Ашфорд ввел серию команд, и его панель засветилась. Он пробежал глазами табло и экраны. Освещенный огоньками снизу, он не слишком походил на спасителя человечества, жертвующего собой и своими людьми, а скорее — на университетского профессора, у которого вышла заминка с демонстрацией опыта.
— Йохо? — позвал Ашфорд, и голос охранника прозвучал из динамика так явственно, словно говорящий стоял рядом.
— Здесь, капитан. Переходник к машинному мы заперли. Кто попробует войти, попадет в восьмой круг ада.
— Молодец, — похвалил Ашфорд. — Старший механик Розенберг у нас?
— Да, сэр. Она сейчас работает над коммутационным лазером.
— До сих пор?
— До сих пор, сэр.
— Благодарю, — коротко ответил он и пробежался пальцами по экрану.
— Сэм, сколько еще до окончания работ?
— Два часа, — сказала Сэм.
— Почему так долго?
— Мне приходится отключать все предохранители, — объяснила она. — Мы ведь делаем именно то, что конструкторы всеми силами старались предотвратить.
Ашфорд помрачнел.
— Два часа, — повторил он и тычком пальца отключил связь.
Потянулось ожидание. Через два часа та же женщина объяснила, что катастрофа сбила систему наводки. В обычном случае это означало бы просто задержку при установке связи, но сейчас, когда все зависит от одного выстрела, она решила ее переустановить. Еще три часа. Потом где-то вылезла ошибка, и ее надо было отловить, — еще два часа.
Кларисса видела, как мрачнеет Ашфорд. Она отыскала за постом безопасности гальюн и уже подумывала, где бы раздобыть пару туб с едой. Единственная столовая работала в барабане, так что с питанием было сложно. Кортес плюхнулся в кресло и уснул. Охрана все сильнее нервничала. Кларисса целый час снимала один за другим ремонтные щитки, проверяя контрольные табло и реле питания рубки. Просто удивительно, сколь многое здесь напоминало устройства, с которыми она работала на земных кораблях. В землянах и астерах течет одна кровь. Поскреби обшивку «Бегемота» или «Принца» — и под обеими найдешь те же халтурные сетевые фильтры.
Она задумалась, понравилось ли «Наву» новое имя — «Бегемот»? Вот как она сама стала из Клариссы Мао — Мелбой Кох. Прочувствовал ли корабль величие этой жертвы? Он навеки затеряется в пустоте, но с ним будет она, так же отказавшаяся от прежнего имени. В этом как будто содержался некий смысл, но, возможно, он только мерещился из-за изматывающего страха и неуверенности.
На восьмом часу пребывания в рубке Ашфорд снова нажал пальцем на панель управления, выждал несколько секунд и ткнул снова — с такой силой, что толчок чуть не выбросил его из кресла. Резкий звук разбудил Кортеса и заставил умолкнуть тихо переговаривавшихся охранников. Ашфорд, ни на кого не глядя, снова застучал по экрану — с таким звуком град бьет по камням.
Экран моргнул.
— Сэр?
— Где Сэм Розенберг? — рявкнул Ашфорд.
— В последний раз я ее видел, когда она проверяла проводку к ловушке реактора, сэр. Поискать?
— Кто ее замещает?
— Анамари Руис.
— Прошу доставить Сэм и Анамари в рубку. Желательно под стражей.
— Есть, сэр.
Ашфорд прервал связь и оттолкнулся от консоли, откинув кресло на шарнирах.
— Что-то не так, капитан? — сипло спросил Кортес.
— Я разберусь, — ответил Ашфорд.
Спустя добрый час Кларисса услышала, как открывается дверь наружного лифта. В коридоре зазвучали новые голоса. Под шумной болтовней скрывалась напряженность. Ашфорд одернул мундир.
В комнату вплыли две женщины. Первая — хорошенькая, с лицом в форме сердечка, со стянутыми в узел рыжими волосами, выпачканными смазкой. Вторая — тощая даже для астера, с кожей цвета сухой земли и почти черными глазами. Их сопровождали трое вооруженных мужчин.
— Стармех Розенберг, — начал Ашфорд.
— Сэр, — отозвалась рыжая. Голос у нее был не похож на голос Анны.
— Это уже четвертая «последняя заминка». Чем дольше мы тянем время, тем больше риск, что мятежники затеют беспорядки в барабане.
