Ознакомительная версия. Доступно 15 страниц из 96
— До встречи…
Уже перед самым выходом на маршрут Мельников, вручив Артёму чёрный брусок рации, посоветовал:
— Когда до платформы "Выборгской" останется метров триста-четыреста, ты попробуй выйти на связь с тамошней спецкомандой. Комендантом на этой станции служит подполковник Сушко Семён Андреевич, чуть старше нас с тобой, года три назад его в нашу лавочку — по большому блату — перевели из ФСБ. Нормальный, в принципе, мужик, только — на мой частный взгляд — излишне нервный и избыточно шебутной, без конкретного царя в голове. Поэтому ты, Белов, не расслабляйся и бди…. Условный пароль "свой — чужой" в твою рацию уже введён. Нужные — и основные, и резервные — частоты радиоволн тебе известны. Вдруг, они, всё же, выйдут на связь…. Лучше, уж, заранее предупредить ребят о предстоящем визите, чтобы с испугу не начали палить по неизвестным личностям. Времена нынче такие — серые, мутные и очень нервные…. Ах, да, чуть не забыл, голова садовая с шестью дырками! Вот, тебе, Тёмный, новая "грушная корочка". А это — список мобильной группы с подробным описанием боевого задания, заверенный моей подписью и соответствующей печатью. Предъявишь данные бумаги на "Площади Восстания" их военному коменданту. Извини, брат, но его фамилии и звания я не знаю, знаком только с ближайшими соседями. Видимо, так полагается по хитрожопым начальственным задумкам…. Потом вас проводят на "Маяковскую", заберёте там просимый медицинский груз и сразу же вернётесь назад. Ну и, понятное дело, собирай информацию — как и что. Нет ли у кого связи с поверхностью? Может, слухи интересные гуляют в народе, сплетни актуальные…. Ночные патрульные вернулись из туннеля минут пятнадцать назад, а новую смену я специально попридержал немного, чтобы вы не тратили времени на встречные пароли и на пустые приветственные разговоры. Обеспечил, что называется, полноценный "зелёный" коридор…. Ну, майор Белов, как говорится — с Богом! Держи нос — сугубо — по попутному ветру и ушами любопытными не хлопай зазря! Удачи тебе!
— К чёрту! — традиционно откликнулся Артём и, повернувшись к подчинённым, скомандовал: — Бойцы! Привести приборы ночного видения в рабочее положение! Фонари включать — только по моей отдельной команде! Выдвигаемся — согласно заранее оговорённому порядку…
Первым по шпалам шагал Шмидт, уже побывавший на патрулировании этого туннеля. За Шмидтом дисциплинированно следовал Фюрер, за плечами которого располагался солидный рюкзак с различными физическими приборами. Чёрный "грушный" бронежилет болтался на предводителе доморощенных фашистов — как на одёжной вешалке.
"Кто же виноват в том, что у некоторых студентов-отличников питерского Университета — такие узкие плечи?", — мысленно усмехнулся Артём, идущий следом. — "Впрочем, и Адольф Гитлер не отличался могучим телосложением. Как и Ленин со Сталиным…. Видимо, у всех уродливых хлюпиков планида такая — изо всех сил рваться к безграничной власти. Подростковые комплексы — по старику Фрейду — виноваты во всём, не иначе…".
Неожиданно Хантер, замыкавший походную колонну, принялся бодро и жизнерадостно напевать:
— А я по шпалам, опять — по шпалам — иду домой по привычке…
— Совсем с ума сошёл? — обернувшись, зло зашипел Артём. — Немедленно прекратить, рядовой! Детский сад какой-то, мать вашу…
Глава двенадцатая
Пир во время чумы
Пройдя по туннелю метров четыреста-пятьсот, Шмидт остановился и поднял вверх правую руку, тем самым подзывая командира мобильной группы к себе.
— В чём дело, Санёк? — подойдя, спросил Артём.
— Видишь — светлую царапину на стене?
— Вижу.
— Так, вот. Дальше этой царапины — во время патрулирования — никто из наших не ходил, — пояснил Шмидт.
— Фюрер, ко мне!
— Типа — по вашему грозному приказанию — явился…
— Слушай, братец мой фашиствующий! Может, уже хватит — выёживаться и выпендриваться? Ёлы-палы засохшие…. Ведь, тебя, если я не ошибаюсь, никто насильно не тащил в этот маршрут? Сам же прилип ко мне, как банный берёзовый лист к распаренной заднице, мол: — "Добрый дяденька майор, Артём Петрович! Возьмите, пожалуйста, меня с собой! Христа ради…". Было такое, морда очкастая?
— Ну, типа — было…
— Без всяких "ну" и "типа"! — разозлился Артём. — Изволь, гнида, отвечать кратко и чётко! Как и положено в российской воинской части специального назначения! Ну, блин?
— Я! — браво гаркнул Фюрер, демонстративно вытягиваясь в струнку и преданно посвёркивая золочёной оправой очков.
— Вот, совсем другое дело. Молодец! Можешь, когда очень захочешь. Давно бы так…. Кстати, как тебя зовут — на самом деле? Неудобно как-то — Фюрер, да Фюрер. Слух режет, и всё такое…
— Дмитрием Алексеевичем меня кличут, — внимательно рассматривая узорчатые трещины на шпалах, хмуро сообщил Фюрер. — Только, вот, попрошу обходиться без всяких там "Димок" и "Димонов"! Мне, мой авторитет — перед верными однопартийцами — дорог. Завоёвывал его, как-никак, долгими-долгими годами….Так что, либо "Дмитрий Алексеевич", либо "Дмитрий" — с официальными нотками.
— Учтём и не подведём! — пообещал Артём. — Значится так, Дмитрий Алексеевич…. Доставай-ка физические приборы, тетрадку и шариковую ручку. Снимай всякие и разные показания, фиксируй их подробно, никуда не торопясь…. Только, ради Бога, действуй по-быстрому, без всяких сложных изысков! Чтобы управиться минут за пять-шесть. Счётчик Гейгера используй, что-нибудь аналогичное, не отнимающее много времени…. Не слышу ответа, блин непропечённый!
— Есть!
Неожиданно впереди послышался подозрительный, едва слышный шорох.
— Что это такое? — слегка насторожился Артём, непроизвольно снимая автомат с предохранителя.
— Обыкновенные крысы, — успокоил Шмидт. — Только очень крупные, с длинными и облезлыми хвостами. В этот туннель ливийские шакалы тогда так и не добрались. А, жаль…
— И много здесь крыс?
— Не очень. Но за двенадцать часов патрулирования с тремя-четырьмя обязательно встретишься. Наглые такие, смотрят на тебя и — такое впечатление — всезнающе улыбаются. Твари — одно слово…
— Крысы — это актуально и очень своевременно, — важно заявил Хантер. — Надо будет потом стрельнуть у Глафиры, пардон, у младшего лейтенанта Ивановой, несколько мышеловок, вернее, дельных крысоловок. Ну, таких — в виде клеток — чтобы зазря не калечили пойманных животных.
— Опыты будете ставить, — понятливо вздохнул Шмидт. — Ох, уж, эти доктора! Их пшеничным хлебом не корми, дай только возможность вволю поработать острым скальпелем…. Кровожадные вы, ребята, даже круче, чем камбоджийские головорезы приснопамятного генерала Пол Пота.
Ознакомительная версия. Доступно 15 страниц из 96
