быть обязательным к выполнению. Вы же в курсе о моих силах?
— О том, что вы универсал, шеф?
— Универсал? Хм, ну да, пускай универсал. Так вот, вы знаете, что я универсал, а больше никто этого не должен знать. И даже не просто знать, а даже подумать. Поэтому вам нужно зачистить все улики моей универсальности– видеозаписи, разбитая мебель, следы на трупах. Ясен приказ?
— Так точно, шеф.
— Отлично, выполняйте, — я закидываю ноги на диван, чтобы передохнуть после длинной речи, а потом, вспомнив, бросаю в спины уходящим гвардейцам. — Бойцы, а, случайно, у вас с собой нет ноги хомуйвола? Ну или куриной, на худой конец?
Говорят, что нет. Но один гвардеец угощает шоколадным батончиком. Хоть что-то.
Пока валяюсь, звонит Степан.
— Упустили, — голос отчима бурлит, как вулкан. — Охранка лично рванулась в резиденцию Глеба, но того уже след простыл. Правильно сделал, в целом. Его люди не оказали бы сопротивление агентам. Даже княжеские дружинники вряд ли бы подняли оружие на Царскую Охранку. Причем автопарк Глеба весь на месте. Вряд ли сволочь уехала на электричке — народ сразу узнает, княжич как-никак. А значит, скорее всего ушел через…
— «Норы», — заканчиваю предложение. — Странник всё же его забрал, хотя Недежке отказал в помощи. Видимо, княжич — это шестерка покрупнее.
— Охранка скоро прибудет к Недежке, — произносит Степан. — Ты ведь там?
— Ага, а Недежка зачищен, — да, теперь я понимаю Серегу. — Что с «Хозяевами» и бигусами?
— Я и Охранка независимо друг от друга направили приказные директивы «Хозяевым» — прекратить осаду «Мстителей» и ждать у себя следователей. А так как их заступника Глеба больше нет, они убежали в свои резиденции и теперь сидят тише воды, — презрительно фыркает отчим. — Ну а с бигусами пока еще возимся. Но это так, завершающие штрихи. Странник провалился по всем фронтам. «Мстители» выжили, город цел, потери среди мирного населения минимальны.
Я кладу трубку и размышляю. Жалко, что упустили Глеба. Значит, раз Странник его забрал, он знал что-то ценное. Например, о личностях других предателей…Тут меня осеняет мысль совсем другого направления.
— Эй, боец! — окликаю проходящего мимо гвардейца. — Там в подвале на полу валяются черные осколки. Это очень ценный артефакт. Собери их, потом передай мне.
— Будет сделано, — кивает он.
Интриги интригами, клубки клубками, но и о трофеях не стоит забывать. А иначе и не получишь удовольствие от войны с дворянами и иномирскими колдунами.
* * *
— Младший сын Великопермского, значит, — тяжело роняет Царь Борис. — Длинные руки же у этого Иномирянина, раз дотянулись до богатых дворян.
Владислав, конечно, заметил, что Царь упомянул последнее слово в множественном числе.
— Верно. Неизвестно, кого еще купил Иномирянин, — вздыхает глава Охранки. — Возможно, Глеб бы это прояснил, но его мы упустили.
— Не кори себя, Влад, — Царь не выглядит разгневанным, хотя выражение его глаз далеко от радостного. — Всё же твои агенты выявили предательство Глеба.
— Не мои агенты, — вздыхает главный Палач России. — Это Вещий опять сумничал. Его заслуга.
— О, а в докладе ты это не упомянул, — замечает Царь, бросив взгляд на заваленный бумагами стол.
— Такие вещи лучше нигде не упоминать, кроме как устно. Особенно по причине роста числа наших врагов.
— Кхм, согласен, — задумчиво кивает Царь. — Значит, Вещий. А парень всё же непростой, даже для Филинова. Очень непростой.
— Он вряд ли чей-то шпион, — замечает Влад. — Мы всё проверили. Да и слишком сильно выделяется. Про то, что он был полезен нам, молчу.
— Да я и не сомневаюсь, что он не шпион, — Царь Борис оглаживает тяжелые золотые перстни на пальцах. — Я совсем о другом, но неважно. А за полезность дадим ему потомственного.
— Это мы уже обещали, — напоминает Владислав. — За Алабмаш.
— Хм, ну тогда титул? Нет, титул рано пока, — одергивает сам себя Борис. — Стервятники сразу слетятся на парня. Значит, отдадим ему недвижимость этого как его…Недежки. А род предателя уничтожить и придать забвению.
— Уничтожать уже некого. Там мужчин и не осталось, — вставляет Владислав. — Брат предателя погиб на Аномалии. Был еще отец, но он уже постригся в монастырь, видимо, от стыда за сыновей. Есть только женщины с детьми.
Борис тянется за листком, на котором перечислено в столбик имущество рода Недежки.
— Оставим женщинам небольшой земельный надел, — решает Царь и, взяв ручку, чиркает прямо на листке. — Пускай клочок земли их кормит. Парню отдадим пару заводов и особняк в Перми — заслужил! Остальное в казну. Справедливо же?
— Справедливо и щедро, брат, — кивает Владислав.
— То-то же.
Глава 25 —
Выпускной
Время…
Да, время летит незаметно. Вроде бы, вот я учусь в выпускном классе, добываю мясо и скупаю всю недвижку, до которой могу дотянуться, а тут бац, и я уже на пороге выпуска… всё также убиваю зверей и скупаю всю недвижку, до которой могу дотянуться. Но факт — полгода пронеслись как метеор.
Конечно, многое изменилось. Прогресс не стоит на месте, особенно в «Энергосинтезе», особенно с такими спецами, как трехсотлетняя травница и энтузиастка-некромантка. Благодаря инновационным продуктам моя бизнес-империя разрослась. Ну и сам я выполнил план-минимум своего развития. Но обо всем по порядку.
Слияние с Бехемой в достроенном Чертоге Фауста прошло отлично. Сам не ожидал настолько положительного результата. Особенно учитывая, что слияние проходило трудно. Три дня и три ночи я безвылазно сидел в Чертоге и боролся с рвущимся наружу Демоном. Высший чувствовал свой конец и из последних сил пытался его предотвратить. Но я крепко держал черта. Тем временем потоки энергии, аккумулированные рунами на стенах, расщепляли его сущность и синтезировали из нее новые связи внутри моего сознания.
А в конце ослабленный Бехема перешел к уговорам:
— Телепат, одумайся! Мое место не может пустовать. Ведь Астрал — это вечная борьба. Ты заместишь меня в бытии, а это означает боль, муки, сражения.
— Ну и пускай, — равнодушно ответил я, попивая из шейкера протеиновый коктейльчик. Не впроголодь ведь сидел все три дня взаперти. Перед затворничеством, конечно, затарился вкусняшками, в том числе белковыми смесями из рогогорского молока. — Зато будет весело.
Выбора у меня всё равно не было. Демон
