выпутаться из ситуации лишь моя
сестренка. Насколько я знаю, её артефакты ментальной защиты предназначены лишь для того, что бы помочь выжить лишь хозяйке. Вы же с ней на пару утверждаете, что этот сопляк, которого даже из собственного Рода изгнали за никчемность и бесперспективность, сумел своими силами справиться со Старшим Магистром на его поле? Отец, мне кажется, наша Тень что-то от нас скрывает.
Девятая Тень, внешне оставшись абсолютно невозмутимой, внутренне всё же поморщилась. Будучи одной из доверенных слуг Второго Императора, членом особого отряда, созданного из не связанных с Родом сирот и тщательно воспитанных и обученных в верности Павлу Александровичу, она не решилась продемонстрировать своё отношение к словам одного из его сыновей. Ибо субординация не позволяла.
Однако это не мешало ей представить, чем бы закончилось личное столкновение этого чрезмерно самоуверенного парня с этим зверем, которого Шуйские умудрились по своей глупости упустить. Случись им сразиться один на один, на поле боя и без особых артефактов, коими был увешен Александр, она бы на него и ломаного гроша не поставила. Бывший Шуйский был непонятен, странен и очень, очень опасен — настолько, что даже она сама не была до конца уверена, что сумеет его одолеть. Шансы были девять к одному в её пользу, но сам факт того, что восемнадцатилетний Мастер обладал десятипроцентным шансом на победу в бою с ней, опытной, великолепно обученной и экипированной чародейкой ранга Старшего Магистра уже говорил о многом.
— Опиши свои личные ощущения касательно парня, Наташа, — негромко попросил другой присутствующий в кабинете чародей. Архимаг, командир Отряда Теней и один из самых доверенных людей среди тех, кто служил Павлу Александровичу — Первая Тень, Георгий Изюмин. — И выскажи своё мнение о нём.
Сам Павел Романов, Второй Император, на таких мини-советах среди ближнего круга предпочитал молчать, позволяя подчиненным самим вести его и высказывать то, что они считали нужным. Изредка и он вмешивался, задавая наводящие и уточняющие вопросы, но в основном он обычно позволял всем сторонам высказать свои точки зрения. И лишь тогда вступал в разговор сам — как правило, уже приняв окончательное решение по обсуждаемому вопросу. Вот и сейчас он молчал, ожидая, когда каждый скажет что думает. Правда, на его решение никакие их слова уже не повлияют — но то уже другой вопрос. Ближайшему окружению нужно давать хотя бы иллюзию того, что именно они влияют на его решения, хотя бы и отчасти.
— Это… Сложно, — признала со вздохом Девятая. — Ему восемнадцать — как вы знаете, это многократно проверено. Он именно тот, за кого себя выдаёт — за это время у нас были возможности добыть образцы его крови и убедиться, что он Шуйский, ему восемнадцать и что его отец Маг Заклятий — как вы знаете, у чародеев на таком ранге определенные проблемы с тем, что бы завести детей, ибо слишком уж они отличаются от тех, кто младше рангом. Но при всём при этом, я не могу понять откуда у того, кто скрывал факт наличия магического Дара даже от семьи, кто приехал в Александровск лишь Учеником, и менее чем за год достиг Мастера, такие познания в магии и боевой опыт. Он хороший алхимик, приличный ритуалист, владеет магометрией — я лично видела вычерченные им магические фигуры и то, насколько они хорошо работают… И это не говоря о самом подозрительном — его молниях и способности на короткое время повышать себе ранг. Да и вообще — его объем магических знаний слишком обширен и глубок. Ну не может его ровесник не просто знать столько, но ещё и уметь всё это применять! Далее…
Девушка задумчиво умолкла, чуть прикусив нижнюю главу, и наконец продолжила.
— Его молнии. Это нечто чудовищное, странное и немного пугающее. В серьёзных боях он использует именно эти чары, но у него три разноцветные молнии в распоряжении. Это нечто за гранью моего понимания, и единственное, что я могу уверенно констатировать, так это то, что они опаснее и могущественнее сил, которыми обладает госпожа. И в отличии от неё, он владеет этой силой в совершенстве.
— Парня нужно привязать к себе, господин, — заметил третий чародей. Тоже Архимаг и глава службы разведки Павла Александровича, Максим Филатов, решив тоже высказать своё мнение. — Не знаю, откуда у парня столько знаний и умений, ясно лишь, что они не из дневника его отца, на который он ссылается. Но тем не менее, потенциал стать в будущем Магом Заклятий у него имеется, и такого человека лучше заранее подтолкнуть в наш лагерь.
— А если он человек моего дражайшего дядюшки? — поинтересовался Александр. — Что, если всё это одна большая интрига с целью внедрить в наши ряды шпиона?
— Мои люди все проверили многократно, и парень действительно чист, — твёрдо заявил начальник разведки. — У него четко прослеживаются определенные амбиции, он действительно не доверяет своей семье и судя по всему, винит нынешнего Главу Шуйских в смерти своего отца. В связях с дворянством, близким императорскому трону, не замечен? среди боярства только несколько человек — Морозов и Шувалов, из младших, но там тоже просто шапочное знакомство. Шувалову он в свое время намеренно проиграл дуэль — сперва отделав того так, что тот стоять не мог, а затем признав поражение, когда тот отказался сдаваться. Это какое-то время послужило причиной насмешек над Шуваловым — настоять на дуэли с Учеником, проиграть и получить такого рода победу довольно унизительно… В общем — какие бы у него ни были тайны на тему того, что он умеет и знает, нам пойдёт на пользу приблизить постепенно приблизить его к нам, сделав со временем надежным сторонником. Пока что он конечно величина исчезающе малая, да и расти ему ещё долго и всякое может в процессе случиться — но я склонен к тому, что за парнем стоит приглядывать, но в его дела не влезать. Ни для того, что бы помочь, ни для того, что бы помешать.
— Мы уже влезли со своей помощью, — напомнил Александр. — Капитанский патент, лицензия вольного отряда, дозволение на основание собственного Рода, полученное в ускоренном порядке, плюс ещё и размеры территорий, что станут его вотчиной, совершенно неприличные! Не говоря уже о том, что ему позволено самому решать, где они будут располагаться — такие Родовые земли впору давать какому-нибудь Старшему Магистру, а не жалкому Мастеру. Отец, я считаю, что мы слишком церемонимся с парнем…
— Достаточно.
Одного слова Павла Александровича хватило, что бы его сын умолк и с недовольным выражением лица уставился в стол. Сам же Маг Заклятий поглядел на единственного человека, что ещё не раскрывал рта за время совещания.
— Тойво, что скажешь ты?
Невысокий, щупленький человек средних лет, до того
