монополистов он называет теми, кем они являются.
На мгновение в канале повисает пауза — тот редкий случай, когда Питон не находит слов сразу. Потом тихий смешок.
— Ну ладно, — сдаётся он, — не будем зубы скалить, дочка. Так что, король-регент уже у Лорда Золота? Или, может, остался у тебя на ночь?
Гюрза невольно краснеет. Хорошо, что эти связь-артефакты без ментальных иллюзий — лиц не видно по связи.
— Он прибыл с жёнами, — ровно отвечает леди-дроу, стараясь не дать эмоциям прорваться наружу. — Нет, не остался.
— Ах вот как… — тянет Питон с насмешкой. — Значит, к вечеру Лорд Золота уж точно что-нибудь да устроит.
Гюрза прикусывает губу, но молчит.
Лорд Питон говорит спокойно, с той самой особой интонацией, от которой у Гюрзы всегда замирает сердце, и слова его летят по каналу как холодные иглы:
— Значит, я успею добраться до Золотого замка и помочь одному из них.
Гюрза напрягается мгновенно. Руки сами тянутся к цепочке с малой печатью, пальцы уже на знаке вызова. На губах застывает приказ — короткий, резкий. Она готова поднять драконов и альвов, которых Данила передал в её распоряжение. Только одно не решено: куда их бросать — к самому Золотому замку или навстречу отцу.
— Неужели ты хочешь положить свою голову? — резко спрашивает леди, чувствуя, как внутри закипает тревога. — Потому что если ты пойдешь против короля Данилы, так и будет?
Питон отвечает с ленивой издёвкой, будто нарочно дразнит:
— У тебя слово «помощь» из моих уст теперь ассоциируется с моим гипотетическим желанием напасть на короля Данилу? — усмехается он. — Не волнуйся, дочка. Багровый Властелин сейчас в Золотом дворце, и нападать при нём на его же регента — глупо и, откровенно говоря, опасно.
Он делает короткую:
— А вот Лорд Золота не имеет такого роскошного выбора. Он обязан рискнуть устранить короля-регента. Иначе вскроется его маленькое мошенничество с казной.
Гюрза обдумывает услышанное.
— Ты знаешь, что он недоплачивал налоги? —спрашивает она.
— Думаю, все лорды подозревают, — отвечает лорд Питон ровно. — Король-регент тоже должен быть в курсе. Слишком уж Данила прозорлив чтобы не догадаться. Потому для меня удивительно, что он отправился в пасть льва без должной охраны.
'Зато я не удивлена, — думает Гюрза. — Всё предсказуемо: Данила специально пошёл на провокацию, чтобы вывести Лорда Золота на чистую воду и поймать с поличным.'Питон между тем продолжает.
— Я приду на помощь не Лорду Золота, а королю Даниле. Группа сира Бэнгма уже неподалёку. Они выдвинулись к Золотому замку и от моего лица окажут поддержку.
Гюрза понимает: он делает это вовсе не из верности или вассального долга. Просто хочет набрать очков в глазах короля-регента, показать себя нужным и незаменимым. Но её это не волнует — мотивы отца сейчас не имеют значения.
— Я пойду с твоими людьми, Лорд Дерева, — твёрдо говорит Гюрза, не спрашивая разрешения и не ожидая возражений.
Питон в трубке смеётся.
— Хорошо, — усмехается он. — Может быть, после того как ты явишься с подмогой, то и проведешь ночь с королём Данилой.
Гюрза закатывает глаза. Однако где-то глубоко внутри всё же теплилась крошечная, непрошеная искра — то ли надежда, то ли просто глупое волнение. Разбираться в этом сейчас некогда: нужно срочно собираться в дорогу.
Глава 22
Поместье Калыйр, Москва
Гришка просыпается рано, почти с рассветом. В комнате тихо — обе его жены спят, одна свернувшись клубочком, другая, раскинув руки. Гришка старается не шуметь: залезает в рубашку, натягивает брюки, крадётся к двери, приглушённо чертыхаясь, когда паркетная половица предательски скрипит. Он даже улыбается — день только начался, а настроение уже отличное. На душе легко, словно кто-то включил внутри свет. Всё идёт как надо: две жены, одна из которых — целая русская княжна, да и Доминион Данилы уже не за горами.
В «Чайке», по пути на встречу, Гришка ловит себя на мысли, что давно не был так доволен жизнью. По словам отца, еще немного и у Царя не останется выбора кроме как утвердить Доминион Вещих-Филиновых. Калыйр поднимутся выше прежнего, а сам Гришка… ну, может, и не Данила, зато не полный дурак, потому свое не упустит.
Как считает Расул Бахтынович: Царю нужно не отлучить Данилу, а отдалить. Мол, нельзя, чтоб два полюса притяжения существовали в одном Царстве — слишком уж сильный Данила, настолько что может в чем-то затмить даже Царя. Почему нельзя отлучить? Потому что Данила разрабатывает Транспортный портал, помогает Царю со стелами, да и вообще ловко налаживает отношения с Той стороной, которая полна ресурсов, от магических ингредиентов и мяса до дипломатических связей.
Вот и получается, что Доминион Данилы — идеальное решение для всех: он как бы в Царстве и одновременно вне его. Но Калыйр ещё предстоит потрудиться, чтобы Царь одобрил и их выступление в Доминион Данилы. А Гришка, наблюдая за всем этим, понимает, что ему до главы рода ещё расти и расти. Не все же рождаются такими умными, как Данила.
Гришка же прекрасно осознаёт свою слабость — девичьи ножки. Вот и сейчас, уже на встрече, юный батыр засмотрелся на стройные ноги ханьской девушки. Тонкие, в капроновых колготках, с блеском на солнце. Гришка зависает, забыв даже имя собеседницы.
— Господин Калыйр, всё в порядке? — спрашивает девушка с вежливой улыбкой и чуть смущённым тоном. — У меня что-то не так с ногами?
Гришка встрепенулся:
— Не так? Это ножки богини…
Ханька округляет глаза, но на щеках появляется лёгкий румянец. Гришка понимает, что пора тему сменить.
— Так значит, вы представляете принцессу Чен? — произносит уже в деловом тоне.
— Именно так, — кивает девушка. — Её Высочество Ай Чен хочет наладить со Старшим Жузом торговые отношения.
— Торговлю? Прекрасно, — Гришка оживляется, стараясь придать голосу уверенности. — Мы люди практичные, и если принцесса предлагает взаимовыгодный обмен — я только за.
Он снова улыбается, но внутри слегка волнуется. Уж слишком красивая девушка, но и напортачить с переговорами нельзя. Ханьцы больше не враги, а значит, с ними нужно торговать, тем более что они ближайшие восточные соседи. И пускай Данила — лучший друг, но надо, чтобы ему выгодно было включать Старший жуз в свой Доминион, и именно связи — одна из ценностей.
Гришка машинально поправляет воротник и старательно продолжает разговор. Но
