но успешным, и время от времени добавляя эффектные приёмы, которые не использовал бы обычный разрушитель, но которых избегал бы морф.
Смит всё время был настроен скептически, время от времени задавая вопросы о моих методах или намекая, что я слишком долго вожусь. Однако Элисон всё больше интересовалась происходящим, особенно когда я продемонстрировал технику разрушения связующего заклинания, которая заключалась в том, чтобы проследить за энергетическим контуром до его источника, а не атаковать само заклинание напрямую.
— Это потрясающе, — сказала она, опускаясь на колени рядом со мной, чтобы рассмотреть теперь уже неактивный связующий шнур. — Вы обращаетесь с магией почти как с цепью, которую можно перенаправить, а не просто разорвать.
Она потянулась, чтобы коснуться шнура, и в этот момент наши руки соприкоснулись. Контакт был недолгим, но эффект проявился сразу же, волна энергии, похожая на статическое электричество, но более глубокая, прошла через всё моё тело. Я инстинктивно отпрянул, испугавшись этого ощущения.
Внутри меня энергия Камня Цветения из галереи внезапно запульсировала в ответ, словно узнавая что-то знакомое в прикосновении Элисон. На долю секунды я увидел вспышку золотого света, похожую на солнечный луч, пробивающийся сквозь листву, а затем она погасла.
Элисон тоже отдёрнула руку, слегка расширив глаза. Символ на её браслете на мгновение ярко вспыхнул.
— Извини, — пробормотал я. — Помехи.
Но мы оба знали, что это не помехи. Я почувствовал что-то в этом прикосновении, намёк на силу, тщательно сдерживаемую, но безошибочно узнаваемую. У Элисон были собственные магические способности, которые она скрывала.
Из-за этого ей стало гораздо сложнее оценивать меня.
— Вы в порядке? — спросила она, стараясь говорить нейтрально.
— Отлично. Просто удивился, — я выдавил из себя улыбку. — Опасность профессии, верно? Вся эта магическая энергия должна куда-то деваться.
Смит, который проверял свой телефон, резко поднял голову.
— Что случилось?
— Ничего, — ответила Элисон. — Просто небольшой выброс остаточной энергии от привязки.
Она прикрывала меня. Или себя. Или и то, и другое.
— Давайте продолжим, — сказала она, вставая и подходя к следующему испытательному предмету.
Остаток занятия прошёл без происшествий, но я чувствовал, что Элисон теперь наблюдает за мной более пристально, анализируя каждое моё движение. Я продолжал в том же духе, но прежняя лёгкость исчезла, уступив место сверхчувствительному восприятию её присутствия и тайного знания, которым мы теперь обладали.
Наконец, после того как я разрушил особенно сложное иллюзорное заклинание, Элисон кивнула.
— Думаю, на сегодня хватит. Мне нужно составить отчёт.
Смит, которому занятие начинало всё больше надоедать, выпрямился.
— По моему мнению, его методы неэффективны и потенциально опасны. Ему не хватает дисциплины, необходимой для полноценного обучения.
— Я приму это к сведению, — ответила Элисон, и по её тону стало ясно, что она составит собственное мнение.
Смит бросил на меня последний неодобрительный взгляд и направился к двери.
— Я сообщу Мерсер, что вы прошли практическое испытание.
Когда он ушёл, Элисон начала собирать различные магические предметы, которые мы использовали. Я подошёл, чтобы помочь ей, стараясь сохранять профессиональную дистанцию.
— У вас необычные методы, — сказала она через мгновение. — Эффективные, но не по учебнику.
— Я никогда не был силён в книгах, — ответил я. — Я лучше учусь на практике.
— И кто вас этому научил? Ваш отец?
Я замялся.
— В каком-то смысле. Он верил в то, что нужно учиться на собственном опыте.
— Звучит жёстко.
— Это ещё мягко сказано.
Она положила последний предмет в контейнер и повернулась ко мне лицом.
— Послушайте, я не знаю, о чём вы договорился с Мерсер, но если мы собираемся работать вместе, мне нужна честность. Это были не стандартные методы дестабилизации. Это были даже не продвинутые методы дестабилизации. Это было что-то совершенно другое.
Я улыбнулся ей своей самой очаровательной улыбкой.
— Как я уже сказал, это было нестандартное обучение. У моего отца были уникальные представления о теории магии. Он считал, что дестабилизация, это скорее перенаправление, чем дестабилизация.
— И всё? Просто необычное обучение?
— А что ещё это могло быть?
Она долго смотрела на меня, и выражение её лица было нечитаемым. Затем она кивнула скорее себе, чем мне.
— Я завершу свою оценку. Вам нужно будет вернуться в офис Мерсер.
— Так я прошёл?
— Не мне об этом судить.
Но её взгляд говорил о другом. Она не поверила моему объяснению. Не до конца. А учитывая то, что я почувствовал, когда наши руки соприкоснулись, у меня возникли вопросы.
— Что ж, было приятно познакомиться с вами, агент О'Коннор, — сказал я, направляясь к двери. — С нетерпением жду возможности поработать с вами. Если Мерсер так решит.
— Ещё кое-что, Дрекслер.
Я остановился, положив руку на дверную ручку.
— Нестандартное может быть опасным.
Я коротко кивнул.
— До встречи, агент О'Коннор.
Закрывая за собой дверь, я не мог решить, стоит ли мне беспокоиться или это просто заинтриговало меня. Элисон О'Коннор была умной, наблюдательной и скрывала собственные секреты. Работать с ней было бы сложно, даже опасно.
Но, возвращаясь в кабинет Мерсер, я понял, что с нетерпением жду этого.
Глава 5
Самые опасные практикующие, это те, кто считает, что им нечего терять.
Руководство для инструктора, раздел 8.3
— Хорошие новости, Дрекслер. Ваша оценка была достаточной для работы в полевых условиях.
Кабинет Мерсер казался меньше, чем вчера: стены были ближе, а потолок, ниже. Может быть, дело было в недосыпе, я почти всю ночь думал о прощальных словах Элисон и о том, что они могут значить для моего нового шаткого положения.
— Просто достаточной — спросил я, стараясь говорить непринуждённо.
— Агент О'Коннор отметила ваши нетрадиционные методы, но признала их эффективность. — Мерсер подвинула ко мне папку. — Вам поручают первое дело. Небольшое, как и подобает новому консультанту, но оно должно дать вам ценный опыт работы в полевых условиях.
Я открыл папку. Внутри был одностраничный отчёт с зернистой фотографией неприметного бильярдного зала, сделанной камерой видеонаблюдения.
— "Угловая луза" на 12-й улице, — объяснила Мерсер. — За последние три ночи мы обнаружили там незначительные следы магии Неблагого Двора. Ничего опасного, но стоит проверить.
Я напрягся при упоминании магии Неблагого Двора. После инцидента с Камнем Цветения в галерее мне не хотелось так скоро снова сталкиваться с магией фейри. Особенно с магией Зимнего Двора.
— Что это за следы?
— Скорее всего, низкоуровневые усиливающие заклинания. Кто-то использует магию, чтобы обманывать игроков в бильярд.
Я приподнял бровь.
— Агентство "Клевер" теперь занимается магическими аферами в сфере азартных игр?
— Мы отслеживаем всю сверхъестественную активность в городе, — невозмутимо ответила Мерсер. — Даже незначительные нарушения могут привести к эскалации или указывать на более
