Избранное - Измайлова Кира Алиевна

— В кои-то веки Драко мыслит здраво, — буркнул Люциус.

— Это у него чувство ответственности проснулось, — хмыкнул Орион и продолжил читать: — "Последним пошел Гарри. Вернулся пи..." гм, тут неразборчиво... Вот! "Вернулся странным, долго лежал носом к стенке, а потом сказал, что БМ допрашивал его насчет шрама. Ну он сказал, что не помнит ничего. Был вроде, потом не стало, а как, хрен знает. Тогда БМ начал втирать ему про родаков: и такие они были, и сякие, просто рахат-лукум в шоколаде. Ну ты ж знаешь, Гарри на это ведется только так! И тут БМ на лорда перешел. А наш разозлился и ляпнул, мол, вертели мы этого вашего лорда на..." — Он прервался и кашлянул. — В горле что-то пересохло. Ма, водички дай, а? Дальше... "Ну, БМ и пристал, как это мы его там вертели. Вернется, выдай ему пенделей: он сам не знает, как, но сказал, что это ты сделал. Клянется, чем хочешь, что ничего не брал, не пил, не ел, в глаза не смотрел! Он знал, что говорить нельзя, и все равно сказал! Нет, ну ты прикинь? Мы промолчали, а он не смог. Я не знаю, что и делать. Твой брат-дебил."

Орион поднял голову и посмотрел на родственников.

— Такие дела, — сказал он.

— Если... если он что-то сделал с ребенком... — у Люциуса пополз вниз левый угол рта, а это означало, что он не просто в бешенстве, а уже почти себя не контролирует. — Я его сам убью!

— Тихо! — прикрикнул Абраксас. — Тихо. Очень странно... Почему-то Драко и Невилла это не коснулось, они четко выдержали линию поведения. Что случилось с Гарри? Если он в самом деле ничего не ел и не пил?

— Нюхнул, — сказал Орион серьезно. — Че вы смотрите? Магглы ж наркотики нюхают и курят. Ща спрошу Драко, не было ли там чего-нить типа курильницы, и еще пусть Гарри расспросит, какие запахи в кабинете были... С директора сталось бы возжечь чего-то... раскрепощающего!

Он накорябал вопрос, ненадолго замер, потом тетрадка снова вспыхнула.

— Пишет, что в кабинете столько всякой поебени, что понять, курильница это или ночной горшок, нереально. А запашок стоял, но совсем слабый. Может, не настоялось еще? — задумчиво произнес Орион. — А, во! Гарри говорит, действительно пахло чем-то, сладковато, очень приятно. Вроде как в кондитерской лавке. Деда, что это может быть?

— Не представляю, — пожал тот плечами. — Люциус, вызови-ка Снейпа, уж кто может понять, чем Дамблдор мог окурить мальчика, так это он!

Поднятый по тревоге Снейп, оторванный от чего-то крайне интересного, мрачно выслушал историю, задал несколько наводящих вопросов, которые Орион исправно транслировал Драко, а тот Гарри, после чего вздохнул и разразился потоком малопонятных непосвященным терминов.

— Северус, среди нас Мастеров зелий нет, так что говори, пожалуйста, нормальным языком, — поморщился Люциус, мало что уловивший в этой мини-лекции. — Если я правильно тебя понял, могло быть задействовано одно из перечисленных тобой снадобий, которые объект может принять как внутрь, так и...

— Все равно внутрь, — хмыкнул Орион. — Надышаться, короче. Да, сэр?

Тот молча кивнул, подумал и добавил:

— Это не обязательно должна быть курильница. Вполне можно использовать что-то вроде аромалампы, которую легко убрать с глаз долой.

— Но если так, почему на первых двоих это зелье не подействовало?

— Во-первых, с Невиллом и Драко директор разговаривал не так уж долго, — завел Снейп. — Оно просто не успело подействовать, мальчики сразу пресекли попытки расспросить их. А в случае с Гарри, он, очевидно, нарочно тянул время, благо у него имелось надежное средство для того, чтобы задержать его подольше, — рассказ о родителях. А зная Дамблдора, уверен, говорил он очень долго и очень...

— Короче, трындел, как заведенный, — заключил Орион, привычно уклонившись от подзатыльника Лорейн. — Знаю я эту его фишку. Делать-то что? Теперь этот старый хр... Мать, я имел в виду — старый хрыч, хватит руками размахивать!

— Угу, конечно, — фыркнула та. — Ладно, договаривай.

