себя искажённой печатью Паладинов, ещё и попался на глаза Охотнику.
Белов тоже говорил о каких-то Паладинах и печати, но Ханзо не понимал, что это значит. Впервые он слышал о таком, а потому не знал ответов! Да и если бы знал, что это меняло⁈
— Кгх! ГХР! — пытался вырваться Хатори, но тело не слушалось, а сила будто отрубилась. Сейчас он был обычным человеком!
«Яд⁈ Но как⁈» — в полном шоке продумал старик.
Осознание того факта, что он теперь беспомощен, вселяло ещё больший страх, нежели смерть, а когда Ханзо опустил глаза на пол, то страх перерос в ужас.
Его ноги… Их окутали тени с красными глазами и широкими пастями, полными белоснежных клыков.
— Да не трепыхайся ты так, — ласково улыбнулся демон. — Думать мешаешь. Хм, прикончить тебя или нет?
Секунды ожидания словно растянулись на долгие часы. Тени росли из пола и всё сильнее поглощали собой тело Ханзо, а незнакомец в это время… Считал.
— Раз, два, три, четыре, пять… Вышел зайчик погулять. Вдруг охотник выбегает… Прямо в зайчика стреляет. Но охотник не попал… Серый зайчик убежал… — замолк демон и выругался. — Повезло тебе, старик, считалочка за тебя!
Душа Ханзо ушла в пятки от вида вспыхнувших в раздражении нечеловеческих глаз. Но также, у него появилась слабая, но надежда. Вдруг этот незнакомец безумен и таким способом пощадит его? Нужно лишь выиграть время и он выберется из Японии! Только бы это чудовище ушло!
Демон будто чувствовал краткий миг надежды смертного, отчего на его лице появилась широкая улыбка, а в руке — золотая монетка.
— Вот, этот способ мне больше нравится!
Он ловко подкинул монетку в воздух. С потаённым страхом Ханзо смотрел, как она летела, а затем начала падать. Вот только стоило ему заметить, что грани этой монетки одинаковы, как страх сменился холодным ужасом.
— Хе-хе, — посмеялся демон, поймав её и показав старику. — Вот теперь — не повезло!
Стоило только прозвучать этим словам, что были сродни приговору, демон разжал хватку и тени поглотили старика. Не было слышно криков, воплей и стонов. Лишь треск перемолотых костей, разрывающегося мяса и задорное чавканье голодных теней, пожирающих Одарённого Вне Категорий заживо.
Когда всё было кончено, тени рассеялись и на полу остался след крови, демон достал телефон и сфотографировал его.
— Покажу потом Райнеру, пусть порадуется, — широко оскалился Заебос и наклонил голову набок. — Хм, может в художники податься? Живописненько получилось, как никак!
Посмеявшись собственной шутке и мысли о возможном будущем хобби, он пошёл на выход из убежища, напевая:
— Я календарь переверну и снова кого-нибудь убью… На фото я твоё взгляну, — подкинул он телефон в руке. — На сердце Охотника радость принесу…
Глава 15
Харука подошла к маленькому столику на веранде, поставила серебристый поднос с чайничком и чашками. Отточенными движениями она налила горячий напиток, поклонилась и подала мне.
— Ваш чай, Белов-сан.
Она то и дело пыталась поднять глаза, чтобы наши взгляды встретились. И хоть Харука внешне держала себя в руках, внутри неё была настоящая буря эмоций.
— Благодарю, — хрипло сказал я, приняв чашку и сделав глоток.
Девушка удалилась, закрыв за собой дверь моей комнаты.
Я поправил плед, согревающий ноги, и поморщился. Всё тело трещало, грозясь в любой момент развалится от любого чиха. Печать Регенерации работала на полную катушку, буквально вытягивая все ресурсы организма на восстановление повреждений. От этого появилась небольшая худоба и зверский аппетит, с которым успешно справлялся повар особняка Сатоши.
Не хочется этого признавать, но я сорвался. Вышел за грань и предел доступного, перешагнув черту. Сколько тренирую это тело, но оно всё также не готово. Повреждения энергетических каналов настолько обширны, что лекарь императорской семьи был в шоке от того, что я ещё не сдох. Куча трещин, закупорок, микротравм… На любую попытку пробудить силу тело отдавало болью до зубного скрежета.
Всё же ярость взяла своё, но иначе быть не могло. Чёртов старик… Падаль, что извращает и использует силу Паладинов! Одного этого факта хватило, чтобы меня захлестнуло с головой, а перед глазами появлялись воспоминания о Светлом Ордене, что как и Охотники, сражались за людей. Не сказать, что наши Ордена особо контактировали, но лично у меня среди Паладинов было много друзей.
Роберт Илларион, Абадайя Нокт, Симелия Таненбаум… Лишь три имени среди многих, но самые достойные. Именно им я мог доверить свою спину помимо братьев. Друзья, память о которых грела сердце и душу.
— И эта мразь, — сжал я чашку, раскрошив её. — Опорочила их.
Осколки пробили кожу, тёплая кровь потекла дорожками по ладоням, пачкая плед.
Кто-то бы сказал, что Ханзо и мои друзья из Ордена Паладинов не связаны. Что это лишь совпадение и нужно было разобраться. Но это не так. Не бывает совпадений, когда речь идёт о секретах Ордена. Особенно о печати Паладинов, тайну о которой хранят, как зеницу ока.
И что из этого получается? Два варианта. Либо их знания как-то попали в этот мир, либо же их украли. Я больше склоняюсь ко второму, ведь печать на душе Ханзо была извращена. Чистая энергия света, которую вывернули наизнанку и будто выжгли в старике. Ублюдки каким-то немыслимым образом добыли знания, но не полные и применили их — доработав. От этого и эффект, а в заключении… Паладин бы никогда не отдал кому-то подобный секрет добровольно. Пытали ли его? Истязали, чтобы добыть силу? Хорошие вопросы, на которые я желал получить ответы.
Вот только сделать это придётся позже. Ублюдок сбежал. Наша битва была столь яростна, что пожар охватил большую часть леса. Службы и Охотники, включая гвардию Императора Японии и О́ни — вмешались. Короткая заминка, чтобы спасти этих дураков от гибели и старик сбежал, воспользовавшись моментом и пожаром.
Но ничего… Я повесил на него метку и найду, куда бы он не сбежал. Ему не скрыться и не спрятаться. А когда я получу все ответы, то и приму решение.
Успокоив дыхание и гнев, прикрыл глаза. Отследить метку не трудно и я настроился на её волну. Если почувствую, что старик решит сбежать из Японии, то солью информацию Хигену. Но пока этого нужно избегать. Слишком много вопросов вызовет подобный ход и не факт, что мне удастся поговорить с недоПаладином.
Отклик был слабым, а значит Ханзо хоть и был жив, но одной ногой находился в могиле.
