майка-алкоголичка и лысеющая голова. Дядя Валера из тридцать второй квартиры. Местный слесарь, любитель дешевого пива по пятницам и просто шумный сосед, у которого я пару раз одалживал соль и разводной ключ.
Только теперь нижняя челюсть дяди Валеры была вывихнута и неестественно свисала набок, а на груди зияла рваная рана, сквозь которую белели сломанные ребра. Белки его глаз пожелтели и налились кровью. Под его ногами, в расползающейся темной луже, лежало то, что еще сегодня утром было нашей консьержкой Марьей Ивановной.
Над головой слесаря тускло мерцала системная надпись:
[Обращенный жилец. Уровень 2]
— Дядь Валер, — негромко произнес я, не делая резких движений. — Ты бы это... руки помыл перед едой.
Зомби утробно зарычал. В нем не осталось ни капли человеческого разума — только примитивный системный паразит, завладевший мертвым телом и жаждущий свежей маны.
Я быстро оценил тактическую обстановку, и она была отвратительной.
Лестничная клетка — худшее место для боя. Ширина пролета чуть больше метра. Справа глухая стена, слева металлические прутья перил. Моя бейсбольная бита — оружие размашистое. Если я попытаюсь ударить сбоку, то просто с искрами впечатаю алюминий в бетонную стену или застряну в перилах, оставив себя без защиты на растерзание когтям.
И самое паршивое — пятнадцать килограмм за спиной. Рюкзак безжалостно тянул назад, нарушая баланс, а моя жалкая единичка в Силе молила о пощаде.
Дядя Валера захрипел и, неловко перебирая ногами, бросился на меня. Для обычного человека его рывок показался бы пугающе быстрым, но раскачанные рефлексы вкупе с системным ускорением превратили атаку зомби в предсказуемую, медленную траекторию. Мозг успевал просчитывать каждое движение.
Я не стал тратить драгоценные секунды на то, чтобы скинуть рюкзак — дистанция была слишком мала. Вместо этого я перехватил «Шоковую биту нарушителя» обеими руками на манер бильярдного кия или короткого копья.
Когда мертвый слесарь оказался в метре от меня, растопырив окровавленные пальцы, я сделал короткий, пружинистый шаг в сторону, вжимаясь в стену и пропуская его тушу мимо себя. Рюкзак больно дернул плечи по инерции, но раскачанная координация не дала мне упасть.
В ту же секунду я с силой выбросил биту вперед, нанося жесткий, прямой тычковый удар торцом прямо в незащищенное горло монстра.
Хрясь!
Тяжелый алюминиевый набалдашник смял гортань зомби. Дядю Валеру отбросило назад, он споткнулся о собственные ноги и с грохотом рухнул на кафельный пол, ударившись затылком о стенд с почтовыми ящиками. Старая жестяная дверца с номером «32» жалобно звякнула и повисла на одной петле.
Системный артефакт не подвел — по металлу биты пробежали жирные синие искры, и тело мертвеца затряслось от электрического разряда, парализовав его на заветные пару секунд.
Этого мне хватило. Я шагнул вперед, занес биту строго вертикально над головой — единственно верная и безопасная траектория в узком коридоре — и, вложив в удар вес собственного тела и тяжесть проклятого рюкзака, обрушил оружие на череп соседа.
[КРИТИЧЕСКИЙ УРОН!]
[Вы убили: Обращенный жилец (Ур. 2)]
[Получен опыт: 25. Текущий опыт: 195 / 400]
Тело дяди Валеры обмякло и начало стремительно осыпаться серым системным пеплом, смешиваясь с кровью консьержки на грязном кафеле. Через пять секунд от слесаря не осталось ничего, кроме маленькой горстки праха и тускло блеснувшей на полу монетки.
Я тяжело выдохнул и оперся на биту, чувствуя, как по виску катится капля пота. Спина гудела. Единичка Силы давала о себе знать — даже такой короткий, десятисекундный бой с тяжелым грузом вымотал меня не меньше, чем спринт от стаи монстров.
Я присел на корточки, стараясь не запачкать берцы в крови, и подобрал лут.
[Получено: Медная монета Системы х3]
[Получено: Ржавый ключ от подвала (Мусор)]
— Жмот ты, дядь Валер, — мрачно хмыкнул я, пряча холодные системные монеты в карман куртки. — При жизни триста рублей до зарплаты не возвращал, и после смерти лут мусорный сбросил. Никакой стабильности.
Я медленно поднялся и посмотрел вверх, в пролет лестницы, уходящий во тьму. Пятый этаж. Впереди было еще четыре пролета густого сумрака, в котором могли скрываться другие соседи, не пережившие интеграцию. И лифт, разумеется, уже никогда не приедет.
Поправил врезающиеся в кожу лямки рюкзака, стиснул зубы от ноющей боли в плечах и поставил ногу на первую ступеньку.
Остальные три пролета я преодолел на чистом, кристаллизованном упрямстве.
Единичка в Силе в сочетании с пятнадцатикилограммовым рюкзаком превратили подъем по лестнице в изощренную пытку. На четвертом этаже я наткнулся на волочащийся кровавый след и брошенную женскую туфлю, но самих монстров, к счастью, не встретил. Видимо, кто-то из соседей уже стал чьим-то завтраком и утащил за собой в квартиру незваных гостей.
Пятый этаж. Знакомая обшарпанная металлическая дверь с латунным номером «54».
Я дрожащими пальцами провернул ключ в замке, ввалился внутрь и с силой захлопнул за собой тяжелую створку. Щеколду — до упора. Два верхних замка — на три оборота каждый.
Только после этого я позволил себе расстегнуть фастекс на груди и скинуть лямки рюкзака. Он рухнул на линолеум прихожей с глухим, тяжелым стуком.
Я привалился лопатками к холодной металлической двери и медленно сполз по ней на пол, вытягивая гудящие ноги.
— Свобода, — прохрипел я в тишину пустой квартиры.
Знакомый запах пыли и вчерашней пиццы показался мне лучшим ароматом во вселенной. Никакой крови, никакого едкого хлорамина и горелой шерсти. Только родной, безопасный бытовой бардак.
Но расслабляться было рано. Дверь у меня металлическая, открывается наружу, выбить ее сходу тяжело. Но у Системы есть элитные монстры, которые плюют на законы физики старого мира. Мне нужна была дополнительная, несистемная защита.
Я заставил себя подняться. Сходил на кухню, выпил прямо из-под крана два стакана холодной воды — городские насосные станции еще не успели обесточиться. Там же, в нижнем ящике гарнитура, я порылся среди столовых приборов и выудил тяжелый, литой чугунный молоток для отбивания мяса. Гвозди я в гипермаркете купил, а вот нормальный строительный молоток в спешке забыл. Придется импровизировать.
Вернувшись в прихожую, я вскрыл упаковку гвоздей-соток и достал армированный скотч.
Первым делом я щедро, в четыре слоя заклеил замочные скважины изнутри. В Системе полно мелких тварей-паразитов и обращенных мародеров с классом «Вор», которые вскрывают механические замки, пуская ману прямо в скважину. Нет отверстия — нет проблемы.
Затем я снял со стены тяжелую дубовую вешалку, оторвал от нее металлические крючки и подсунул получившийся кусок массива под дверную ручку, уперев второй конец в стык напольного плинтуса. Получился идеальный, намертво заклиненный распор.
