сейчас.
Смотрю в ее большие чуть раскосые глаза, и она не отводит взгляда.
— Это мы можем обсудить, — отвечаю я и добавляю как будто между делом. — Кстати, сюда плывёт целая стая китов дампиров. Так что лучше нам ускориться.
— Что еще ты хочешь за Покров Гестии? — явно нервничает Диана. Наверно, не за себя, а за амазонок.
— Немного. Ты поможешь нам троим вернуться в Багровые Земли, — пожимаю плечами. — Красивая пойдет со мной. Больше ты не будешь претендовать на ее свободу.
Она хмурится, секунду молчит, посмотрев на тигрицу. Через паузу она произносит:
— Хорошо.
Я достаю из кармана Покров и протягиваю его Диане. Полубогиня буквально вцепляется в артефакт. Я разжимаю пальцы.
И вдруг Красивая делает резкий, стремительный прыжок. Всё происходит в одно мгновение: она выхватывает Покров из рук своей прапрабабки и с хищным рычанием разрывает его когтями.
— Ррр… нет больше Покррррова!
— Нет! Диана-младшая! Что ты наделала⁈ — Диана визжит, как обычная девушка, чьё любимое зеркальце разбили, забыв на миг о своём божественном достоинстве.
Красивая выпрямляется, в глазах — холодная сталь, голос ровный, как приговор:
— Больше никакой изоляции, Диана. Темискира свободна.
Я смотрю на гордую тигрицу, чувствую исходящее от неё спокойствие силы, и перевожу взгляд на остров — ослепительно красивый, полный тайн и чудес, среди которых сияет загадочное Световое дерево.
— Похоже, тебе теперь понадобится подмога, Диана, — произношу я задумчиво.
Поворачиваюсь к растерянной полубогине и добавляю с лёгкой усмешкой:
— Взамен я готов принять ваш остров в состав Багровых Земель.
Почему бы и нет? Мое королевство должно расти.
Глава 8
Багровый дворец, Нема, Багровые Земли
Багровый Властелин, шатаясь, входит в гостиную уже не месяц как не своего дворца. От него несет перегаром, глаза сильнейшего мага мироздания полны тоски. Мягкий свет ламп золотыми пятнами ложится на пол. На диване сидит Лакомка — ухоженная, собранная. Она поднимает взгляд на бухого Багрового и требовательно произносит:
— И по какому поводу вы напросились на встречу, Ваше Багровейшество? Да ещё в таком виде?
Багровый невольно морщится. Прекрасно. Будет теперь ещё какая-то альва его отчитывать, словно мальчишку. Данила, что у тебя за главная жена? Никакого уважения к тому, кто когда-то участвовал в сотворении мироздания! Он хмурится, проходит к столу, хватает графин с водой и делает несколько долгих глотков прямо из горла. Вода ледяная, но сушняк не уходит, будто внутри всё высохло до дна.
— Что с Дианой? — сипло спрашивает он, опуская графин. — Данила нашёл мою жену?
Лакомка не спешит с ответом. Рядом с ней на ковре сидит маленький Олежек, увлечённый игрой — собирает скастованные им самим пси-кубики. Талантливый ребенок.
Лакомка спокойно произносит:
— А вы не думали перестать пить?
Багровый Властелин отмахивается пустым графином:
— Я не спрашивал совета, альва!
Блондинка чуть приподнимает бровь — холодная ирония во взгляде:
— Да, но каждый день вы пьяные.
— Неважно, — бурчит он.
Лакомка кладёт локоть на подлокотник кресла, её голос все такой же нравоучительный:
— А вы не думали, что подумает Диана, если увидит вас шатающимся и с бутылкой? Это ли образ её великого мужа?
Багровый вскидывает голову:
— Я сильнейший в мироздании! Что она еще может подумать, кроме этого⁈
— Если вы — сильнейший, тогда почему вашу жену нашёл король Данила, а не вы? — отрезает Лакомка, глядя прямо, не мигая.
Багровый Властелин замирает, тень падает на лицо. Он нахмуривается, потом глухо говорит:
— Что ты несешь, альва? Откуда я мог знать, что Диана жива? Я видел как ее поглотило сиянием Светового дерева, в которое я Багровым шаром…кхм…в общем, мне казалось, что она погибла.
— Вот именно, — отвечает Лакомка колко. — Ваша жена спряталась от вас и тысячи лет даже не думала показываться вам на глаза. И теперь вы хотите встретить её в таком виде? Думаете, это поможет вернуть её доверие? Её сердце?
Багровый громко стонет. Эта блондинка, эта женушка менталиста режет его без ножа.
— А она точно вернётся? — спрашивает он с надеждой, глядя куда-то в сторону.
Лакомка пожимает плечами:
— Точно вернётся наш Даня, — уверенно произносит блондинка. — Он свою семью не бросит. А значит, и вы узнаете, где Диана, и как к ней попасть. Только приведите себя в порядок. Иначе если она увидит вас таким, вы рискуете потерять её снова.
В этот момент с пола раздаётся тонкий голосок:
— Фу… — Олежек морщит носик, глядя на Багрового. — Вонючка.
Багровый Властелин морщится, опускает пустой графин и выдыхает сквозь зубы. Вот теперь еще и ребенок нос воротить.
— Ладно. Буду ходить трезвый. Держите меня в курсе насчет Дианы.
Лакомка кивает, слегка склонив голову.
Она смотрит ему вслед, пока он уходит, и в её взгляде мелькает нечто похожее на жалость.
Когда дверь за ним закрывается, альва берёт Олежека на руки, прижимает к себе и мягко улыбается:
— Ох, уж эти никудышные властелины! Может, права Диана, и все взрослые мужчины — грязные самцы? Ну кроме нашего папы, конечно. Только он хороший.
* * *
Диана стоит напротив— злая, красивая, с этой своей гордыней, будто сама буря в теле женщины. Глаза сверкают, губы поджаты, голос режет, как нож.
— Что ты только что предложил⁈ Моя Темискира под пятой мужчины⁈ Ты обнаглел, самец!
Я устало смотрю на полубогиню.
— Диана, только давай без этого своего сектанского бреда.
Она будто не верит своим ушам. Лицо дёргается, губы дрожат.
— Без чего? — повторяет в шоке. Правительница Темискиры явно не привыкла чтобы с ней разговаривали в пренебрежительном тоне. Ничего, привыкнет.
— Без бреда — отвечаю спокойно. — Это ты своим бедным амазонкам промывала мозги насчет грязных мужчин, а сама-то замужем была. И не раз.
Удар попал точно в цель. Её губы дрогнули, глаза вспыхнули, щеки покрылись горячим румянцем. На секунду даже дыхание сбилось.
— Я хлебнула горького опыта и уберегла своих девочек! — оправдывается она. — И вообще ты не получишь мой остров! — выпаливает, вспомнив о чем речь.
В моей голове раздаётся голос Маши по мыслеречи:
— Какая упрямая стерва.
Я не отвлекаюсь, просто смотрю на Диану — спокойно, с той усталой уверенностью, которую она так не переносит.
— Ещё раз, Диана. Сюда плывут десять дампирских китов. Твои амазонки в опасности.
