на ихней компании… как там она? — повернулся через плечо Владос.
— Хокшилд Майнинг Кустовой ЛТД, — подсказал Михей.
— Во-во. Ну, вот и они навезли оборудования. Обучили десяток местных, защиту для третьего уровня поставили стационарную. А оно легко оказалось, монстров-то нету. Ну и вот. Теперь на Изнанке грузят руду, перевозят по рельсам на Лицо, а тут стоят три плавильные машины на макрах, из руды выплавляют сырую медь в бруске.
— Да, — перебил его Михей, — ещё и машины такие забавные, они даю жар от поданного электричества, но энергии требуют совсем мало, причем электричество генерируется множеством малых генераторов, которые тоже на макрах. Тонко придумано, макры на макры и хопа, медь.
— И много рабочих? — я пока что не понимал сути вопроса ко мне, спрашивал скорее от любопытства, хотя всё больше хотел домой, принять душ.
— Всего на круг, считая обслугу, разнорабочих, бумагомарателей, дворников и двух сторожей выходит сорок шесть человек.
— Так. Англичане создали завод. А вы тут при чём?
— Как причём? — искренне поразился Владос, забывая, что этого важного момента он мне пока что не поведал. — Как стал Кротовский гонять британский бизнес, мы отжали завод.
— Что вы вкладываете в слово «отжали», господин Владос? — устало осведомился я.
— Ну как? — растерянно буркнул он и достал из-за пояса пистолет.
Мне, особенно в силу последних событий не нравилось, когда передо мной кто-то размахивал оружием.
— Ну типа, уходите, псы поганые, это всё теперь наше. Кто был ничем, тот станет всем и всё такое. Погнали мы их. Ещё так весело младшему Хокшилду морду разбили. На колени поставили, извиняться заставили, ключи от сейфа забрали. Короче теперь предприятие наше.
Я не отрывался взглядом от пистолета, которым он продолжал размахивать.
— Вы закончили свой перфоманс?
— Чё?
— Я говорю, закончили показывать? Могу я просить пистолет убрать?
— Ась? Ну да.
— А что коллектив, рабочие?
— Мы их собрали и сказали, что мы теперь новые владельцы. Прикинь, мы теперь заводчики, ёпта. И чмошнику тому усатому из туманного как его… анальгина…, мы тоже сказали, что сила и мы под Кротовским.
Пистолет был всё ещё в его руке и не убран в кобуру.
— Оружию должна соответствовать культура с ним обращения.
— Чё?
— Через плечо. Я говорю, вы и правда под Кротовским ходите?
— Конечно, чё спрашиваешь? Не доверяешь?
— А как его зовут?
— Хокшилда?
— Кротовского.
— Ну как это… Босс его зовут, а чё?
— Я с ним общаюсь периодически, — демонстративно достал телефон, — хочу спросить, чтобы он факт крышевания подтвердил, а то может вы мне всё чешете?
— Ну, ты это, — пистолет бандита как-то сам собой стал смотреть в направлении мой груди, — зачем большим людей беспокоить? Телефончик-то убери.
Я вздохнул, потому что моему и так крошечному терпению пришёл конец.
Потянулся вниз, пошерудил в инструментальном ящике, вне поля зрения посетителей, а телефон перекинул в левую руку.
Тем не менее, на телефоне я набрал номер и вызов. Само собой, не Кротовского, его номера у меня, к сожалению, нет, а Зураба.
— Зураб Ливанович?
— Алло. Аркадий, ты?
— Зураб Ливанович, — я посмотрел в глаза Владоса, который всё никак не убирал пистолет. — Скажите, а насколько Вам или Полите Этьеновне дороги те парни, что пришли от твоего имени на консультацию?
— А что?
— Дээээ, Владос в моем собственном кабинете в меня пистолетом тычет.
— Стукач, — обиженно скривил губу Владос.
— Вай, вай. Я приеду, разберусь.
— Не нужно. Вы просто скажите, что, если с ними что случится, Вы на меня не обидитесь?
— Да какие обиды, Аркадий, они так, клиенты, по рулетку играют, просто клиенты, не друзья. Тебе точно помощь не нужна?
— Точно. До свиданья, Заруб Ливанович.
Я нажал отбой и положил мобилет на стол.
Проследив его движение Владос обнаружил что на него, лёжа поверх стола смотрят два ствола обреза, нацеленного аккуратно в его крупный живот.
Это был обрез «сольпуг», трофейный. Вот и пригодился.
Владос сглотнул.
— Ты пукалку убери, адвокат.
— Сначала ты.
— Это не по-пацански.
— А по-пацански приходить в кабинет адвоката и на консультации направлять в него ствол?
— Да это просто шутка. Ты же сам не понял, что значит «отжать». Вот я и показал, что значит. Шутейно. У тебя чувства юмора нет?
— Полно у меня юмора. Два заряда двенадцатым калибром. Убирай.
Владос, не отрываясь от обреза, заворчал и передал пистолет посерьёзневшему Михею, а тот его спрятал за пояс.
— Теперь ты.
Я отодвинул ящик стола и с грохотом положил туда обрез.
— Что ты вообще за адвокат такой, с волыной?
— Адвокат вольного города. За нанесённое оскорбление действием и консультацию прошу выплатить мне компенсацию в сто рублей.
— Говно вопрос, деньги не проблема. Но ты хоть знаешь кто мы такие?
— Нет, расскажи.
— Мы питерские, — оттопырив губу, выдал Владос.
— А чё не в Питере? Климат надоел?
Михей действительно встал и хмуро передал мне сложенную купюру, пробормотав что консультация свернула не туда.
— Ага, климат каторжной Изнанки второго уровня, прикинь? — хмыкнул Черепас, но Михей его одёрнул.
— Мы тут это. Жизнь меняем, работаем над ошибками, становимся солидными людьми. Но чикать живот умеем, зажмуривать, выхлопывать хаты и даже в владельцами, мы по серьёзному гоп-стопу работали, знаешь ли. Знаешь кто за нами стоят?
— А я работаю на Кукушкину, и она обидится если я нечаянно умру. Но наказать она вас не успеет, потому что я работаю ещё и с китайцами, которые вас если что нашинкуют и скормят цветным карпам, которых потом продадут посетителям за рубль двадцать за порцию. Мы закончили меряться пипирками?
— Закончили, — Владос встал и скинул пиджак. Под пиджаком была не рубашка, а манишка. На достаточно толстых руках были татуировки явно лагерного характера.
В ответ я тоже встал, скинул рубашку, под ней у меня не было манишки, зато на рубашке была кобура с автоматическим пистолетом Кольта. Фиксатор пистолета я отцепил.
— Итак, в чём проблема? Ну, отжали. Я такого не одобряю.
— Ну как. Покупатель с нами работает теперь только один из трёх.
— Какие были покупатели?
— Мартин Континентал трейд. Евро групп ЛТД и Козельский торговый дом. Только козельцы с
