Фантастика 2026-72 - Даниил Сергеевич Калинин

Да и все остальные причальные шпили в иных городах строились по единому шаблону и подобию. И увидев ярко освещённые в ночи иллюминацией первые из них, от которых союзники появились в нескольких километрах, Дмитрий констатировал:

– Кажется, Эйфель с Земли идею своего творения подсмотрел именно здесь.

– Скорей всего, ты прав, – хмыкнул Крафа, взмахом руки выдвигая вперёд группу целителей, одетых под местных дервишей. – Эти башни здесь возводят уже тысячу с лишним лет. Причём владеют ими самые богатые, самые уважаемые снабги.

– Но если подымется сильный ветер, он же в любом случае сорвёт облепившие причалы пузыри.

– Очень редко здесь бывают ветра такой силы. А когда и случаются, то дома летунов взлетают в спокойные слои атмосферы и там пережидают погодные несуразности.

Как ни странно, но вышедшие из створа группы двигались в противоположную от ближайших вышек сторону. Но именно там, в более удобных карманах между скал, стояли на долгой стоянке закупленные агентами пузыри, и именно оттуда предстояло совершить намеченный перелёт.

Конечно, те же ускорители в наспинных ранцах у лидеров позволяли им на приличной скорости всего за час достигнуть Грийзомы, а там и сам храмовый комплекс местных жрецов штурмовать с ходу. Да только летящих по небу людей могли заметить гораздо быстрее, чем тысячи привычных глазу пузырей. Переполох преждевременный старались не поднимать, действовать по плану, иначе крови прольётся многократно больше.

Как и для всех разумных цивилизаций, ночь для местных считалась временем сна и отдыха. Но развитая цивилизация, тем более с ядерной энергетикой и неограниченными ресурсами в электричестве, просто в силу своей специфики заставляет бодрствовать огромную часть населения и в тёмное время суток. Так что пройти к месту стоянки уйтаргов, никого при этом не потревожив и не заинтересовав, не удалось. Армейские посты оказались на каждом перекрёстке даже просёлочных, второстепенных дорог. И ночные путники вызвали в свой адрес непритязательные взгляды и дотошные расспросы.

Зато постановка в авангард целителей оказалась правильным шагом. Под местных дервишей эти якобы согнанные на землю нищие и попрошайки, не имеющие своих домов, легко приближались к военным и на ближнем расстоянии так же легко их вводили в состояние гипнотического сна. Да ещё такого, что, проснувшись, человек забывал всё, что с ним произошло накануне. Конечно, спящих вояк скоро обнаружат, конечно, поднимут тревогу в данном районе, но к тому времени представители иных цивилизаций улетят далеко.

А вот в самих скалах пришлось попотеть уже всем. Агрессивность снабгов выражалась не только в желании воевать, они ещё и в разбойников превращались с лёгкостью меняющего цвет хамелеона. И пограбить любили всех, начиная от собственных соседей и заканчивая непонятными торговцами, прикупившими у них же летающие пузыри. А так как пузыри несколько дней стояли на месте, охраняемые небольшой кучкой незнакомцев, то местные летуны решили вернуть свою бывшую собственность самым незатейливым для татей способом – силой. Ну и прикрыв лица масками, довольно цинично и безжалостно напали на охрану.

Можно сказать, что по чистой случайности группа возмездия успела вовремя. Десять, а то и пять минут разницы, и отбросившие якоря уйтарги умчались бы в ночное небо. Не факт, что ушли бы от возмездия, для погони хватило бы отряда кальмаров, но тогда и транспорта могло не оказаться дееспособного. Итак, в результате жёсткого, слава здешнему Ветру, но бесшумного боя два уйтарга пострадали, они осели на землю бесформенной грудой из внутренних рёбер жёсткости, палуб и перемычек. Осталось три вместо пяти, и хорошо, что сами грабители прибыли на воздушном домике. В итоге пришлось лететь в столицу на четырёх лётных единицах вместо пяти.

Из охраны, они же лоцманы, осталось в живых, способных действовать, только трое. Раненых пришлось забрать с собой, а убитых оставить прямо среди скал с намерением потом вернуться для похорон или сообщить родственникам по радио. Ну и в результате этого четвёртым пузырём пришлось управлять лично Крафе. Дмитрий, естественно, пристроился возле него, хотя изначально планировалось оказаться на разных носителях. Перенастраивались по обстановке, уже во время взлёта.

– Нам, главное, как можно ближе подлететь к храмовому комплексу, – бормотал Гегемон. – И сбросить тебя незаметно в чердачные помещения, а уж сами рассредоточимся, не переживай…

– Да я не переживаю, две минуты маскирующая пелена держится, за это время долечу и проникну. Меня больше волнует, если реквизита на месте не окажется или он будет уже кем-то занят.

– Тогда дашь знать и будем импровизировать, – скривился союзник. Видно было, что импровизировать ему категорически не хочется. И на словах он это высказал: – Конечно, мечтаю, чтобы всё шло по плану… Иначе этим жрецам только хуже станет! – И после небольшой паузы спросил озирающегося и прислушивающегося Светозарова: – Что, нравится местное чудо?

Внутренний дизайн и убранство данного уйтарга показалось весьма скромным, непритязательным. Но в этом плане понималось: всё зависит от благосостояния владельца и, так сказать, модели транспортного средства. Сколько мог охватить глаз, до безбрежного горизонта воздушный океан был заполнен тысячами, миллионами пузырей самых различных расцветок, размеров и порой сияющих от навешанной на них иллюминации. То есть наверняка роскошные экземпляры имели место в этой удивительной цивилизации, просто они не достались, да и не нужны были иномирцам.

Зато сразу чувствовалось, что это – квазиживое существо, а точнее говоря, целая колония существ всё-таки больше живых, чем искусственных. Вся эта масса, составляющая основу пузыря, не просто послушно выполняла волю лоцмана, она жила своей собственной личной жизнью. Помимо того что шумно и часто дышала, тем самым создавая реактивную тягу для дополнительной скорости, так колония пузырей ещё и булькала, урчала, поскрипывала связующими их жилами. Создавалось порой впечатление, что летишь в желудке какого-то великана. И наблюдаешь за окружающим пространством через круглый, чисто корабельный иллюминатор. Разве что на данной палубе управления иллюминатор был метра полтора в диаметре, а на остальных палубах, да в некоторых отсеках имелись только малые, в две ладошки. Да и зачем они на чисто грузовом транспорте вообще нужны?

А вот на иных уйтаргах, которые могли похвастаться роскошью и размерами, иллюминаторы занимали порой до трети всей наружной площади. Один такой как раз проплывал перпендикулярным курсом метрах в двадцати ниже, и граф Дин поразился излишнему «остеклению»:

– Больше стекла, меньше самого пузыря, как же он тогда летает?

– У таких внутри добавочные, несущие стенки, вот за их счёт и получается подъёмная сила. А максимальная скорость здесь для всех практически одинаковая. Потому что зависит от магнитного поля планеты. В крайнем случае можно