничьи тропы.
Остальные растянулись цепочкой. Китнисс замерла с луком наготове, удерживая на тетиве алую бронебойную стрелу. Нова, закинув «Иглу» за спину, держала на мушке пространство из пистолета. Рейк стискивал рукоять «Осы» до белизны в костяшках, борясь с напряжением. Замыкала шествие Лин; в её руках тусклым изумрудом мерцал планшет, на котором ветвились схемы и коридоры систем безопасности.
Впереди показалась развилка. Пит вскинул кулак — безмолвный приказ замереть. Отряд застыл мгновенно. Ни шороха, ни лишнего движения — лишь размеренное, едва слышное дыхание.
Метрах в двадцати впереди забрезжил свет — болезненно-желтый отблеск старых ламп. Донеслись голоса: негромкие, расслабленные. Двое часовых на контрольном посту коротали время за праздной беседой. Этот пост всегда считался чистой формальностью — в техническую зону никогда не заглядывали неприятности. Она всегда пустовала.
До сегодняшнего утра.
Пит едва заметно повернул голову к Джоанне. Краткий росчерк пальцев в воздухе: двое, цель — горло. Работаем чисто.
Она ответила коротким кивком. Понимание было абсолютным, выкованным в общих сражениях. Джоанна перехватила топорище, освобождая вторую руку для захвата, и обратилась в слух.
Пит скользнул вперед.
Каждое его движение было бесшумным: прежде чем перенести вес, он чутко проверял носком ботинка каждый сантиметр пола. Дыхание — ровное, едва уловимое, через нос. Он стал тенью внутри теней, призраком, слившимся с сырым полумраком туннеля.
Пятнадцать метров. Десять. Пять.
Часовые пребывали в блаженном неведении. Один — грузный, с натянутой на животе формой — лениво прислонился к столу, зажав в зубах сигарету. Второй, помоложе и заметно сутулее, увлеченно листал что-то на экране планшета. Оружие обоих лежало на столе — вне зоны мгновенного доступа. Роковая оплошность.
Последняя в их жизни.
Три метра. Дистанция рывка.
Пит сорвался с места. Два стремительных шага — и его руки взметнулись вверх. Левая ладонь железными тисками впилась в лицо широкоплечего охранника, на корню обрывая крик. В правой блеснул «Коготь». Удар под ребра, точно в сердце — мономолекулярное лезвие вошло в кевларовый жилет, словно в разогретое масло.
Мужчина судорожно дернулся. Из горла вырвался лишь сдавленный хрип; в расширившихся глазах успели отразиться осознание, первобытный ужас и, наконец, пустота. Обмякшее тело начало медленно заваливаться.
Джоанна действовала в идеальном резонансе. Топор ей не понадобился. Когда молодой охранник вскинул голову, почуяв неладное, она уже нависла над ним. Выверенный удар локтем в висок, усиленный весом всего тела, отозвался сухим костным хрустом. Парень отлетел к стене, но Джоанна подхватила его в падении: мертвая хватка на шее, резкий, акцентированный доворот — и второй хруст поставил окончательную точку.
Четыре секунды — от первого шага до последнего вздоха.
Два безжизненных тела мягко, без лишнего шума, опустились на холодный пол.
Пит скупым движением вытер лезвие о форму сраженного охранника и вернул нож в набедренные ножны. Быстрый, цепкий взгляд по сторонам: пост был чист, ни камер, ни активных сенсоров. Лин подтвердила это еще во время брифинга — идеальное «слепое пятно» в системе безопасности.
— Чисто, — выдохнул он едва слышно.
Отряд двинулся дальше, обходя неподвижные тела. Рейк старательно отводил взгляд, его лицо сделалось мертвенно-бледным, а губы превратились в узкую нить. Китнисс смотрела прямо перед собой, но Пит заметил, как побелели ее пальцы, судорожно сжавшие лук. Лишь Нова осталась безучастной: она миновала убитых так же буднично, как проходят мимо манекенов в тренировочном зале.
Лин задержалась у пульта, ее пальцы лихорадочно порхали над сенсорной панелью планшета.
— В этом секторе сигнализация подавлена, — прошептала она. — По графику у нас есть ровно три минуты до появления следующего патруля.
— Успеем, — Пит уже продвигался вглубь туннеля.
Путь преграждала узкая металлическая лестница, уходящая ввысь к запертому люку. Лин взялась за электронный замок; мгновение — и раздался едва уловимый щелчок, а индикатор сменил гневный красный цвет на спасительный зеленый.
Пит начал открывать люк — медленно, ювелирно, по доле миллиметра. Металл не издал ни единого звука: кто-то недавно смазал петли, и эта случайная удача была им на руку.
Наверху их встретил пустой коридор «нулевого» уровня. Унылые серые стены, стертый линолеум под ногами и тусклые лампы, половина из которых давно перегорела. Где-то в отдалении, сквозь толщу камня, пробивался приглушенный вой сирен. Операция «Молот» приносила плоды: основные силы охраны стягивались к южным рубежам.
— Уровень ноль, — негромко скомандовал Пит. — Наша цель — лестничный пролет на минус первый. Рейк, ты в авангарде, разведка. Нова, прикрываешь тыл. Остальные — в центре. Движемся стремительно, но без единого звука.
Рейк тяжело сглотнул и кивнул, справляясь с волнением. Он первым выбрался из люка, короткими рывками проверил оба направления коридора и поднял большой палец: путь свободен.
Они выбирались из люка по одному — шесть теней в самом сердце вражеского логова. Уровень «ноль» тюрьмы «Камень». Вокруг, за переборками, находились сотни охранников, но сейчас подавляющее большинство из них стягивалось к южным рубежам, где Боггс методично имитировал сокрушительный штурм.
Пит бросил быстрый взгляд на браслет: 05:48. С момента начала операции прошло восемь минут. На само проникновение ушло ровно три — они следовали графику с аптекарской точностью.
Пока всё шло
