мы с Царем решили устроить Дракону ловушку. Передадим Кимадзаро на временное хранение золотые слитки из госказны, а когда появится Дракон, вы его прихлопнете.
— Шикарный план, — одобряю. План вдвойне шикарный, потому что я не рискую своим золотом.
— Царь придумал. Тогда через три дня вы вылетаете, — сообщает Владислав. — К этому времени все приготовления будут сделаны. Так что постарайтесь уладить свои неотложные дела в Царстве. В том числе сходите на церемонию в Кремль.
— Так точно, — отвечает за всех Фирсов, и Владислав отпускает группу. Задерживает он только меня.
— Конунг Данила, ты опять возьмешь с собой на спецоперацию молодых жен? — вдруг спрашивает царский брат. — Замечу, что багровый зверь — самая опасная на свете тварь.
— Не опаснее Высшего Грандмастера, — парирую, но, подумав, добавляю: — Или опаснее, но ненамного. Да, жен возьму. Не думаю, что в Тавириния — безопасное место, и постоянная боевая закалка только на пользу моему роду. Мы будем готовы ко всему.
— Ну как знаешь, — Красный Влад явно не одобряет мой подход. — Лично мои жены вот дома сидят, детей нянчат, а не бегают по двум мирам.
— Владислав Владимирович, при всем моем уважении, но у нас с вами разные судьбы, — замечаю я, стараясь говорить спокойно, но твердо. — Мне предстоит править агрессивными иномирянами вот с такими рогами… — показываю руками, очерчивая в воздухе внушительные изгибы. — И возрождать род, а вам следить за порядком в Царстве из защищенной столицы. Ваши заботы — поддерживать мир и стабильность за крепкими стенами, а мои — ежедневно сталкиваться с опасностями, управляя чуждым народом и укрепляя нашу семью на острие меча.
— Да, ты прав, — кивает начальник Охранки и усмехается, переводя всё в шутку: — Неужели ты всегда был таким вдумчивым и глубокомысленным, Данила?
— С самых пеленок, Ваше Высочество, — усмехаюсь, и на этом покидаю Охранку.
А дома встретившая меня Лакомка неожиданно делится новостью, лукаво улыбаясь:
— Мелиндо, а я только что прогулялась в кофейню с княжной Морозовой.
— С Машей? — заинтересовываюсь новой подругой моей главной жены. — И кто кого позвал?
— Мария Юрьевна, — с хитринками в глазах отвечает альва. — Теперь мы будем часто гулять вместе. Маша очень хотела.
— Забавно, — только и говорю я. А что тут еще сказать? Морозовы решили прощупать почву через мою главную жену. Только вот Лакомка видит таких малышек насквозь. И в итоге мы очень многое узнаем о Морозовых, в том числе об их целях относительно меня.
— И, кстати, к нашему столику подошла Настя Горнордова, — снова удивляет главная жена. — Она честно призналась, что ее послала Жанна Валерьевна. Настя будто бы случайно должна была встретиться со мной в бутике или ресторане. Мать-баронесса велела Насте подружиться со мной, представляешь?
— Запросто представляю, — усмехаюсь. — Это очень в духе Жанны.
— Мы решили дружить втроем, — сообщает Лакомка. — Ты не против?
— Чтобы ты наблюдала за отпрысками коварных Горнорудовых и изменчивых Морозовых? — приподнимаю бровь. — Да я только за! О таком шпионе можно только мечтать. Дорогая, следи за целями в оба глаза! И, конечно же, докладывай мне обо всём.
Лакомка смеется.
— Я знала, что ты правильно меня поймешь, мелиндо.
Альве вдруг звонит одна из ее новых «подруг», а я ухожу к себе в кабинет. Столько дел, столько дел… Хоть тибетские стелы наконец доставили в Сковородщину. Теперь дело за малым — сделать стабильный портал на Ту Сторону и доставить тавров домой. Но это уже забота на будущее, после японской командировки.
С тоской бросаю взгляд на очередные отчеты Киры. Стол буквально завален документами. Мои перепонки, вы серьезно⁈ Не для того я выписал Страннику билет в один конец, чтобы утонуть под кучей бумаг. Ну уж нет! Решено! Сегодня у графа Вещего-Филинова объявляется выходной.
«Лакомка, бросай все дела, — передаю альве внизу простую и понятную мысль. — Хочу отдохнуть с тобой».
«Уже раздеваюсь…»
«Именно так мы отдохнем ночью. А сейчас давай лучше часик прогуляемся по городу».
«Тогда одеваюсь», — тут же рапортует главная жена.
Камила, Света и Лена ушли по своим женским делам, и прогулку устраиваем вдвоем. Лимузин подкидывает до границы Отрадного парка, дальше пешочком обходим цветочные клумбы и фонтанчики. Лакомка смеется, рассказывает какие-то забавные нелепости, её глаза искрятся радостью. Пара клумб под ее веселым взглядом расцветает еще сильнее, их цвета становятся ярче, а цветы — крупнее и красивее. Я присоединяюсь к её забавам и создаю над тропинкой зеленый портал из лиан, которые переплетаются в сложные узоры, образуя арку. Лианы начинают цвести разноцветными цветами, а лепестки падают вниз, создавая сказочную атмосферу. Мы идем под этим зеленым сводом, держась за руки.
— Господин, вы что творите⁈ — вдруг возникает женщина в форме охранной фирмы. — Зачем устраиваете самострой⁈ Этот парк — объект под охраной ЧОП «Рога и Копыта»! Быстро уберите не предусмотренный утвержденным планом ландшафтный элемент.
Мы с Лакомкой удивленно переглядываемся. По-моему, лианный портал только пошел на пользу парку. Вон уже народ собирается, чтобы пофоткаться на его фоне. И особенно странной выглядит претензия этой женщины, когда в нескольких метрах двое пропойц намусорили на лавке, оставив пустые бутылки из-под пива. Сейчас они громко ржут, пугая гуляющих рядом мамочек с детьми.
— Мне просто убрать портал, уважаемая? — уточняю.
— Именно. Просто убрать, — сурово кивает женщина, взявшись за дубинку на поясе. — И заплатить штраф в сто пятьдесят рублей.
Ага, теперь понятно, откуда такое точечное рвение в «контроле за соблюдением порядка». Частная охрана не имеет право брать никакие штрафы, максимум делать предупреждение.
— Без проблем, — демонстративно сую руку в карман, и женщина уже довольно улыбается. — Только сначала покажите регламент администрации парка, где указан размер штрафа за украшение парковой тропы.
— Ммм, боюсь, с собой у меня нет документа, — женщина отступает на шаг. — Ладно, господин, на первый раз прощаю. Не надо штрафа.
Она спешно ретируется, но кто же теперь просто так отпустит эту взяточницу и вымогательницу?
— Назад, — командую, и женщина бегом возвращается обратно. Глаза у нее стали немного стеклянные, но это ненадолго. — Кажется, в парке творится настоящее правонарушение, — киваю на пьяниц, которые уже матерятся на испуганных мамочек. — Вы как блюститель порядка должны это прекратить. Прошу вас.
