дальше. А это было дело не самое быстрое, несмотря на то, что мы потратили не один десяток тысяч рублей на необходимые зелья.
Он всю последнюю неделю пил различную алхимию, готовясь к этому дню, и вот сегодня она, скопившись в достаточно количестве, активировалась под воздействием рун. Те же зелья, что я вливал сейчас, были катализаторами, ускоряющими процесс.
Когда я, наконец, удовлетворился увиденным, я бережно достал сердце лешего. Всё, права на ошибку больше нет и процесс не обратить, пора бы действовать!
Моя рука безжалостно вонзилась в грудь Приходько и сжалась на его сердце. И в тот же миг я постил по нему фиолетовые молнии, вгрызаясь в размягчившуюся структуру. В единый миг я добрался до самого средоточия его дара, выглядящего как небольшой бесцветный шарик и резко, мощно ударил по нему, заставляя потерять стабильность. Секунда, другая, третья — и его Дар буквально лопнул, отправив всю имевшуюся ману по энергоканалам.
Всё. Влад сейчас — бездарный мужик в состоянии клинической смерти. Пора действовать!
Я резко выдергиваю руку со сжатым сердцем своего друга — что бы в следующий миг вонзить туда же другую, ту, в которой был мой сегодняшний трофей. Надо успеть сделать всё до того, как его собственная мана выветрится, а сам чародей пройдёт точку невозврата. Именно потому я так хотел успеть всё сделать пока я Младший Магистр — на этом ранге контроль над маной и чувствительность куда выше, чем на предыдущей. Ну и ещё сейчас есть они…
Фиолетовые молнии, сплетаясь с оранжевым, потоком хлынули в тело моего сейчас мёртвого друга. Вся алхимия разом отдала свою силу и свойства, я же, перехватив поток бушующих в его теле энергий, разом начал создавать новое средоточие магии. Не там, где оно обычно находиться у магов, не в голове. Нет, теперь оно было в том самом сердце, что сейчас осторожно, робко толкнулось в моей руке.
Новые каналы энергии прорастали стремительно. Мана из старых, сейчас распадающихся, хлынула по ним, даруя силу на восстановление и связывая сердце с его новым хозяином, давая попробовать его силу на вкус — так я планировал создать привязку.
А дальше от меня уже ничего не зависело. Я утер окровавленной рукой честный трудовой пот — свою часть дела я сделал идеально. Влад ведь даже не понимает, что помимо прочего он теперь и проживет раза в два дольше, чем другие смертные. Небольшой секрет, который я даже в своем мире не рискнул никому поведать, опасаясь что те из магов, кто не добрался до уровня Великих и не получил бессмертие просто истребят несчастных хранителей лесов.
Медленно, постепенно процесс налаживался. Вот уже Влад взял ранг Подмастерья… Затем Ученика… Ага, вернулся к Адепту… Ого! И не остановился на этом, смотри-ка! Новое ядро дара не прекращало нарастать и пускать всё новые каналы маны, то сжимаясь, то расширяясь, и подошло к самому пику ранга. Что, таки всё? Не хватило?
Ну ладно, добавим. Оранжевые молнии потекли в моего заместителя, заставляя его бессознательно зарычать — и он всё же сумел. Сумел, из последних сил и на самой грани, но всё же преодолев барьер и шагнув на следующий ранг — и его раны принялись стремительно зарастать, восстанавливаясь под воздействием его нового сердца.
Несколько минут, и он принял прежний облик. Операция прошла успешно… Что ж, видимо, повышенная живучесть идет бонусом к сердцу? На моей памяти подобную операцию проводили лишь раз. Тогда ещё наследнику Российской Империи, на котором висело могущественное проклятие, насланное британскими чернокнижниками. Знал бы я тогда, что этот приветливо улыбающийся юноша, ради спасения которого пришлось надрывать задницу половине Великих нашего государства, станет тем, кто меня прикончит — самолично вырвал бы новое сердце говнюку.
Тем временем Приходько открыл глаза. Покосившись на меня, он потрогал рукой область сердца, нахмурился и резко сел.
— Всё получилось?
— Более чем, старый ты башмак, более чем, — кивнул я. — Ты, кстати, ещё и на рожу помолодел. Десяток лет как с куста. Чувствуешь себя нормально?
Он некоторое время помолчал, глядя пустым взглядом в пространство. Любовался своим новым строением ауры, видимо. Так-то, со стороны, разницы видно не было — только если разбирать его на запчасти энергетической хирургией. Но сам он, разумеется, все перемены видел.
— Я Мастер… Хе-хе-хе… Так, стоп! Что за хрень? Почему мой источник дара в сердце, а не в мозгу? — вскинулся он.
— Потому что у тебя в груди сердце лешего, — пожал я плечами. — И именно оно сделало тебя сильнее, моложе и крепче. Где ж ещё быть твоему новому источнику, как не в нем? В заднице? Лучше попробуй сплести что-нибудь простенькое. Серьёзное колдовство тебе в ближайшие пару дней противопоказано, но что-нибудь первого ранга ради эксперимента можно.
— А если мне поплохеет с таких экспериментов? — поднял он бровь.
— То я зря на тебя потратил очень ценный трофей, понапрасну влез в долги перед одним жадным существом и потерял впустую кучу времени, шастая по этой дыре, — отрезал я. — Давай, покажи уже результаты, не беси меня.
Хмыкнув и пожав плечами, он поднял перед собой ладонь и над ней заискрился, потрескивая от жара, небольшой, с незрелое яблочко огненный шарик. Чары возникли легко и просто, даже аура чародея не дрогнула, как и положено в подобной ситуации Мастеру.
— Ого… — пробормотал он, глядя на огонёк. — А ведь я даже толком ничего не делал. Не держал мыслеформ, не сплетал силу — просто пожелал, и всё.
— Простейшие заклятия на этом ранге уже не требуют сознательных усилий, — покивал я. — Разумеется, если это привычные тебе чары. Ну что? Нигде не болит? Сила протекает свободно?
— Никогда не чувствовал себя лучше, — признался Влад. — Спасибо, Аристарх. Правда спасибо. Я до конца не верил, что получится, но теперь… Я пойду за тобой до конца, что бы ты ни планировал в будущем.
Это ты ещё не знаешь, что у тебя потенциал как минимум Младшего Магистра, друг мой. А если будешь стараться и сильно повезет — и Старший достижим… И да, конечно ты мой — только дурак упустит из своих рук столь нужный и ценный кадр, в которого к тому же столь сильно инвестировал. Да и сожрут тебя во внешнем мире без меня…
— Это отлично, ибо планы у нас грандиозные, дружище, — улыбнулся я. — Нас ждут великие дела, попомни мои слова! А теперь пора вылезать — пожрем, поспим и на утро обратно. Да и Хельга нас уже заждалась.
— А как мы ей объясним столь резкие перемены? — полюбопытствовал он, легко вскакивая. — У неё явно будут вопросы. И ладно у неё — у её охраны потом тоже могут возникнуть вопросы, а это уже серьёзно.
— Ну пусть
