моя жена и ваша праправнучка Камила хотела бы с вами больше пообщаться. Просто она стесняется.
— Вот как⁈ — вслух громко восклицает Багровый вскакивая. — Да пойдем, регент! Почему бы и не…
— … И не да! — продолжаю.
— Верно! Хо-хо!
Лорд Золота пытается вставить:
— Ваше Багровейшество, может, не стоит? — с натянутой вежливостью отговаривает. — Король-регент прибыл с процедурной проверкой. В шахте нет ничего достойного вашего внимания. А нам предстоит лишь скучный обход. Со внучкой вы можете и потом встретиться.
Но кто его слушает. Мы уже на лестнице, хоть нам с благоверными приходится держаться от Багрового на пару шагов — слишком сильным перегаром от него несет. С каменными лицами к нам присоединяются и две Распутные Девы, что сторожили покои.
Едем к шахтам на каретах, благо недалеко ехать да и окна в салоне опускаются. Так что перегар Багрового не так уж и страшен.
Нашу четырехрукую хищницу я заранее отправил вперед. Змейка уже прошлась по подземелью шахты и докладывает по мысленной речи: там есть потайные штреки, там кто-то есть в большом количестве — но дальше лезть она не стала без моего приказа. Подумав, я не стал отдавать его хищнице и не потому что волнуюсь за нее. Просто не так уж и важно кто там сидит в засаде, тем более раз уж с нами полубог, пускай и бухой.
Но женам и Лорду Угля я сообщаю по мыслеречи о готовящейся движухе.
— Кто бы там ни был, он не вылезет, — мысленно бросает Светка глянув на Багрового. — Этот алкаш тоже спустится в шахту, и Лорду Золота не хватит смелости спустить на него ловушку.
— Верно, — соглашается Маша и смотрит на меня. — Потому ты взял Багрового с собой, Даня?
— Не столько чтобы избежать ловушки, сколько чтобы ее раскрыть, — ухмыляюсь, естественно, мысленно, дабы не смущать Лорда Золота.
Примчавшись в горы, пересекаем двор с сортировкой и переработкой руды и спускаемся в шахту. Лорд Золота весь в раздражении, указывает куда-то вперед в темноту:
— Тут просто проходят жилы двух видов, — объясняет он, пытаясь говорить гладко,
— Из-за этого, возможно, у кого-то и сложилось ошибочное впечатление, будто у меня несколько скрытых шахт. Но это не так, король-регент, — добавляет он, оборачиваясь через плечо.
Мы утыкаемся в забой, место, где непосредственно ведётся добыча полезного ископаемого. Сейчас работы отменены, рабочих нет. Смотрю на оставленные ломы, на старые артефакты. Тут действительно вперемешку валяются куски руды разных оттенков — рыжеватые и желтые. Всё выглядит убедительно. Я присаживаюсь, провожу пальцем по срезу — структура естественная. Уверен: если сейчас вскрыть жилу прямо в скале, подвоха тоже не найдётся. Лорд Золота, конечно, не дурак — он предусмотрел, чтобы как минимум верхний слой выглядел безупречно.
Оглядываюсь на грустного Лорда Золота. Наверняка, сейчас и должна была сработать ловушка, да полупьяный Багровый Властелин испортил всю малину. Ну ничего, сейчас поможем лорду.
По мыслеречи велю Змейке выйти к потайному штреку да, побыв приманкой, выманить тварей которые там сидят. А там явно бросили зверей. Причем, ментальными щупами пронять их не выходит, хоть и достаю. Особый вид. Что ж, ничего удивительного. Ловушка рассчитана на телепата ведь.
В это же время Ломтику даю приказ: подорвать вход с помощью уже заложенных взрыв-артефактов. Заложены они конечно людьми Лорда Золота. По сути его план был простой — засыпать меня с женами и завалить тварями.
Звук взрыва не задерживается, а с противоположной стороны сыплются твари, чьи сигнатуры мне незнакомы, но вид у них запоминающийся: размером с медведей, с толстой каменной шкурой.
— Что это за каменюги⁈ — восклицает Светка.
— Как вовремя они появились, — хмыкает Багровый Властелин. — Да и взрыв этот… Вход что ли завалили? Какая примитивная ловушка. Правда же, Ланстер? — смотрит он с усмешкой на лорда.
— Конечно, это ловушка! — кивает бледный Лорд Золота. — Ваше Багровейшество, я обязательно найду виновников!
— Неужели? — не удерживается Све… ан нет, Маша. Не ожидал от Марии Юрьевны.
Я же спокойно бросаю:
— Позже разберёмся. Сначала пробьем себе дорогу.
— Это не составит труда, регент, — хмыкает Багровый, и его руки загораются синим светом. О-оу, только этого не хватало. Если он разойдётся, он разнесёт всю шахту вместе с нами — а этого точно не хочется. Значит, надо урезонить Властелина.
* * *
Провинция Гирза, Багровые Земли
Гюрза долго стоит у окна, глядя на широкую дорогу, где уже давно скрылись последние кареты короля Данилы. Ветер гонит пыль, следы быстро затягивает, будто и не было кортежа.
На душе неспокойно — тревога гудит под кожей, как натянутая струна. Леди не по нраву, что Данила уехал без нее, да ещё к Лорду Золота. Слишком уж этот лорд скользкий, хитрый, любит улыбаться, когда замышляет подлость. Если где и стоит ждать ловушку — то именно там, в его владениях, среди выжженных солнцем Оранжевых гор.
Гюрза знает, что король-регент справится. Вещий-Филинов всегда справляется. Вышедший из самой Первозданной Тьмы, он уже не раз доказывал, что способен пережить то, от чего другие сходят с ума. И всё же… Ей бы хотелось быть рядом, как тогда, когда их обоих окружили теневые пауки. Тогда казалось — конец неизбежен, дыхание застыло, сердце билось глухо и неровно. Но он вытащил их обоих, да еще приручил тех самых пауков, а самого огромного и страшного назвал Магнитиком. Что за странный юмор у этого менталиста? Впрочем, неважно. Важно только то, что король Данила и сейчас справится, Гюрза это понимает. И ехать она хотела в Оранжевые горы, чтобы поучаствовать в сломе планов Лорда Золота.
Тишину кабинета нарушает короткий, звенящий сигнал артефакта связи. Гюрза берёт прибор со столешницы, активирует кристалл.
— Ну здравствуй, леди-губернатор, — протяжно произносит Питон, и Гюрза будто велит, как он усмехается.
— Отец, можно без титула, — вздыхает Гюрза, садясь в кресло.
— Почему же без титула? — Питон смакует слова. — Ты теперь у нас дама высокая, властная. С титулом положено.
— Хорошо, Лорд Дерева, — устало отвечает она. — Тогда и я к вам буду обращаться соответствующе.
— Лорд Дерева — это не титул, — сухо отзывается он, потеряв весь настрой. — У меня есть настоящие титулы, если ты забыла.
— Наш король-регент, — спокойно парирует Гюрза, не поддаваясь на его тон, — привык называть вещи своими именами. И