— Я делаю все, что могу, капитан. Однако второго выстрела у нас не будет, так что приходится проверять все очень тщательно.
— Два часа назад вы утверждали, что через два часа будете готовы к выстрелу. Вы готовы?
— Нет, сэр, — признала женщина. — Я посмотрела спецификацию: предохранители реактора не допустят необходимого нам выброса энергии. Я смастерила новые прерыватели, такие, которые не испортят нам дела. И еще придется менять часть проводки.
— Сколько времени это займет? — сухо осведомился Ашфорд. Клариссе в его голосе послышалась угроза, но механик словно ничего не заметила.
— Шесть или шесть с половиной часов, — сказала она. — 3D-принтеры работают не слишком быстро.
Кивнув, Ашфорд повернулся к ее спутнице, Руис.
— Вы согласны с этой оценкой?
— При всем уважении к стармеху Розенберг, не согласна, — заявила Руис. — Не вижу, почему бы не использовать проводящую пену.
— Сколько времени это займет?
— Два часа.
Ашфорд достал пистолет. Старший механик не успела даже удивиться. Прозвучал выстрел. В тесном помещении звук был жестким, как удар. Сэм запрокинула голову, выбросила вперед ноги. В воздухе задрожал яркий красный шар, от него разлетались шарики-капли. Багровые спутники у планеты смерти.
— Стармех Руис, — произнес Ашфорд, — прошу вас приготовиться к выстрелу через два часа.
Минуту женщина молчала. Потом тряхнула головой, словно проснувшись.
— Есть, — сказала она.
Ашфорд улыбнулся, довольный произведенным эффектом.
— Можете идти, — разрешил он. — Время-то тикает.
Руис с сопровождающими выплыли из рубки. Ашфорд убрал пистолет.
— Господи! — в голосе Кортеса смешались благоговение и богохульство. — О Господи, что вы наделали?
Ашфорд мотнул головой. Вперед выдвинулись двое из охраны. Один включил вакуумный пылесос, взвизгнул моторчик. Убрав кровь, охранник сдвинул переключатель, и звук стал на два тона ниже.
— Застрелил саботажницу, — только теперь ответил Ашфорд, — и открыл путь к спасению человечества.
— Вы ее убили, — проговорил Кортес. — Без суда. Беззащитную.
— Этого, — объяснил ему Ашфорд, — требуют чрезвычайные обстоятельства.
— Но…
Ашфорд обернулся, склонил свою крупную астерскую голову.
— Отец Кортес, не в обиду вам, здесь командую я. Это мои люди, и я не допущу нового мятежа. — Голос капитана срывался, как у пьяного, готового завязать драку. Кларисса тронула отца Кортеса за плечо и покачала головой.
Старик насупился, разгладил ладонью седые волосы и принял профессионально понимающий вид.
— Я сознаю, что дисциплина необходима, капитан, и, вероятно, даже насилие, если без него не обойтись, однако…
— Не вынуждайте меня отправлять вас в барабан, — перебил Ашфорд, и Кортес закрыл рот, склонил голову — в привычной позе смирения.
Кларисса, хоть и знала, что смирение ему не свойственно, пожалела старика. Он видел мертвых, видел умирающих. Но видеть, как убивают, — это другое. И убивать — тоже другое, тут она была опытнее его.
— Идемте, — позвала она. Кортес моргнул. В его глазах стояли слезы, расплывавшиеся по роговице и не падавшие в невесомости. — Идемте, я покажу вам туалет.
— Спасибо, — кивнул он.
Двое мужчин завернули тело механика в пленку. Пуля вошла над правым глазом, и на отверстии дрожала полукруглая капля. Она не набухала — кровотечение прекратилось. «Она — враг, — подумала Кларисса так, словно примеряла эту мысль на себя, без уверенности, хорошо ли сидит. — Враг заслуживает смерти, даже если он рыжий, как Анна». Почему-то ее это не утешило.
В гальюне Кортес протер лицо и руки салфетками и сбросил их в утилизатор. Кларисса мысленно проследила их движение в размельчитель и дальше, по кишечнику корабля. Она знала устройство утилизаторов на «Сересье» и на «Принце», здесь же могла только догадываться.
«Ты надеешься отвлечься, — проговорил тихий голос в голове. Мысль явилась именно так, словами. Не извне, не со стороны. Часть души говорила с целым. — Ты надеешься отвлечься».
