мне.
— Красавица, не подержишь меня? — обращаюсь к Змейке, и хищница без слова возражения обхватывает меня всеми четырьмя руками.
Мне даже лень удивляться отсутствию обыденного: «Ррр! Я — Мать выводка! Фака». Видимо, «красавица» тоже входит в разрешенный перечень наименований Змейки. Облокотившись на хищницу, я быстренько погружаюсь с двумя шиноби в Астрал.
Там уже без слов отбрасываю обоих темников в клетку для запчастей. У меня уже есть Воронов, и он со мной надолго. Этого убийцу нельзя отпускать на волю, так что других темников в легионеры мне не надо… Хотя нет, что-то я спешу с выводами. Ведь же можно создать когорту темных магов, а потом еще когорту огневиков, когорту каменщиков и так далее. Легион, настоящий легион, состоит вовсе не из одиночек-воинов, а из боевых подразделений с офицерами. Хм, заманчиво. Но об этом подумаю в другой раз, а пока ниндзя пускай посидят в клетке с другими «донорами». Сейчас же нужно полистать память этих недотеп-шиноби.
Уже через полчаса я заявляюсь в шатер к Сая Кимадзаро. Вернее, топчусь у полога в растерянности. Нет ни колокольчика, ни слуги на скамейке, ни тем более дверного косяка, чтобы постучать.
— Сая-чан! — громко кричу за неимением ничего другого. — Вставайте, солнце! Дело есть!
Внутри шатра раздается шорох и грохот, будто кто-то упал, споткнувшись о что-то в темноте. Затем через полог выглядывает взъерошенная головка японки. За ней видны нагие точеные плечи, на которых едва заметны тонкие бретельки лифчика телесного цвета. А внучка главы Кимадзаро, оказывается, пренебрегает ночнушками.
— Господин Данила⁈ — в шоке восклицает японка. — Почему… почему вы горланите в мою временную опочивальню⁈ Для вызова есть же моя служанка!
— Где «есть»? — демонстративно кручу головой. — Не подскажите?
— Миса! — кричит Сая, правда не находя глазами личную прислугу. — Где тебя носит!
— Сая-сан, простите! — раздается испуганный крик с другого конца лагерной улицы. Упомянутая Миса бежит к нам, наспех застегивая рубашку на груди. За ней из палатки выглядывает Дубный в одних трусах, озадаченно смотря вслед девушке. — Я выходила ненадолго… в уборную!
Я усмехаюсь в лицо Саи. Ага, как же в уборную. Зрение темника не обмануть. Мне было отлично видно, из чьей палатки девушка выбежала. Служанка Саи оказалась падка на красавчика-дроу. А Дубный молодец! Не забывает получать от новой жизни всё.
— Ну раз в уборную, — Сая подозрительно прищуривается, но в темноте она не могла разглядеть, откуда выскочила девушка. Японка снова смотрит на меня, подняв полог до самого горла. Лицо девушки — сама строгость. — Господин Данила, что вы хотели от меня посреди ночи?
— Да ничего особенного, — я пожимаю плечами. — Просто подумал, что вам, возможно, будет интересно узнать, что полчасика назад я допросил и убил шиноби рода Сасаки. Но если вас такие мелочи не волнуют, то извините за беспокойство. Приятных снов, Сая-чан, — я отворачиваюсь и шагаю прочь.
— Что⁈ Сасаки?!. Стойте, пожалуйста! — девушка откидывает полог и выпрыгивает передо мной в одном нижнем белье, загородив мне дорогу. Надо же, какая решительность. Может, она думает, что темнота прячет её прелести? Вот только нефига. — Господин Данила, я прошу прощения! — искренне произносит девушка, приложив руку к правой груди. — Мой тон был непозволителен. Вы вправе приходить в мой шатер в любое время дня и ночи.
Как-то двусмысленно прозвучало, но да ладно, не будем лишний раз вводить девушку в краску. Обычно она и сама прекрасно с этим справляется.
— Спасибо за разрешение вас беспокоить, Сая-чан, но, думаю, стоит позвать главу рода или наследника Кимадзаро, — замечаю. — Повод важный. Сасаки посягнули на жизнь главы рода Вещих-Филиновых, и такое можно смыть только кровью главного виновника.
— Я поняла, — кивает японка. — Тогда сейчас же вызову дядю.
— Ага, буду ждать в своем шатре, — я бросаю быстрый взгляд на девушку. — И Сая-чан, у вас листок прилип к правому бедру.
— А? Спасибо, — девушка рассеянно убирает сор с изящной ножки прямо над коленкой, и вдруг замирает, осознав кое-что. Её лицо моментально краснеет. — Вы… вы меня видите⁈ Всю⁈ — восклицает она с ужасом. — Уи-и-и! — с пронзительным писком она запрыгивает обратно в шатер, её движения быстрые и неловкие. Несколько секунд спустя из-за полога доносится сдавленное и смущенное: — Приятного вечера, господин Данила!
А вечер, правда, проходит приятно. Ожидание наследника Кимадзаро я решаю скрасить в компании своих жен. Тем более что крошка Сая действительно неплохо раззадорила меня. Этому больше всех рада зажигалка Светка. После марафона Лена вслух удивляется моей страстности, а я не скрываю произошедший курьез с японкой. Реакция моих благоверных? Сначала они переглядываются, а затем резко хохочут, схватившись за животы. Светка даже падает на спальник, не в силах остановиться.
— Ох уж эта Сая-чан! — надрывается Камила, утирая слезы с уголков глаз. — Строит из себя бесстрашную воительницу, а сама…
— А сама боится безобидную лягушку, — с улыбкой добавляет Лена, чем вызывает новый взрыв всеобщего смеха.
В это время за мной и заходит посыльный. Наследник главы Кацу Кимадзаро наконец-то прибыл в лагерь и ждет меня в своем шатре. Там уже сидит и красная до ушей Сая, которая при моем появлении вообще превращается в помидорку в юкате. Кацу в недоумении поглядывает на племянницу, видимо, не понимая причины ее смущения, но быстро забывает про нее, как только я в подробностях сообщаю о шиноби.
— Чертовы Сасаки! — сжимает кулак Кацу. — Грязные выродки!
— Ниндзя хотели убрать именно меня, чтобы на земли Кимадзаро продолжались набеги Золотого Дракона, — замечаю. — Правда, они не знали, что опоздали — зверь уже скован.
— И род Кимадзаро в неоплатном долгу перед тобой, господин Данила, — Кацу совершает низкий поклон, за ним молча сгибается и Сая.
— Речь сейчас о Сасаки, — напоминаю. — Я хочу с ними увидеться перед вылазкой к орнитантам. Мне нужно обеспечить себе надежный тыл, в который не посмеет ударить ни один оборзевший род. Устройте нам встречу.
— Боюсь, это займет время, — вздыхает Кацу. — Сейчас многие рода восточной Японии съезжаются на завтрашний бал у дайме Нобунага. Сасаки тоже уехали к ним. Наш род, кстати, также обязан почтить своим присутствием дайме, Сая-чан, — бросает он взгляд на племянницу. — Ты как половозрелая барышня Кимадзаро тоже должна быть там.
—
