расскажешь мне, что с тобой произошло за это время.
— Договорились.
Сущее свидетель, я рад, что повстречал именно такого друга. Безмерно рад.
Двери закрылись беззвучно и, вернувшись на своё место, я вновь принялся поглаживать Грацию по голове, отчего та вновь довольно заурчала. Некоторое время я размышлял надо всем, что случилось, а после поднял взгляд на Велесту.
Похоже, пришел их черед.
— Как Тэя? С ней всё в порядке?
— Мой королева шлёт тебе уважительный поклон, — с мягкой улыбкой отозвалась альсеида. — Да, она в полном порядке. Хотя после того как ты исчез, на неё и Фронтир оказывали давление, но нимфы Жизни не сдаются так легко.
— На Великой Сотне я обошелся грубо с тобой.
— Не переживай на этот счёт, — усмехнулась с пониманием та. — Тогда мы были противниками.
— Как мне следует отблагодарить тебя и твою королеву за помощь? — в лоб спросил я. — Илай утверждает, что ты здорово помогла моим людям. Чтобы отплатить вам, я сделаю всё, что в моих силах и возможностях.
— Я следовала приказу госпожи и мне ничего не нужно, — спокойно пожала плечами девушка, но миг спустя в её зелёных глазах заискрилось игривое озорство. — Но я обязательно передам твои слова правительнице. Может быть ей что-то потребуется. Завтра я постараюсь с ней связаться и обо всём рассказать.
— Тогда буду смиренно ждать ответа Тэи, — хмыкнул невозмутимо я, а после с вопросом посмотрел на горгону.
Кого-кого, а уж её-то я абсолютно не рассчитывал увидеть на руинах той резиденции. Однако со слов Илая она помогла сбежать остальным из Аронтира. Вот столько сдаётся мне, что её помощь окажется не безвозмездной.
— Как понимаю, пришел мой черед? — обольстительно ухмыльнулась она, забрасывая ногу на ногу и откидываясь на спинку кресла.
— Да, ты помогала, — отметил сухо я. — И я обязан тебе.
— Что ты можешь мне предложить? — обнажила та свои белоснежные зубки, подперев ладонью подбородок.
— Мы не на рынке, Серинити, — устало выдохнул я. — Говори, чем я могу тебе отплатить.
— Хочу стать твоей наложницей, либо можем обойтись… ребенком.
ЧЕ-Е-Е-ЕГО⁈
Изначально я думал, что она хотя бы задумается над моими словами, но заслышав её ответ внутри что-то содрогнулось, а от наглой прямолинейности в гулком кашле зашелся не только я, но и Тэйн. Только Велеста осталась вполне спокойна.
— Ну да! Горгоны же… — с пониманием изрекла альсеида, закатывая глаза. — Они с детства помешаны на сильных самцах.
— Кстати, а где мой подарок тебе? — прищурилась подозрительно Серинити, а затем и вовсе принюхалась. — Где поцелуй горгоны?
— У сестры своей спроси! — рявкнул раздраженно я, приходя в себя после затяжного кашля и шока. — Ты совсем рехнулась? Какая наложница? Какой, к демонам, ребёнок?
— Вот же сучка прокажённая! — грязно ругнулась девица, яростно ударив кулаком по подлокотнику, отчего тот жалобно треснул. — А еще недотрогой прикидывалась и меня мелкой шлюхой называла, а как запахло жареным, так первой в койку полезла. Проститутка! Ну ничего, при первой же нашей встрече она мне за всё отплатит и…
— Погоди! — вдруг вытаращил на меня глаза падший, вскакивая на ноги. — Ты… ты спал с Кайсой Ксант⁈
— А ты еще громче можешь спросить, чтобы в соседней комнате Фьётра и остальные тоже услышали нас?
— Прости, дружище, — растеряно проблеял Тэйн, быстро присаживаясь обратно. — Но ты и… она. Когда вы только успели?
— О-о-о-о-о! Ты совершенно не знаешь мою сестрёнку, — злобно прошипела Серинити. — Она умеет извлекать пользу просто из воздуха. Если бы не Ранкар, она бы ни за что на свете не стала бы главой дома.
— Подожди, — нахмурился резко я. — Кайса стала главой великого дома?
— Да пусть облезет, сучка драная! — фыркнула недовольно горгона. — Я просто неправильно выразилась. Пока она не глава дома, но этот вопрос уже решен. Как только Данакт отойдет от дел, тут же вся власть окажется в её загребущих ручках.
— Но она помогла нам, Ранкар, — заметил спокойно Тэйн, взглянув на меня. — Как и Сиана. Если бы не их вмешательство, мы бы ни за что не покинули пределы Аронтира. Они здорово рисковали. А ты знаешь, что с отмеченными шутки плохи. Именно с тех пор они и Илай оказались под пристальным вниманием отмеченных и высших чинов храма.
Значит, Сиана и Кайса тоже помогали. Что ж, это многое объясняет.
— С Кайсой и Сианой я переговорю позже. Однако, что касается тебя, Серинити, — сухо пробормотал я. — Прости, но я не могу удовлетворить твоё желание.
— А как насчёт твоего семени? — не унималась горгона, подавшись чуть вперед.
Проклятье! Что за озабоченная девка⁈
— Нет!
— То есть именно так наследник Пятой Династии намерен благодарить за помощь? — с обидой осведомилась та. — Какой же ты всё-таки балабол.
Мириада сраных бед! У неё еще и язык знатно подвешен.
— Серинити, пожалуйста, пойми меня правильно, — миролюбиво заговорил я, собирая воедино всю имеющуюся выдержку. — Я не могу взять тебя в наложницы, потому как сейчас у меня даже нет жен, а о ребенке я вообще молчу. До него еще необходимо… дожить.
— Если хочешь, то мы прямо сейчас выгоним этих двоих, — с мечтательной улыбкой заговорила горгона, — и ты прямо здесь меня на этом самом кресле тра…
Ирззу распутницу мне в жены! Что за похабщина?
— НЕТ! — рявкнул раздраженно я, не дав той договорить. — Лучше уймись и попроси что-нибудь другое.
— Кроме места наложницы и ребенка мне больше ничего не требуется, — с обидой произнесла Серинити, скрестив руки на груди и вновь запрокинув нону на ногу. — Какой же ты всё-таки скучный. Многие мужчины мечтают возлечь с горгоной. Ты хоть знаешь, на что мы способны в постели?
Во имя всего живого и мёртвого! Если всего одна горгона может довести до белого каления, то что тогда творится в Танебрисе?
— Серинити, надеюсь, ты не забыла, кто я такой? Против меня ополчились обереги, а ты мало того, что хочешь стать моей наложницей, так еще и ребенка просишь.
— Нашел чем удивить, — закатила глаза девушка, выпятив нижнюю губу. — Все горгоны поголовно отрекшиеся. Нам плевать на богов. Мы не поклоняемся им и не нуждаемся в их одобрении.
Да мою ж собачью жизнь!
— Серинити, очень тебя прошу, — выдохнул тяжело я. — Давай ты еще раз хорошенько обдумаешь своё желание?
— Ладно, уговорил, — весело усмехнулась девица, но вот её искрящийся озорством взор не сулил ничего хорошего. — Я поразмыслю над чем-нибудь другим.
Дрянная девка! И почему кажется, что вскоре это вылезет мне боком?
— Да ты просто душка, горгона, — фыркнула с укором альсеида. — Пытаешься продать себя как можно дороже.
— Я не младшее божество, — развела руками та. — И могу вести себя как
