class="p1">— Я одного не могу понять, рядовой Тавкин, — хмурится лейтенант. — Откуда там взялся скрип матраса?
— Видимо, с собой притащили, — предполагает рядовой, пожав плечами.
— Да, возможно, — кивает лейтенант. — Отправь-ка запись в отдел шифрования. Пускай проверят на предмет подделки. Что-то всё это подозрительно. Еще и камера не работает…
Рядовой кивает, а начальник группы еще некоторое время слушает происходящее в усадьбе Филиновых. Но так и не дождавшись кульминации, снимает наушники и уходит.
* * *
Покончив с прослушкой, я облачаюсь в доспех Тьмы. Мы продолжаем двигаться вперед, пока из зарослей не выскакивает первая горгулья. Раскрыв крылья, она несется на нас как бык на красную тряпку.
«Вьюга, Искра, сдуйте его!» — бросаю ментальную команду девушкам.
Камила обрушивает на горгулью ураганный смерч, а Света — шквал огнешаров. Каменный истукан падает и катится через себя к роще. Но только он со скрипом гранитных суставов пытается встать, как из дерева вылезает синяя рука с медными когтями и разбивает каменную голову. Обесточенная горгулья падает обратно, а я слышу довольные мысли Змейки:
«Ррраз и готово, фака».
— Вперед, — бросаю отряду.
Далеко пройти не удается: скоро со всех сторон сбегаются еще десяток горгулий. От слоновьего топота сотрясается земля. Каменные крылья, видимо, выполняют чисто декоративную функцию. Горгульи ими только машут, даже в бою не применяют. Вообще истуканы — посредственные бойцы. Очень медленные и неповоротливые. На пользу им играет только вес и сила. Неодаренным бы хватило, низкоранговым магам тоже. Но мы с «Русичами» уже перешли этот предел.
Раз противники не ахти какие сильные, решаю использовать драку для тренировки оперативного управления доброотрядом. Я бросаю девушкам каскад ментальных команд:
«Искра, Огненный Ливень»
«Вьюга, точечный вихрь»
«Магнитик, свинцовая очередь».
Через мысленные команды использую девушек как собственные руки для ударов. Сам работаю, в основном, мозгом, хотя тоже подкидываю немного фаерболов. Атаками мы загоняем горгулий впритык к деревьям. Там давим на них общим магическим прессом. Смерчи Камилы смешиваются с пламенем Светы. Брошенные Леной пули тоже ускоряются за счет ветра брюнетка. Ну и я подкидываю в общую копилку огнешары. Огонь лучше всего взаимодействует с ветром.
В итоге большинство истуканов ломается и выпадает из боя. Из стволов периодически выныривают медные руки и втыкаются в каменные затылки, что тоже убавляет поголовье врагов. Очень скоро мы побеждаем.
— Как круто! — радуется Света. — Мы раньше никогда вместе так не работали! Будто единое целое!
— Раньше Данила не давал таких ментальных команд, — замечает Камила, сдув упавшую на глаза челку.
— Растем, развиваемся, — пожимаю плечами.
Что я еще могу сказать? Раньше «Русичи» не знали о Легионе, и я не мог полностью положиться на них. Только недавно я всё им рассказал.
На следующей поляне снова налетает пятерка горгулий. Расколоть их на щебенку не составляет большого труда. Снова тренируем режим «единого тела». Бросаю команды девчонкам и они послушно бомбардируют истуканов. Только парочка каменюг всё же пробивается в ближний бой. Я бросаюсь им навстречу и ужом верчусь между истуканами. Доспех Тьмы отлично подходит для таких маневров. А вот в каменном не попрыгаешь.
Одна горгулья шагает ко мне вплотную. Подныриваю под взмах рукой, хватаю за негнущийся локоть и с треском ломаю. Затем, отскочив, пинком отправляю истукана в полет — прямо в сторону Светки.
«Искра, в рукопашку!»
— Но я могу отсюда его сжарить! — кричит она вслух, уперев руки в бока.
«Искра, твою ж! В рукопашку!»
«Ладно-ладно», — бурчит она мысленно.
Сразу ведь сказал русским языком! Нет, надо покапризничать. Если выдалась возможность потренироваться, нужно попробовать разные способы. А то привыкнет на расстоянии бить, а противник подберется вплотную — и она сразу ласты склеит.
Все этим мысли проносятся где-то в стороне. Я продолжаю метаться вокруг второй горгульи, пока также не подцепляю ее за руку и не переламываю локоть об колено. Дальше бросок тяжелой каменной туши через бедро в сторону Камилы с Леной.
«Вьюга, Магнитик, этот ваш. Только рукопашка»
Пускай тоже разомнутся. Им на двоих одного истукана за глаза хватит. Всё же Светка из всей троицы самая бойкая и крепкая. Она со мной еще в десять лет по лесам шастала. Натаскалась драться. Но зато у Камилы талант — двухдарность. Ну а Лена… Лена просто умничка.
Как и ожидалась, Светка с двух ударов разбивает своему противнику голову. Что ж, удар у блондинки поставлен. Другого от нее и не ждал. Вот если бы дольше ковырялась, пришлось тащить бы ее на спарринги и закреплять навыки самообороны. Как-никак Светка среди невест самый опытный боец, не считая Лакомки, поэтому с блондинки и спрос больше, чем с остальных.
А вот Камила с Леной еще возятся.
«Вьюга, левый джеб, правый хук, усиленные ветром. Магнитик, левый лоу-кик по колену, — подсказываю девчонкам. — После каждого удара отскок и заново».
Девушки следуют инструкциям и на раз-два-три опрокидывают здорового истукана. Благо с Ленкой я уже давно занимаюсь и поставил ей крепкий удар ногой. А окованная железом голень любого здоровяка свалит.
Наконец Камила ветряным клинком срубает голову горгулье.
— Фух, — брюнетка гордо выпрямляется и победно качает бедрами.
— Молодцы! — хвалю я девчонок. — На первый раз сойдет. В следующий уже у противника будет две руки.
Мое обещания заставляет девушек сделать испуганные глаза.
— Сильно надеюсь, что горгульи закончились, — сразу грустнеет Лена. — И следующего раза не будет.
— Мегамозг, и как вообще называется эта тактика? — ворчит Светка.
— Режим «единого тела», — улыбаюсь.
— Вот как? Ну мы-то понятно руки и ноги, — блондинка снова подбоченивается. — А ты, значит, на себя взял роль мозга, наш дорогой жених?
— Не только, — усмехаюсь. — Еще и желудка. Когда вернемся домой, то увидишь, как я отличную исполню эту роль.
— Да я уже не сомневаюсь, — надувает она губы.
Мы продолжаем идти по тропинке. Заросший сад подходит к концу, у разломанной беседки стоит лишь одно неподвижное изваяние. Статуя в форме осьминога в человеческий рост. Щупальца покрыты мхом. Причем внутри каменюги теплится не просто энергоисточник, а самая настоящая жизнь.
Кто-то заточил сознание в статую!
Вокруг также полно пустых пьедесталов. На такие обычно ставят статуи. Видимо, на них раньше громоздились горгульи до тех пор, пока они не бросились на нас.
— Эй, мистер Кракен, отзовитесь, — обхожу я полукругом каменного осьминога. — Признавайтесь, это вы натравили на нас
