про Еву?
— Угу, про кого ещё. У нас даже общая фотка есть.
Даша достала свой телефон и показала мне снимок, на котором она, опираясь на гитару и отклячив пятую точку, стояла рядом с другой девушкой, принявшей тоже какую-то вычурную артистическую позу. Я хмыкнул. Лицо второй девушки было изрядно заблюрено. Вряд ли средствами фоторедактора. Просто память Даши опускала ненужные подробности. Такие, например, как лицо конкурентки.
— И расстались небось с обнимашками и заверениями в вечной дружбе, — не удержался я.
— Да пошёл ты, — снова надулась Даша и спрятала смартфон под подушку.
Охохох… Лиза, честно говоря, мне нравилась больше. Чувствовалась в ней какая-то зрелость. А тут — ну вот что это всё такое?
Впрочем, ладно. Нам с ней в ЗАГСе кольцами не обмениваться. Нравится не нравится — какая, нафиг, разница.
— И вправду, пойду. — Я встал. — Ты отдохни пока. Изольда тебе всё объяснила? Ну, там, душ, переодеться, телефон… Вот эта штука на тумбочке, с проводом, это телефон.
— Да отвали, сказала! Знаю я всё.
Я и отвалил. Было бы попрошено.
* * *
В кафетерии скучал один Денис. Я сел напротив него, поставив на стол купленную кружку кофе. Мстислава была где-то у клиента, а её сменщица оказалась не в курсе наших сложных профессиональных отношений. Поэтому ни бесплатного кофе, ни полбутылки коньяка в чашку получить не удалось. Одно радовало, что в люксе у меня полно дорогущего безвкусного пива, за которое не нужно платить. Отличная штука, лучше безалкогольного. Только подумаешь — сразу становится скучно, грустно и понимаешь, что ЗОЖ — не такая уж унылая тема, как всегда казалось.
— Ох уж эти женщины, — начал я светскую беседу.
— И не говори, — охотно подключился Денис. — Кому как, а мне все эти разговоры о равенстве полов представляются бредом. Какое может быть равенство? Равны друг другу два одинаковых числа. А как можно сравнивать бобра и барракуду? Мы — разные виды, которые по невероятной прихоти Всевышнего могут давать потомство.
— Выпьем же за эти простые и в то же время невероятно мудрые слова.
Мы стукнулись кружками и отпили кофе.
— Слушай, Денис, я в профессиональном тупике.
— Уже?
— Угу. Не могу понять. Я провёл час в номере этой…
— Я понял, о чём ты. — Враз посерьёзневший Денис подвинулся вперёд. — Нет, Тимур, это недопустимо. Как между психологом и пациенткой. Только в нашем случае всё ещё хуже. Потому что последствия будет очень трудно исправить. Поверь, я проходил через это. Тебе может показаться, что это — всё, чего она хочет, но…
— Денис, — перебил я, — давай ты сейчас остановишься, пока нам обоим не стало неудобно. Я хочу сказать, что не понимаю, почему эта девчонка оказалась нашей клиенткой.
— О… — Денис откинулся на спинку с видимым облегчением. — Вот оно что.
— Ну да. Если бы я с ней пообщался при жизни, я был бы уверен, что это — образцовая пустышка, буквально. То есть, открываешь Википедию, набираешь «Пустышка» и в открывшейся статье видишь её фотографию. Ей собственная смерть пофигу, понимаешь? Всё, что её волнует — это то, что она победила в конкурсе, а приз получит другая.
— А что за приз?
— Да без понятия. Ну что там может быть? Мерч какой-нибудь с Алиэкспресса.
— Тимур, ты слишком циничен для новичка. Я понимаю, век такой, но всё же. Ты слишком быстро провёл черту между собой и клиентами. Ты ничем не лучше их.
— Да нет, — поморщился я. — Не между собой и клиентами. Просто… понимаешь, эти подростки, или как их там… Мне с ними сложно. Мне и с детьми непросто, сюсюкать никогда не умел. А тут — вообще непонятно. Говоришь как с взрослым человеком — тебе несут какую-то чушь. Пытаешься отвечать в тон — тебе говорят, что ты старпёр и не в теме.
— Ну, знаешь, я постарше тебя, но мне ещё ни одна леди не сказала, что я — старпёр.
— Рад за тебя. Секретом не поделишься?
— Да у меня-то как раз никакого секрета нет. Это у тебя секрет.
— Серьёзно?
— Ещё как. Почему тебя так пугают подростки, или как их там? Попробуй разобраться в своих страхах.
— Ой, всё. Вот только психоанализа мне и не хватало.
— Психоанализ или нет — но нужно хотя бы понимать, откуда растут ноги у твоих страхов. Иначе ты становишься их рабом.
Что я хотел возразить Денису, вселенная так и не узнала. У меня зазвонил телефон.
— Да? — бросил я, приняв вызов.
— Рыбка сдохла, — сообщил мрачный голос Даниила Петровича.
— Какая… А. Блин. Понял, сейчас займусь.
Кофе я допил уже стоя.
— Ладно, спасибо за беседу. Долг зовёт.
— Всегда пожалуйста, обращайся.
* * *
Шагая к остановке, я бросил рассеянный взгляд на телеграфный столб и застыл, как вкопанный.
«The Dirty Kisses!! в Смоленске!» — сообщала ярко-жёлтая надпись над пятью кореянками на простом фиолетовом фоне.
Я приблизился к афишке, пробежал глазами информацию. Клуб небольшой, знаю его. Дата концерта — через неделю. По вопросам приобретения билетов…
Дозвониться до кассы у меня получилось только из маршрутки, когда подъезжал к Краснофлотской.
— Да вы что, там в первую неделю всё раскупили, — сообщил жизнерадостный женский голос.
— Ну, может, есть какие-то варианты? Неочевидные? Вопрос жизни и смерти.
— Ну, как всегда, разные фан-сообщества сделали большие закупки. Последите в соцсетях, наверняка есть какие-нибудь конкурсы репостов или вроде того.
— Ясно, спасибо.
Призом в конкурсе, в котором Даша одержала победу, были, как выяснилось, два билета на концерт группы в Москве. После Москвы же «Поцелуйчики», видимо, отправлялись в небольшое турне по России, и для начала заезжали в Смоленск.
Учитывая то, как важно было для Даши победить в конкурсе, купить билеты ни туда, ни туда у неё не вышло. А теперь… Ну, теперь вообще всё сложно. Даже если я проведу её на концерт сквозь стены клуба — что запросто — она толком ничего не увидит. Для призраков реальный мир — это что-то вроде белого шума.
Но, может, если ей подарить билеты, это закроет какой-то гештальт? Может, ей это вознестись поможет? Чем чёрт не шутит, лично я уже ничему не удивлюсь.
А менеджер группы, похоже, был дядькой прошаренным. Ставку сделал не на
