она в ответ, пытаясь скинуть меня. Но куда там, только зря брыкается.
Я киваю на стену псионики перед нашими глазами.
— Твою шею спасал вообще-то.
Но мои доводы ей побоку.
— Слезь с меня, Филинов! — вопит она.
— Вещий-Филинов — попрошу, — поднимаясь и отхожу подальше. Проблемная девица оказалась. Мало того, что спасибо от нее не дождешься, такая запросто может ошпарить псионикой.
Между тем, остальные одногруппники уже обогнули лиловую стену и бросились врассыпную. Только напрасно газанули — от Фирсова след простыл. Он еще к тому же исчез с телепатичского сканера. Так что глупо бежать в никуда. Надо сначала определить его местоположение. Наш преподаватель — опытный Устранитель и вряд ли натоптал на траве.
Подозрительно глядя на меня, Смородина вскакивает и бросается вниз по склону. Хмыкаю вслед ее взметающимся длинным волосам. Мда, дружная у нас группа. Как говорится: не делай добра не будет зла.
Первым делом я изучаю псионическую стену. Тонкослойная паутина, которую Фирсов повесил на спуске в надежде поймать торопливого ученика. Штука недолговечная. Псионика постепенно теряет заряд, через пять минут она окончательно исчезнет. Интересно, сколько Фирсов еще таких паутин раскидал по округе.
«Включаю» сканера и провожу полное сканирование местности. Почти сразу нахожу Фирсова вдалеке. Преподаватель в отличной форме, бегает резво. Кстати, от телепатического поиска он как-то умудрился скрыться, а вот энергосканер оказался ему не по зубам. Причем вся моя группа сейчас носится совсем в другой стороне.
Хм, но мне палиться тоже нежелательно. Следует ловить Устранителя осторожно, а то он еще заподозрит Рой.
Следующий час я охочусь на Фирсова. Думал, быстрее управиться, но никак не удается подловить Устранителя. Специально бегаю кругами, постепенно приближаясь, но в последний момент Фирсов ускользает от меня. Забавно. Я предпринимаю еще пять похожих попыток, и каждый раз Фирсов уходит. Самое интересное — я даже пробую временами «включать» Василискуса, но старик всё равно улавливает мое приближение. Наверняка, использует родовой Провидческий Дар. Больше у меня нет никаких версий.
Прекратив бегать за учителем, я решаю подойти к задаче с умом. Зачем Фирсов вообще затеял эти «заячьи бега»? Почему сразу не надрал нам задницы? Далеко не факт, что у старика получилось бы, но у него, наверняка, другое мнение не этот счет. Он ведь опытный Устранитель, а мы в его глазах салаги и слабачье.
Значит, Фирсов требует от нас работы сообща. Слаженной операции всей группы. А, может, я всё придумываю, но всё равно это хороший вариант прищучить неуловимого ликвидатора. Окружим и навалимся все вместе. Чем не план?
Теперь я ищу группу. Ближе всех ко мне оказывается Герасим Стяжков. Судя по всему, парень уже вымотался. Благодаря моим хлопкам у него и так полупустой накопитель, а он еще вдобавок успел где-то потратиться. Ну ладно, зато его легче догнать.
При моем появлении Стяжков дает визгливого петуха:
— Вещий, у нашего рода давно мир с тобой! Чего ты ко мне пристал⁈
— Вещий-Филинов, вообще-то, — машинально поправляю и подхожу похлопать парня по плечу. Нет, у меня не выработалась привычка. Просто того и гляди парень скоро свалится в обморок. Надо бы ему вернуть чуток энергии. — Мир у нас. Подтверждаю. Так что ты не пугайся. Я решил, что мы теперь будем охотиться группой. Вариантов у тебя нет. Так что пошли.
Стяжков не спорит. Послушно топает следом. Вот и молодец. Всё же страх — эффективный инструмент управления. Понятно, что недолговечный, но я не собираюсь бегать по лесу даже день. У меня сегодня награждение. Надо уже закругляться с этим уроком.
Следующей поблизости оказывается Смородина. Девица очень мнительная, поэтому с ней я разговариваю на расстоянии при помощи телепатии:
«Привет. Мы решили брать Фирсова группой. Давай с нами?»
Молчание. Думал, уже не ответит, но спустя полминуты Смородина просыпается:
«Старостой станет только один».
«А почему ты хочешь стать старостой?»
Снова долгая пауза, но я уже привык, поэтому продолжаю дожимать:
«У старосты же много мороки с учебным планом, да и вообще придется бегать у Фирсова на побегушках».
«Я хочу показать, что нахожусь легитимно в Академии, — прорывает Смородину. — Слышал, как Стяжков меня называл? Статус старосты докажет, что я не случайно сюда попала, что допущена на уроки не по ошибке царской канцелярии, а по заслугам».
«Понял, — задумываюсь. — А как насчет должности заместителя старосты? Тоже достойное место. Став старостой, я готов отдать тебе его».
Смородина молчит, а потом бросает коротко:
«Нет».
Эх. Значит, в другой раз. Лучше пока оставлю Смородину и займусь следующими одногруппниками. Ими оказываются братья Митовичи. На близнецов мы со Стяжковым выходим, не скрываясь. Я предлагаю союз, ну и уточняю, зачем им место старосты.
— Ежегодный съезд учсовета на Черноморском побережье, — отвечает один из братьев. — Допускаются только старосты с заместителями либо их представители.
— Ага, — мечтательно поддакивает второй. — Там собирается столько красоток-старшелкассниц!
Я фыркаю. Тоже мне нашли причину. Недолго думая, обещаю сделать близнецов своими представителями на черноморских съездах, и они соглашаются уступить мне место старосты.
Дальше идет черед рыжика Ногайцева. У парня отсутствует мотивация быть старостой, поэтому он без проблем соглашается на боевой союз, лишь бы быстрее закончить этот лесной забег. Ну и остается последним Костя Волжанин, дворянин из донских казаков.
— Мне место старосты даром не сдалось, но я не хочу никакой союз, — сразу заявляет загорелый парень, скрестив руки на груди. — Так что идите куда шли, московские! Я сам вырублю Фирсова, утритесь!
Я грустно вздыхаю. Опять придется применять метод устрашения.
— Константин, оглянись, — киваю я казаку на угрюмых одногруппников. — Нас четверо. У каждого из нас есть мотивация сделать меня старостой. Митовичи хотят попасть на черноморский съезд. Стяжков, как настоящий друг, болеет за меня всей душой, — от услышанного у Стяжкова глаза на лоб полезли, но я проигнорировав, продолжаю доносить до казака свою мысль. — Ногайцеву надоело бегать по лесам и ему не терпится закруглиться. Ну а ты сейчас хочешь подвести своих товарищей, притом тебя совсем не интересует место старосты. Думаешь, одногруппники тебя простят? — я внимательно смотрю в глаза Волжанину. — Нам ведь еще не один год учиться вместе, и мы просто не будем…
Костя вдруг сглатывает и отводит в сторону взгляд. Не знаю, что он себе там напридумывал, но дрожащим голосом выдает:
— Ладно-ладно, ваша взяла. С вами пойду бить Фирсова.
Вау. Похоже, он себя знатно накрутил, а я ведь
