Алиса.
— Да? — удивляюсь. — И сколько же?
— Если брать княжеские рода, то цифры шестизначные, господин, — поясняет брюнетка.
Вау! Ничего себе, а я ведь даже не задумывался, сколько бы мог получать на побегушках у Паскевичей или Морозовых. Самое интересное, ничто не мешает мне и сейчас к ним наняться, правда, зачем? Нынче я и сам могу позволить роту телепатов, другой вопрос кто бы ко мне еще пошел….
— В общем, повышайте вакансию до сорок штук, — решаю. — Мы не князи, поэтому скинем десятку.
Да, много для рядового Целителя, элитный-то точно не пойдет в обычный род, но не зря же я всю ночь графские склады развозил, могу себе позволить. А Целитель мне нужен. Желательно, в Легион, но и живой пока что сойдет.
— Хорошо, — помечает себе в блокноте Василиса.
На этом я отправляюсь обратно в свой разрушенный дом. Переехать сегодня не выйдет, уже поздно, да и спать хочется, да и вообще скоро же ехать в Будовск, так что перебьемся денек. По прибытию сразу заваливаюсь в кровать, благо всё так же дрыхающая Змейка оставила свободной половину постели.
Сплю до обеда, пока не будит ароматный запах выпечки. Оказывается, Студень созрел на готовку. Ну заправиться мы всегда рады. Пока я уминаю в три горла кулинарные изыски старшего гвардейца, звонят Алиса с Василисой. Вернее, кто-то одна звонит, но я без понятия чей конкретно это номер, потому что так и записал в контактах «Алиса с Василисой». Что поделать, в моих глазах этот дуэт неразлучен.
— Господин, — оказалась Василиса. — На заявку в Академии откликнулся один претендент. Когда вы сможете ее посмотреть?
Ее? Я задумчиво чешу лохматые вихры на макушке.
— Сегодня в шесть вечера. Пусть приезжает ко мне.
— Хорошо. Личное дело я пришлю курьером.
Курьер пребывает через полчаса. Как раз успеваю освежиться в душе. Пролистав небольшую папочку с резюме, я натыкаюсь на строчку с факультативом химерологии. Часов посещения на этом факультативе больше всего. Хм, интересное направление, и хоть слаборазвитое, но очень перспективное. Лакомка рассказывала, что с магическими зверями можно творить очень много интересных вещей. Блин, у меня аж руки зачесались попробовать.
— Студень! — кричу я на весь дом, и гвардеец тут же врывается в дверь с пистолетом наголо.
— Что⁈ Кто напал⁈ — крутит головой командир отряда.
— Идея напала, — поясняю спокойно. — Срочно пошли кого-нибудь на склад к Морозовым. Пускай привезет целого гибона, ну или другого зверя, не суть, главное, чтобы целый был.
— А рефрижиратор на парковке и так полон… — пытается сказать гвардеец
— Забей, везите на обычном фургоне, — отмахиваюсь. — Пускай подтает туша, ничего с ней не случится.
Студень уходит исполнять, а я провожу время до приезда Целительницы в медитации. Только временами мешают звонками то Лакомка, то Лена. Говорят, что соскучились. Камила даже звякнула. А вот Света молчок. Странно это, особенно если вспомнить растерянность Гришки при последнем его звонке. Ну как приеду — проясним момент.
Туша гибона приезжает вперед Целительницы на час. А выпускницу Магического факультета Целителей я встречаю в кабинете. Правда, он порядком порушен: в стенах дыры от пуль, дверь опять же снесена взрывом, окна выбиты, шкафы разломаны выстрелами, но зато стулья целы… хм, один стул.
— Присаживайтесь, София Александровна, — великодушным жестом указываю я на него, а сам примащиваю зад на подоконнике.
Девушка в деловом костюме выглядит совсем юной. Белокурая, с редкими веснушками и вздернутым носиком как у лисички. Присев, она с любопытством смотрит на сквозные отверстия в стене.
— У вас очень мило, — замечает она со смеющимися глазами.
— Последствия закончившейся войны с одним графом, — качаю я ногой. — Обычно ко мне домой никто не может вломиться, но всякое бывает. Имейте в виду.
— Хорошо, Данила Степанович, — кивает девушка.
Я присматриваюсь к ней. Не так уж она и молода на самом деле. Всё же в Царстве практикующий Целитель должен отучиться минимум восемь лет: сначала шесть лет на медицинском факультете, затем два года в ординатуре. А внешность… обладательница целебного Дара запросто может себе «подшаманить» внешность.
— София, расскажите, почему именно я, — спрашиваю. — Неужели сманили деньги?
— И они тоже, — улыбается девушка. — Но далеко не только. Видите ли, Данила Степанович, я горю желанием изучить строение аномальных зверей, а у вас в Будовске их очень много. Больше только в Аномалиях, но там настоящий ад, у вас всё-таки чуть поспокойнее.
— Зачем вам звери? — уточняю. — Хотите создать химеру?
— Мне приятно, что вы внимательно читали мое резюме, — довольно улыбается София. — Да, специализированную химеру: боевую или разведывательную, к примеру. Пока химерология это совершенно новая наука, и мы даже представить не можем, что с ее помощью можем достичь!
При последних словах у нее аж глаза загорелись. Я киваю ее амбициозным планам, а затем перехожу к предупреждениям: готовность двадцать четыре часа в сутки, поддержка в боевых миссиях, вылазки к «норам» и другие пикантные подробности жизни доброотряда.
— Вы готовы ко всему этому? — строго смотрю на Софию.
— Готова! — твердо отвечает девушка, и опять у нее глаза горят. Фонарика не надо.
— Тогда подписывайте договор, — я киваю на разломанный стол. На целом куске столешницы лежит ручка и трудовой контракт, подготовленный ассистентками.
София встает и, низко нагнувшись, чиркает в документе.
— Закончила, Данила Степанович.
— Добро пожаловать в гвардию рода Вещего! Надеюсь, сработаемся, — я спрыгиваю с подоконника и пожимаю Софии руку. — Отныне называйте меня шеф, так завелось. А сейчас пойдемте в подвал, там есть для вас работа.
— Хорошо, шеф, — схватывает на лету девушка, важно идя следом за мной.
Но в подвале она всё же распахивает удивленно рот и округляет глаза.
— Что это такое, Данила Сте…шеф⁈ — восклицает София, не отрывая взгляда от туши китообразного зверя.
— Это гибон, — поясняю с улыбкой. — И сейчас мы будем делать из него химеру.
Глава 21
Домой
— Я выдохлась, — вздыхает София, вытирая ладонью взмокший лоб. Она явно не ожидала, что ее припашут в первый же день.
— Серьезно? — удивляюсь я, ведь работы предстоит еще непочатый край. — Дай руку — сейчас поправим.
София с непонимающим лицом протягивает тонкую кисть. Одно касание — и
