его попытку связаться по мыслеречи.
— Ключ Совета находится в здании Совета. Его можно забрать без церемонии. Так велел лорд Трибель.
О, конечно, синекрылый так велел. Я уже понимаю, почему. Ему не хочется афишировать передачу ключа и делать мне рекламу. Он боится, что моя слава в Сторожевом городе станет громче. А ему и одному крыла хватает, чтобы комплексовать.
По мыслеречи велю тавров запрячь карету. Пусть здание Совета и недалеко, но топать пешком не престижно для короля. Мне-то пофиг, но херувимы почем-то не уважают тех, кто на своих двоих передвигается. Либо летай, либо каретой пользуйся. А крылья я уже снял.
Тут Змейка подходит ко мне с сияющим выражением лица и протягивает дымящуюся чашку:
— Мазака, коффе.
Ну я как раз тортик только-только съел. Запить бы кофейком.
— Спасибо… Мать выводка, что за дела? — оглядываю нашу нудистку. — Почему ты опять не одета?
Змейка хлопает себя по бёдрам, звонко — там болтается цепочка с кольцами и красными мини-клинками.
— Рр-я одета, фака! — возмущается она, как будто я чего-то не понимаю.
— Этого маловато будет. Иди одевайся — тогда возьму с собой в Совет.
— Уби-и-ивать, фака⁈
— Нет, просто прогуляться.
У Змейки плохо с пониманием, что такое одежда, она может на себя натянуть и шторы, мешок из-под картошки, если ее заставить идти переодеваться, конечно. Сейчас, правда, она натягивает на себя какое-то желтое платье, в котором она даже мило смотрится.
По пути в Совет думаю о Трибеле. Он принёс теневого осьминога на арену, это уж точно. Но насколько лорд участвовал в планировании покушении? Он работает с Лордом Тенью на равных или просто его глупая пешка?
Пока я просто оттяпал у него крыло. Надо понаблюдать за ним немного. Скоро будет ясно, насколько глубоко он погружен в планы Лорда Тени, а там, глядишь, можно будет лорда Небесного Дома и в Легион добавить.
Карета тормозит у широкого крыльца, и я со Змейкой захожу в здание Совета.
Сразу за холлом идем сквозь магическую каменную арку, явно предназначенную для обнаружения запрещённого — что-то вроде детектора.
Подходим к окошку. Самое обыкновенное, как в старых учреждениях из моего старого мира — стекло, рамка, уныние. За стеклом сидит мадам с синими крыльями и тремя подбородками.
— Добрый день, уважаемая. Я пришел за ключом от Сторожевого города, которым должен обладать каждый член Совета Домов, — говорю без лишних церемоний и представлений. В конце концов, местные чиновники должны знать членов Совета.
Она моргает. Лицо — кирпич.
— А где ваше разрешение?
Я молча достаю из теневого портала тонкую папку.
— Прошу, — кладу в окошко. — Официальный протокол с решением Совета.
Она берёт, листает с подозрением. Потом кивает:
— Хорошо. Давайте ваш паспорт.
Пожав плечами, я достаю оттуда же документ и протягиваю в окошко. Она хмурится.
— Что это такое?
— Это паспорт дворянина Русского Царства.
— А надо — Херувимии, — резко бросает тетка.
Я пожимаю плечами:
— Ну так выпишите мне херувимский паспорт. Разве я возражаю?
Она вздыхает так, будто я предложил ей прыгнуть с крыши:
— Для этого мне нужна справка о вашей личности.
— И где мне её взять?
— Восточное крыло. Десятый кабинет.
Я качаю головой:
— А вы не можете выдать мне её тут?
— У меня нет должной печати Б-5. А без неё — никак.
— Значит, я пошел в десятый? — сам я никуда не иду, наоборот, опираюсь плечом о стену оконной ниши. Просто уточняю в целях понимания, что здесь творится.
— Он работает только пятого и седьмого дня декады. Приходите послезавтра.
Так и знал! Хм, я попал в бюрократический ад. А Трибель не так прост, как кажется. Но нет, в этот водоворот меня никому не втянуть, увольте.
— Это займёт слишком много времени. У меня его нет, уважаемая, — замечаю. — Мне нужно получить ключ прямо сейчас.
Она разводит руками:
— Таков порядок. Он одинаков для всех. Я ничего не могу сделать.
— Давайте еще раз, уважаемая — вздыхаю. — Мне нужно получить вот этот ключ.
Ломтик подкидывает мне в руку нужный предмет и я качаю желтым ключом перед окошком.
Тетка округляет глаза и тут же суетится, вводит шифр, открывает какой-то ящик — пусто. Она осознаёт, что ключ уже здесь, в моих руках.
— Как… вы его достали? Верните немедленно! Без бумаг не положено! Верните!
— А зачем? Он же мой. Совет принял решение. Я не собираюсь его возвращать.
— Но вы… вы должны подписать бумаги о получении ключа! Иначе меня уволят за его потерю!
— Ну, давайте подпишем, — соглашаюсь великодушно.
— Но мы не можем это сделать без справки о личности⁈
— Значит, не можем? — грустно вздыхаю и отворачиваюсь, подкидывая ключ в руке. — Ну что ж, до свидания.
— Подождите, пожалуйста! — вскакивает она со стула. — Я выпишу вам справку о временном проживании! Она тоже сойдет!
— Хорошо, сударыня, — возвращаюсь к окошку.
Она вытаскивает бумаги и тюбик чернил. Макнув перо, я подписываю, забираю себе копии и ухожу. Теперь официально я — член Совета. Даже прихвачена бумажка об утверждении моего членства на случай, если Трибель захочет прикопаться к процедуре.
И тут — пилик.
Арка, через которую мы снова прошли, подала сигнал. Со своего поста к нам подпрыгивает синекрылый сторож:
— У вас не снятая пломба! Что из имущества Совета вы проносите⁈
Оглядываю ключ — снизу к нему прикреплён чёрный кружок. Понятно, пломба. Её, судя по всему, должна была снять тётка при официальной передаче.
— Верно. Пломба, — киваю и срываю её без лишних церемоний.
— Где бумаги приёма-передачи⁈ — строго смотрит на меня сторож.
Я открываю папку:
— Вот сверху акт приёма-передачи, — говорю с ледяной вежливостью.
Сторож хмурится:
— Этого недостаточно! Для выноса ключа Совета у вас должно быть не меньше десяти согласующих документов!
Змейка свирепо косится на него, но я с улыбкой киваю:
— Конечно, сударь, — достаю из внутреннего кармана пиджака стопку бумаг, которая физически там не могла поместиться. — Думаю, тут найдется нужные бумаги.
Страж замирает, на мгновение растерянный, затем берёт в руки протянутые бумаги. Лист за листом — и на каждом десятки печатей, наложенных вразнобой, поверх текста, на полях, иногда даже на заголовке.
— Всё заверено, — спокойно уведомляю его, наблюдая за