— Теперь он знает, что я... м-м-м... не так-то прост. Хотя он это с самого начала понял, — усмехнулся Орион. — Я помню, как он ко мне приглядывался, чуть ли ручонки не потирал, все думал, с какого бы боку подъехать. Ан фиг, не на того напал! А теперь все заново...

— Однако ты, внучек, теперь совершеннолетний, — усмехнулся Абраксас. — Что он может предпринять в отношении тебя?

— А вот не знаю, деда, — задумчиво ответил тот. — Походу, у него были какие-то виды на Гарри, помнишь, как его отдавать не хотели? Однако обломилось. И тут снова возникаю я... Подозреваю, он скоро с нами свяжется и начнет уговаривать примкнуть к делу добра и света, бла-бла-бла, ну, вы в курсе... Хотя бы потому, что я действительно могу творить черт-те что, хотя понятия не имею, как это у меня выходит!

— Ну так не соглашайся.

— А если нас придавит правительство? — приподнял тот бровь. — Отец, конечно, в Визенгамоте человек не последний, но там ведь полно старых ко... гхм... консерваторов, которые от радио-то шарахаются, не то что от тиви! А Дамблдор на них влияние имеет... Кстати, и ваши, деда, предприятия могут пострадать. Жахнут каким-нибудь законопроектом о запрете.... чего попало или налоги поднимут, и хана бизнесу! — Он нахмурился. — Правда, что ли, производство в Китай выводить? Тогда пошлину платить придется...

— Орион прав, — подал голос Люциус, сосредоточенно о чем-то размышлявший. — Мне всякий раз приходится преодолевать такое сопротивление при внесении усовершенствований в законодательство, что... — Он махнул рукой. — Помните, я с сорванным голосом вернулся? Не сумел перекричать собрание даже с Сонорусом!

Лорейн вздохнула: тогда супруг пару дней мог только шептать, никакие зелья не спасали, а уж зол он был неимоверно.

— Тогда и впрямь надо выходить на импортные рынки, — серьезно сказал Орион. — Во Франции и Германии завязки уже есть, развернуть там производство быстро не получится, если что, так что определенные убытки мы понесем, конечно. Зато публика, в принципе, уже готова принять и тиви, и все прочее. Переводчиков найти не проблема. Если здесь начнут дожимать, просто перекинем капиталы на континент, и пусть утрутся!

— Перекинуть капиталы лучше заранее, — сказал Абраксас задумчиво. — В нейтральную страну.

— У нас и так минимум половина в Швейцарии заначена, — фыркнул внук. — Ладно, что мы все о деньгах да о деньгах... Пап, что с мелкими-то делать будем? Хрен знает, на что они еще могут нарваться!

— Я считаю, нужно немедленно забрать их из школы, — ответил тот мрачно. — Отец?

— Согласен. Воспоминания о разговоре с директором, пожалуй, заинтересуют Отдел тайн, — улыбнулся тот.

— Э! — возмутился Орион. — Еще и там обо мне узнают?! Тогда весь наш подпольный бизнес насмарку!

— М-да, это я погорячился, — подумав, согласился Абраксас. — С другой стороны, сколько еще осталось меченых, желающих расстаться с прошлым?

Он покосился на Снейпа. Тот нахмурился.

— Сэр, да хватит вам уже маяться, — сказал Орион. — Давайте руку, дел на две минуты... И забейте нафиг на этого вашего лорда, возрождается он там или нет!

— А Гарри? — желчно спросил тот. — Лорд ведь станет охотиться за ним, или ты о пророчестве забыл? И как я должен узнавать о его планах, оставшись без Метки?

— Я думаю, для начала, возродившись, этот чувак сперва охренеет от того, что сторонничков заметно поубавилось, на вызов не являются и вообще... Хы, кстати, а прикольно было бы добыть пропуск в Азкабан и добровольно-принудительно выжечь Метки Лестрейнджам!

— Подозреваю, в этом случае Беллатрикс повесится на собственных волосах, — предрек Снейп.

Люциус подумал и неприятно усмехнулся.

— А что, сынок, — сказал он. — Отчего бы тебе и впрямь не послужить делу добра и света? Хотя бы раз? Мне нравится твоя идея с Лестрейнджами!

— Мне тоже, — кивнул Абраксас. — Конечно, Метку и во второй раз поставить можно, но хватит ли у этого их лорда сил сперва вытащить слуг из Азкабана либо самому проникнуть туда, а потом проделать это? Так или иначе, лишние проблемы врага нам на руку.