так сказать, расстояния.
Бывший глава цыганского табора задумался на несколько мгновений, затем просветлел лицом:
— Думаю, мы можем это устроить. Точнее, ты можешь, с моей помощью. Видишь этот силовой жгут?
Он указал рукой на одну из толстых линий, пронизывающих почти весь чертеж. Она брала начало возле основания рисунка, где линии густо переплетались в узел, и поднималась к самому алтарю.
— Попробуй аккуратно влить в него силу. Только не перестарайся! Чертеж должен откликнуться.
— И в чем это будет выражаться?
— Кто знает? Скорее всего, ты услышишь отголоски плана Земли. Если это произойдет — сразу же обрывай контакт. Иначе есть риск разрушения всего контура.
А я уж было обрадовался, что у меня наконец-то появился достойный, по настоящему мудрый и опытный учитель. Но нет. Мне снова указывают направление, а там дальше уж как-нибудь сам. Впрочем, кого я обманываю? Любое обучение всегда проходит именно так. Получил базис? Ну и развивайся дальше, если есть желание.
Встряхнув головой, я вызвал в памяти формулу Янтарной сферы, на случай, если что-нибудь пойдет не так. Активировать не стал, так как эта дрянь жрала просто неимоверное количество сил, но оставил наготове. И начал потихоньку вливать в указанную линию тонкий ручеек силы.
Поначалу ничего не происходило и я чуть увеличил поток. И, видимо, не рассчитал. Линия вспыхнула ярко-зеленым светом. Свет юркой стремительной змейкой рванул от меня к алтарю, достигнув его за мгновение. У меня тут же заломило виски, когда в голове раздался многоголосый раздраженный шепот обитателей иного плана. Они явно не были довольны бесцеремонным вторжением в свой мир.
— Проклятье! — в голос крикнули я и Парис, вот только причины недовольства у нас были разные.
— Не обрывай канал! — цыган явно понимал больше, чем я. — Крест напитывается силой и, если прекратить ритуал, — разрушится. Встань в узел силы и распредели поток!
Бывают в жизни моменты, когда лучше сделать что велят, не раздумывая. Я и без его пояснений уже чувствовал, как крест стремительно впитывает силу, начиная опасно резонировать от неравномерности распределения.
— Все назад!
Встав на вершину рисунка, в которой сходились главные силовые линии, я перевел поток, распределяя его на весь контур. Хотел снизить нагрузку на ту линию, в которую уже влил поток, но рисунок сам, без моего участия, перенаправил энергию. Голоса в голове взвились вверх, перестав шептать. Теперь это был многоголосый хор, в котором к недовольству явственно добавилось чье-то любопытство. Словно обитатели иного плана поняли, что к ним ломится кто-то хорошо знакомый. Еще не полноценный обитатель, но уже желанный гость.
По мере поглощаемой силы крест начал светиться равномерным зеленоватым светом и издавать едва слышный, но все нарастающий гул. Он вибрировал, испуская низкочастотные волны, так, что в какой-то момент даже лишенные магии минотавры зажали уши руками. Тщетно. Звук проникал в голову, минуя любые преграды. В какой-то момент звук начал менять тональность, стал выше и перетек в довольно мелодичный звон, разом перестав давить на барабанные перепонки. Светящийся узор на полу потускнел, выполнив свою функцию, и я, почувствовав, что ритуал практически завершен, с облегчением развеял поток, чувствуя, как по спине градом катится пот.
— Получилось что ли?
Я взглянул на крест магическим зрением и сразу понял, что попал в точку. Монолитное творение рогатых скульпторов перестало быть пустым и безжизненным и теперь куда больше походило на своего собрата в горах Лабиринта. Но все же с некоторыми отличиями. Новодел не только светился невидимым обычному взгляду магическим светом, но как будто бы даже дышал, с жадностью впитывая малейшие нюансы окружающего пространства.
— Владыка! Получилось?!
Сдвоенный возглас фанатиков мигом вернул меня с небес на грешную землю. Я скосил глаза на своих Приближенных и украдкой покачал головой. Кажется, я только что уронил очередную монетку в копилку собственной исключительности. И кажется, обратить этот процесс вспять не получится при всем желании.
Вместо меня ответил Парис. Его глаза лучились неподдельным удовольствием и я понял, что впервые вижу на его лице столь искренние эмоции:
— Еще как получилось. Поздравляю, ты — искренний наследник Якострофа. Ничего подобного я не видел со времен… Очень давно. Думаю, даже у одного из Восьмерых не получилось бы лучше.
— Но что… И как теперь… В смысле, как им пользоваться?!
От восторга мысли и слова фанатиков путались, но коллективными усилиями они все же смогли выдавить одну осмысленную фразу на двоих.
— Теперь это алтарь. Он способен аккумулировать силу тех, кто к нему обращается. И он не имеет ничего общего с мерзкими поделками Прометея. Крест не может только забирать. Он будет щедро одаривать тех, кто обратится к нему искренне, истово. Выравнивать магический фон, устранять колебания и изъяны ауры. Направлять Приближенных, помогать простым смертным. Творение настоящего Правителя.
— А вы неплохо тут забавляться, я смотреть.
В проходе стояла амазонка. Она невозмутимо грызла зеленое яблоко, с интересом осматривая храм. С нашей последней встречи почти все маки на ее руках вновь распустились, отчего и без того красивая девушка сама словно расцвела. Теперь смотреть на нее без шаловливых мыслей оказалось просто невозможно и я украдкой сглотнул слюну. Впрочем, Приближенные и вовсе глазели на нее во все глаза, физически не в состоянии отвести взгляд. А затем как по команде залились краской, явно подумав об одном и том же.
— Рад, что ты в порядке. наш новый друг подсказал, как можно вдохнуть жизнь в новый крест.
Амазонка посмотрела на чуточку напрягшегося Париса и усмехнулась:
— Цыган. Не сомневаться, что этот старый хрыч знать толк в магии и как насолить Прометею.
Неожиданно ее глаза округлились, словно она увидела что-то жуткое, кожа посерела и Илона рухнула на пол, конвульсивно подергиваясь. Я стрелой бросился к ней. Воззвал к дару, готовый отразить любую угрозу, но вокруг, кроме нас никого не было.
— Илона! Что с тобой?!
Я положил голову девушки себе на ладонь. Она продолжала дергаться, будто в припадке. В уголках губ появилась пена. Маки на ее руках закрывались и распускались, не переставая.
— Что происходит? — я искал в ней признаки магического воздействия и не находил их.
— Кажется, я знаю, что. Боюсь, нам всем это не понравится. А ей не нравится прямо сейчас.
Я поднял глаза на сосредоточенного хмурого Париса:
— Ты можешь сказать прямо, Зевс тебя дери?!
— Прометей сделал очередной ход.
* * *
— Давай!
Подчиняясь хлесткому приказу красивого, но властного женского голоса, мужчина-раб напрягся, раскрутил метательный диск и с силой запустил его вверх и вперед. Снаряд со свистом взмыл в воздух, достиг пика и начал медленно опускаться
