рогачами в последнее время нет, а трубить об успехах на войне нужно. Тем более больших сил для этой победы и не нужно — хватит одного линкора, на котором будет отец Хельги… Смекаешь, о чем я?
— Целый Маг Заклятий плюс боевое судно подобного класса… — задумчиво протянул мой подчиненный. — Действительно, при нужде линкор слетает туда и обратно часов за тридцать. Вот только решится ли он оставить фронт без пригляда на сутки?
— Он там не единственный маг подобного ранга, плюс и без него у нас там внушительные силы, — ответил я. — Скорее всего, он всё успеет. А разрыв договора с нанхасами — лишь необходимая мера для того, что бы потом, когда-нибудь, никто его не сумел обвинить грязной игре.
Позавтракав и закончив с медитацией, коих Смолину предстояло ещё немало, мы легли спать, попросив разбудить нас в час дня.
Посвежевшие и несколько отдохнувшие, мы решили не тратить время на обед и отправились в канцелярию генерал-губернатора, где нам было уже назначено. Бумажная волокита заняла не больше получаса, и когда улыбающийся и рассыпающийся в любезностях чиновник вручил мне нужные бумаги, мы направились на выход.
В экипаж, что был нанят ещё при выходе из гостиницы и дожидался нас здесь, я сел первым. Требовалось связаться с Хельгой, услышать от неё последние новости и заняться прочими делами — я договорился о том, что бы в шесть часов устроить сеанс связи с родственниками по материнской линии. Матвеевым явно было что со мной обсудить…
Я откинулся на обшитое мягким сидение, погружаясь в свои мысли, и именно это стало главной ошибкой. Дальнейшие события понеслись вскачь, с неожиданной стремительностью. Я почувствовал легкий укол под лопатку, на который поначалу не обратил внимания в начавшейся суматохе.
Во первых, на улице раздался злой рык Петра, за которым грохнул выстрел. Экипаж чуть шатнуло — на улице в ход пошла боевая магия.
Во вторых, судя по замелькавшим отблескам энергии в аурном зрении, противники моего подчиненного, кем бы они ни были, полагались больше на артефакты, нежели на свои собственные магические навыки. Работу артефакта, если это не что-то вышедшее из-под рук настоящего мастера, от заклятий живого человека опытный маг мог отличить достаточно просто — стабильная, типовая работа чар, без колебаний энергетики колдующего.
В третьих и самых главных — моя попытка резко выскочить из экипажа окончилась лишь тем, что я рухнул на пол и вывалился на улицу. Сил не хватило даже на то, что бы сгруппироваться при падении, и я больно ударился лбом о мощеную гранитом мостовую. Хорошо хоть голова у чародеев моего ранга штука достаточно крепкая…
По телу разливалась мерзкая вялость и слабость, становилось трудно дышать и даже просто соображать. Я усилием воли заставил себя сосредоточиться и прогнал по организму очистительную волну фиолетовых электрических разрядов, намереваясь сжечь, разрушить ну или на худой конец ослабить действие вражеских чар. Было больно, но я стерпел, не издав ни звука. И-и-и…
И ничего. Молнии сработали как надо, однако ничего не изменилось, и стало даже хуже — слабость начала распространятся ещё быстрее. Черт! В чем дело?! Доступ к дару оставался открыт, моя сила была со мной, но это ничего не меняло — меня всё быстрее и быстрее утягивало в омут бессознательности.
Я спешно, через силу, несколько раз сорвавшись в середине плетения и начав его заново, применил лечебные чары. Не зная, в чем именно дело, я подстегнул сразу весь организм и на некоторое время мне стало полегче. Подняв голову и тряхнув ею, я разогнал мутную пелену перед глазами, и как раз вовремя — на мою голову уже опускался подкованный сталью сапог.
Уйдя перекатом в последний миг, я вскочил на ноги, ощущая как по виску стекает струйка крови — враг всё же немножко зацепил меня, но главного удалось избежать. Вырубить меня не удалось, так что мы ещё побарахтаемся!
— Вырубили?! — раздался возглас с той стороны экипажа.
— Ща! — ответил здоровенный детина, знакомства с сапогом которого я едва избежал.
Несмотря на впечатляющие габариты, враг двигался быстро и плавно. В его движениях чувствовался немалый опыт, но оценивать своего визави у меня не было времени — пудовый кулак выстрелил, словно пушечное ядро, прямо в моё лицо. На чары не оставалось времени — я всё ещё был далек от нормального состояния.
Поставить блок? Нет, судя по всему здоровяк прошел физические усиления путем алхимии, да и сейчас был под допингом. Плюс сам от природы обладал немалой мощью — а это было важно, ведь чем крепче был человек до изменения посредством алхимии, тем сильнее становился в последствии. И мужик ростом под двести десять сантиметров должен был физически превосходить любого Мастера. Разумеется, если тот будет без усиления чарами… Как я сейчас.
Моя ладонь попыталась отвести кулак в считанных сантиметрах от лица — реакция запаздывала. Но, к сожалению, мощь руки противника была столь велика, что я просто покатился по земле, разбрызгивая кровь из явно сломавшегося носа. Противный хруст в пострадавшей части лица не оставлял никаких сомнений…
Кувырком я попытался вновь взметнутся на ноги, но враг не собирался давать мне передышек. Здоровенная туша метнулась ко мне смазанной тенью и хорошенько врезала мне ногой под дых, аж подкинув меня метра на два в воздух. Дыхание мигом сбилось, как и чары, что я пытался сплести — за невольную попытку вернуть воздух в опустевшие легкие я поплатился потерей концентрации. Клятый яд, или что там было на той игле, действовать не прекращал, и я вновь почувствовал, как уплывает сознание… Да плевать, наверное — убивать не собираются, так чего я ерепенюсь? Провалиться в спасительное забытие, что бы потом очнуться и уже по ситуации принимать решения…
Нет. Я не отправлюсь в царство грёз из-за пары лёгких оплеух!
Зарычав, я просто пустил молнию по телу. Яростная, жгучая боль вздернула меня на ноги, отогнав туманное марево из головы — не надолго, но достаточно, что бы прямо из положения лёжа ударить стопой в опорную ногу здоровяка — тот вновь попробовал вырубить меня хорошим пинком.
Против физики не попрешь, и гигант устремился вниз. Не шмякнулся головой о камень и даже не получил никакого ущерба, к сожалению — он успел упереться ладонями в мостовую и вновь вскочить. Но теперь мы были почти на равных…
Мой кулак летит ему в горло, но тот без труда отводит его в сторону и бьёт локтем. Я прикрываю подбородок плечом, но могучий удар заставляет меня пятится, здоровяк,
