Наблюдавший за ней вместе с Ксией Фарен, словно тот же дурман, разгонял туман противоречивых мыслей у себя в голове. Больше всего он не понимал, почему Зайн и Хаким так спокойно чего-то ждут. Даже слуги и люди из общины старались вести себя тише, поглядывая на часовню. Наконец, он не выдержал:
— Чего она этим добивается? Дурман сносит голову не хуже палача.
— Это если ты не умеешь с ним говорить, — мягко перебил его Зайн.
Реальный мир почти исчез, растворился в дурмане. Перед Джайрой на застеленном бордовым ковром полу были разложены карты: факты, события, имена, изображения лиц. Оставалось только начать игру, сложить пасьянс.
«С чего начать?..»
«…Грядут большие перемены. Начало уже положено. Звезды дрожат и трепещут, их охватывает мрак. Что-то грядет. Что-то, что изменит весь мир…»
Все началось с Мортоса. За его черной картой тянутся оборванные нити заговоров, сделок и предательств. Они настолько призрачны и спутаны, что не видно ни начала, ни конца. Тут же вслед за ним трепещет карта смерти Эврикиды.
«…Очень жаль, что ты не веришь звездам, а ведь в последнее время они неспокойны…»
Совсем рядом послышалось бормотание ведьмы, такое же, как во сне. Только было не разобрать, о чем же она рассуждает.
Почему-то среди всех прочих горят суровым холодом разноцветные глаза Амниса. «Похожи на глаза Хамелеона Акуна…»
«…мне кажется, что турнир организуется непросто так. Он служит прикрытием для чего-то. Уже очень давно самые сильные воины мира не собирались вместе… Будь внимательнее — этот капкан поставлен на кого-то очень большого и сильного…»
Радостное лицо Бенрада, голубые глаза которого скрывают тихую печаль.
«…Тебя все ждали, это празднование в честь Героя Ардонии…»
«…в-четвертых, им не удастся свергнуть короля в одиночку, их должен поддержать народ. Для этого им необходим стойкий лидер, за которым пойдут люди…»
Джайра покачала головой. Все связано между собой, но эта связь теряется, ее не уловить среди мелочей, разбегающихся прочь как лягушки.
До слуха долетел отголосок напеваемой танцовщицей Песни Ветра в тот вечер у монумента Рыцарству.
«…Да поможет им Создатель…»
«…Лети к своей судьбе, птица-буревестница, а нас оставь нашей…»
Что-то начало все затмевать. Вместо карты вспыхнуло что-то похожее на звезду. Чтобы не отвлекаться, Джайра выкинула ее прочь в туман, где она рассыпалась в прекрасное рассветное сияние, осветившее все карты яснее.
Черные дымные щупальца от карты архимага подгребали к себе неизвестную белую маску. «Белые маски носили во время краж воры Китрана. Кто это?» Маска увеличилась и встала перед глазами, хитро ухмыляясь.
— Лис! — выкрикнула она голосом телохранителя из кареты.
Черная карта, обернувшаяся скорпионом, бегала по сложившейся колодке о Герое Ардонии, пытаясь все разрушить.
— Брысь! — Джайра попыталась отогнать его рукой, но злобное создание перепрыгнуло на другие карты, начав их перетасовывать.
— Ну уж нет!
Выкинув скорпиона, она вытащила из вороха несколько карт. Шершень. Встреча на Тихой улице. Осиное Гнездо. Охотничьи угодья. Предстоящая кража в Шпиле Королей. И почему-то нападение Бродячего Пса на дороге из Китрана. «Он их союзник?»
«…на нашу общую мольбу откликнулась только ее высочество. Весь тот товар, что был продан на ярмарке в Китране, нечто иное как подношения султана Аль-Пассала принцессе Ардонии…»
Кто же еще мог сообщить татям о том, что это именно Сальмоней Нар Атив? Конечно же, только такой же вор, как они.
Скорпион, откинутый прочь, рассыпался по полу черным жемчугом. Жемчужины очень быстро снова сложились в надоедливую тварь.
Архимаг первоначально искал Лиса. Он посылал кого-то из Хладнокровных. «Орнубис?..» Нет, этот не стал бы выполнять приказ собственноручно. Этот вампир-вождь сам считает себя властителем. В Ардонии был кто-то из его подчиненных.
Кто-то, кто больше всех других предан Мортосу.
«Кто еще ему предан?»
Главный игрок не Шершень, это ясно сразу. Это казначей. Птицы более высокого полета нет, но тогда он тоже должен быть вором, причем опытным. Наверняка из старых игроков.
«…Певчий тоже знать бы хотел, да забился. Ждет, пока пыль от копыт уляжется. Да никто и не хочет хвост прижимать, уж сильно капкан большой…»
Либо это действительно очень большая продуманная западня, либо долгожданная месть. У старых игроков есть счеты с Лисом. Певчий здесь ни причем. Он слишком боится архимага, да и Шершень тоже не жалует магию. «Решил поучаствовать в игре?» Такая игра стоит того, что поставлено на кон — власть над всей страной. Только кто же этот новоявленный принц воров в самой шпильке?
Что-то ускользало, какая-то деталь. Оно крутилось рядом, ползало между карт.
— Лис! — снова крикнула маска, рассмеявшись демонским смехом.
«Тот телохранитель…» Он был цыганом. Цыгане не останавливаются долго на одном месте, да еще так близко к городу — тот цыганский табор, когда она прибыла в Октаву вместе с караваном… «Всем известно, что цыгане — законодатели воровского кредо. Но они не помогают не своим…»
Колодка о краже почти сложилась. Джайра подняла глаза на маску.
— Я знаю тебя.
Белый лик усмехался.
— Филиппе Мичлессо.
«Заговор налицо. Никак иначе, на Тихой улице он лично встречался с Шершнем».
Как смог этот плут пробраться в казначеи короля?! Немыслимо! Впрочем, с его хитрыми мозгами и лукавым языком это было можно сделать. Он что-то замышлял, это как пить дать. То, что он обворовывает казну, это было понятно, но почему он так верно прислуживает архимагу?.. Здесь кроется что-то более зловещее, чем простая кража.
Вместо маски перед ней теперь было лицо ухмыляющегося старика.
— Что нужно такому старому игроку в Шпиле Королей? Тебе не хватило моих зубов в Китране, Жук?
— Мне нужно то же, что и тебе, — ответил казначей. — Только ты об этом еще не знаешь.
Лицо растворилось в дымке. Джайра ойкнула от слабого щипка. Пока она говорила с маской, к ее руке, именно той, что была повреждена накануне, подобрался скорпион. Она схватила его за хвост.
«Скорпион?.. Пещеры Скорпионов. Кавендах».
«…Темнейшего ожидают увидеть в ближайшем времени в Пещерах Скорпионов, но зачем — никто не знает…»
К краже будут причастны дроу? Или они ему помогают?
«…решил сделать предложение руки и сердца Каэле!.. Да нет! Это дроу! Говорю вам, это подлые темные эльфы решили предъявить права на более плодородные земли, чем их черные пески… Дроу, кто же еще! Видимо, их царица решила избавиться от главных противников ее народа, ведь она по слухам хочет вступить в брак с Амнисом…»
