уже который год обретаются на кладбище!
Тем временем они благополучно выбрались на улицу. Память Мелиссы запечатлела немногое: темные переулки, высокие деревья, тонувшие в напряженной тишине, частые шаги, гробовое молчание и напряженная, но слабеющая, ладонь Мирты.
Когда они оказались дома в светлой гостиной, свечение, исходившие от Мирты, погасло, и она, обессиленная и осунувшаяся, рухнула в кресло. Вернанд осмотрелся по сторонам, как загнанный зверь, осушил весь кувшин с водой и, не говоря ни слова, камнем упал на кровать.
Мелисса, сев напротив Мирты, с ужасом уставилась на нее. Что будет дальше, что?! Она закрыла лицо руками, но не смогла избавиться от наваждения: огромная зала, высокие стрельчатые своды и скелеты, скелеты, скелеты, наваленные друг на друга. Голова кружилась, хотелось уснуть и забыть обо всем и проснуться не в этом проклятом городе, а в комнате, дома у тети Моники.
– Мелисса, – услышала она твердый, но тихий голос Мирты.
Она подняла глаза и увидела, что девушка пришла в себя, ее изможденное лицо приобрело решительное и сосредоточенное выражение.
– Мелисса, – продолжила она, – нам завтра же нужно уходить из города. Оставаться здесь опасно. Я думаю, ближе к вечеру они уже все поймут. Утром, чтобы не вызывать подозрений, мы как обычно, придем в школу, днем заберем твоих родителей из клиники и попытаемся вырваться отсюда. Если у нас не получится, то мы пропали. Они нас уничтожат.
Мелисса вскочила с кресла и заходила по комнате, в ней всколыхнулось негодование.
– Мирта, – почти кричала она. – Мирта, объясни мне, в конце концов, кто такие эти они? Что вообще происходит? Чьи останки мы видели сегодня? И причем тут я? Скажи, Мирта, скажи! Иначе я скоро сойду с ума.
– Сядь, Мелисса, – устало ответила Мирта. – Сядь, пожалуйста, не мельтеши перед глазами! – она громко вдохнула воздух, немного помедлила и продолжила: – Сходи на кухню, сделай нам чаю, а я пока соберусь с мыслями, чтобы рассказать тебе все по порядку. Настал тот момент, когда ты должна узнать правду!
Мелисса тяжело вздохнула и отправилась на кухню. Она зажгла лампу и поставила чайник на огонь. Маленькое, тесное помещение осветилось уютным, теплым светом, а за окном стояла непроницаемая тьма. Ей показалось, что их небольшой мирок надежно огражден от злых вездесущих чар демонов, которые ухмыляются и хохочут, утопая в черной густоте ночи. Окажись она сейчас на улице, то непременно бы умерла от страха.
Она отвернулась от окна и стала смотреть на чайник: пар тоненькими струйками выходил из проржавевшего носика. Когда вода закипела, она налила две большие кружки и на подносе понесла в гостиную. Только бы Мирта не уснула! Но Мирта и не думала спать, она сидела в кресле, уставившись в стену. Она не сразу заметила Мелиссу, а когда заметила – вздрогнула.
Девочка поставила перед ней чашку, и Мирта, закрыв глаза, сделала большой глоток и улыбнулась:
– Ничто так не бодрит, как хороший крепкий чай. Нам до утра с тобой, Мелисса, засыпать никак нельзя. Мало ли что.
– Угу, – буркнула Мелисса и громко отхлебнула, а в это время Вернанд издал пронзительный всхрап. Они обе невольно улыбнулись, – С ним все в порядке будет, Мирта?
– Да! Они ничего с ним сделать не смогли, Вергилиан поставил на него хорошую защиту. Но ее действие совсем скоро могло закончиться.
– Бедный Вернанд! Ну, Мирта, рассказывай мне, наконец, уже все!
– Ну что ж, Мелисса, слушай внимательно и не перебивай меня. Говорить я буду долго, возможно, до самого рассвета!
Глава 32
– Эта история уходит своими корнями в глубокую древность. Некогда нашу землю населяли сильные, мощные существа, сейчас мы бы их называли – духами. Они были истинными хозяевами здешних мест. До сих пор всюду можно увидеть их следы. Присмотрись внимательнее к некоторым скалам или горным выступам, и ты увидишь идеальную форму, и, возможно, почувствуешь, что к ней прикасалась творящая рука мастера.
О том, как выглядели эти духи и чем они занимались, я сейчас говорить не буду. Но однажды произошло некое событие, после которого власть духов на земле стала стремительно слабеть. Волей-неволей им пришлось перемещаться в другие пространства, а иначе – в иные миры. Те, кто был сильнее, совершили переход достаточно легко и без особых потерь, а, вот те, кто был слабее – не смог до конца завершить начатое. Они застряли между мирами. Стали существовать в двух пространствах: том, другом и здесь, на земле. Чаще всего они облюбовывали некогда созданные ими горы, скалы, или непроходимые лесные чащи. А когда появились люди, духи разделились в своем отношении к ним. Одни, сотканные из светлой материи, отнеслись к ним спокойно и без всякого желания вступать в контакты. Другие же, таящие в себе злость и неудовлетворенность, сразу поняли, как можно действовать на людей. Попасть на ту сторону они уже не могли, а вот вернуться обратно на землю – представилось им возможным. Через людей. Они сразу вычислили их отрицательные стороны, которые можно эксплуатировать в своих целях и догадались, что человеческой энергией можно питаться и тем самым приближать себя к земле. А значит – воплотиться через какое-то время в идеальную материю, гораздо более мощную и влиятельную, нежели та, которой довольствуются люди.
Итак, эти неуспокоенные духи, раскиданные по земле, понемногу стали вступать в отношения с людьми. Но не со всеми, а только с теми, кто обладал властью. Обычно они предлагали такой расклад: вы приносите нам в жертву несколько человек, затем поклоняетесь нам, выполняя некоторые ритуалы, а мы обеспечиваем вам природное благоденствие. У духов все-таки остались способности управлять стихийными природными явлениями.
Требование о человеческих жертвах было абсолютно необходимо: как только власть имущие давали согласие и убивали своих соплеменников, черная энергия вырастала в несколько раз, и духи в тот же миг получали неограниченную власть над теми, кто заключал с ними договор.
Затем эта энергия постоянно повышалась за счет соблюдения ритуала поклонения. В разных местностях он отличался друг от друга, но в основных своих моментах всегда был схож. Таким образом, духи питаются энергией, вырабатываемой людьми, и когда она достигает нужной им концентрации, они переходят к особому этапу в своем существовании – воплощению! О, Мелисса, воплощение – страшная вещь! Духи обретают некое подобие тела и становятся полноправными хозяевами тех мест, в которые их так безрассудно пустили люди, движимые страстью к внешнему благополучию. Естественно, своих доноров они уничтожают, либо оставляют самых верных служить им в сношениях с другими городами.
Такому произволу со стороны духов
