ничего другого, кроме как обороняться. Тем более, что Оля не очень уж и пыталась остановить своего поклонника.
А может, он у нее уже не просто поклонник? Почему это он поджидал девушку тут? Может быть, это мне надо предъявить Оле кое-какие обоснованные подозрения?
Впрочем, на разборки времени не было. Мне еще показалось, что Оля специально разговаривала со мной так громко, чтобы услышал ее воздыхатель.
Ну да ладно, потом разберемся, как это он тут оказался, да еще так вовремя. Сейчас я полностью сосредоточился на схватке с бывшим товарищем. С Ромео, потерявшим голову от страсти.
Сначала я думал, что разобраться с ним не составит особого труда. Но Борька напал на меня, размахивая кулаками. Метил в голову.
Я бросил сумку и ушел в сторону, одновременно сам врезав ему боковым правым в челюсть. Не стремился нокаутировать, все-таки это мой бывший приятель, больше оглушить, да и кулаки не хотелось себе отбить.
От моего удара Борька на мгновение остановился. Даже отшатнулся. В ту же секунду я снова добавил ему левой, а когда Борька откинулся к стене, я налетел на него корпусом.
Прижал к стене плечом, как можно больнее, так что услышал, как он со стоном выдохнул воздух и быстро закинул правую ногу между его ног. Тут же поддел руками за плечи слегка ошеломленного товарища и аккуратно перекинул через бедро в сторону.
Почему аккуратно? Да чтобы этот балбес не сломал себе позвоночник и ребра, когда свалился на твердый пол в коридоре. Мой старый друг упал на пол вполне квалификацированно, успел сгруппироваться, так что не особо пострадал.
— Витя, что ты делаешь? — взвигнула Оля, прижав руки к щекам. — Ты же убьешь Бореньку.
Ого, даже так? Как много сюрпризов можно получить, просто прргулявшись пораньше в секцию по самбо.
Я же говорил, что мой бывший приятель не просто так тут нарисовался. От злости я чуть было не добавил распластавшемуся на полу Борьке ногой по животу, но вовремя опомнился.
— Ладно, забирай своего Бореньку, — процедил я и отодвинулся. — И пусть больше не попадается мне на глаза. А то и в самом деле порву на клочки.
Оля бросилась к поверженному герою и обняла его за шею, а потом заботливо спросила, все ли с ним в порядке. Я даже не захотел смотреть, чем это закончится, чуть было не плюнул с досады, развернулся и пошел прочь.
Самое главное, что миссия выполнена. Я сказал Оле все, что хотел сказать. Пусть теперь сама живет своей жизнью.
Подобрал сумку, быстро пошел по коридору. Добрался до дверей, ведущих в мой зал и остановился возле них. Обернулся на коридор и уже не увидел Олю и Борьку. Ну и отлично. Надеюсь, еще не скоро увижу.
Вошел в зал и как всегда, услышал шлепки, крики, шум падения крепких тел, мелькание спортсменов на матах. Сейчас утро, а я увидел только вольников, дисциплинированно отрабатывающих упражнения.
Наша половина пустовала. Никого из наших самбистов, хотя я слышал, что утром ходит несколько парней, да еще и человек пять школьников из детской группы.
Что же это получается, сегодня занятий не будет? Неужели дядя Федор решил сегодня отлежаться, празднуя мою победу и Звеньева? Что-то на него это не похоже.
Кстати, ведь я так и не сказал, что здоровяк Звеньев вчера тоже отличился и тоже завоевал серебряную медаль в тяжелом весе. В итоге у нашего клуба две медали, золотая и серебряная, неплохой урожай для захудалой секции, расположенной на окраине города.
Так, раз на ковре никого нет, я решил на всякий случай проверить, не прячется ли кто в подсобке. Быстро прошел туда, заглянул в приоткрытую дверь, сначала постучавшись, и обнаружил, что внутри пусто.
Спросил у тренера вольников, не появлялись ли мои наставники, а тот покачал головой. Никого не видел с утра. Хорошенькое дельце.
Я почесал затылок, раздумывая, как быть дальше.
— Эй, чемпион, ты, говорят, самый сильный зверь у самбистов, — ко мне подошел мускулистый приземистый борец, как там его, кажется, Токарев Толя зовут. В прошлый раз, когда я боролся с его товарищами по секции, я его не видел. — Ну-ка, пойдем на ковер, попыхтим. Не боишься?
Я все еще думал, как быть дальше, где искать Степаныча и поэтому рассеянно посмотрел на Токарева. У него роскошная кудрявая шевелюра, гордая осанка, длинные руки и широкие плечи.
Чем-то Токарев походил на молодого льва, наверное, потому что его волосы спускались до плеч по нынешней моде хиппи. Вроде бы он уже мастер спорта по вольной, если я не ошибаюсь. Постоянно пропадал на соревнованиях.
— Ты это о чем? — спросил я, думая о том, что надо позвонить в «Динамо» знакомым ребятам и спросить, когда теперь ждать Степаныча. Мне с ним многое надо обсудить. — Да не, я сегодня не совсем в форме. Давай в другой раз.
Токарев усмехнулся, вокруг рта у него образовались две продольные складки, он презрительно смотрел на меня. Я обратился внимание, как зло он сощурил маленькие серые глаза, глядя на меня с превосходством.
— Ты что же, струхнул, что ли? — спросил он удивленно и издевательски. — Вот уж не думал, что ты у нас бумажный чемпион. Да ладно, что ты тушуешься, пошли, я тебя не укушу. Больно не будет.
Он бесцеремонно схватил меня за рукав и потянул в сторону других своих ребят, занимавшихся на матах. Некоторые из них, четверо парнишек, стоявшие ближе всех, остановились и с любопытством посмотрели на нас. Тренер сделал вид, что занят чем-то другим.
Я стоял на месте, расставив ноги и уперевшись, как молодой бычок, которого пытаются завести в загон. Одновременно прикидывал, как быть, оттолкнуть навязчивого Токарева, потому что тот уже слишком уж охамел, или превратить все в шутку и подчиниться ему?
Ясен пень, что он устроил это все не просто так, явно хочет поквитаться со мной за ту тренировку, когда я раскидал их борцов, как котят и теперь все они жаждут мести. Если я сейчас начну сопротивляться, то поставлю себя в неловкое положение, потому что внешне Токарев ничего особо не нарушил.
Ну пытался вытащить меня на ковер, побороться чуток, зачем устраивать скандал и истерику? Вот что он скажет, когда в «Динамо» нас будут спрашивать, из-за чего подрались.
А на моей репутации новоиспеченного чемпиона будет уже грязненькое пятнышко. Крохотное такое, но, тем не менее, явно заметное остальным.
Поэтому да, не надо лезть на рожон.
