— Так как мы будем действовать? — нетерпеливо спросил Курай.
— Для начала нам нужно подобраться поближе к Нефеле. Как ни грустно, но на расстоянии я ничего не смогу с ней сделать, во всяком случае с расстояния в несколько километров. Вот с десяти шагов еще может быть.
— Значит, нужно проникнуть в дом, — подытожил мои слова Танат.
— И почему-то мне кажется, что одно это уже будет задачей не из легких, — задумчиво проговорила я. — Миу, ты говорила, что возле дома Андрэ витает какая-то магия?
— Да, какая-то магия определенно была, но я не могу точно сказать, какая именно, — я ведь не ведьма, я всего лишь говорящая кошка.
— Ты никогда не была просто говорящей кошкой, — машинально поправила я. — Но нам нужно выяснить, что это за магия. Ведь Нефела не просто так окружила ею дом.
— Я не смог определить, что это за магия, — вставил Курай. — Она какая-то странная.
— Выходит, есть только один способ — я сама пойду и посмотрю.
— Ты? Но что сможешь узнать ты, чего не узнал я? — вот оно, уязвленное мужское самолюбие! Но ни утешать его, ни тем более извиняться я не собиралась, а лишь сказала пришедшую на ум цитату из Гамлета:
— Есть многое на свете, друг Гораций, что неизвестно нашим мудрецам.
Танат усмехнулся, а Курай пробормотал:
— Чего?
— У меня много скрытых талантов.
— Это каких?
Ну как ему объяснить? Разве что небольшая демонстрация… А почему бы и нет? Я вздохнула, расправив плечи, и всем существом ощутила, как серебристый свет заполняет мои глаза, разливается по всему телу, заставляя кожу мерцать. Одновременно с этим вокруг меня поднялся ласковый ветер. Он гладил меня, как нежный любовник, играл с моими волосами.
Я обратила свои светящиеся глаза на Курая и проговорила глубоким голосом:
— В своей прошлой жизни меня считали практически божеством. Более трехсот лет я носила это звание. И во всем Египте не был никого сильнее Сейши-Кодар, кроме извечных богов.
— Нет… это невозможно, — промямлил Курай. — Прошлая и настоящая жизни не могут быть слиты в одном человеке! Ты не можешь помнить подобное!
— Но я помню! И сохранила практически все свои способности, пронесла их сквозь время.
Курай казался ошарашенным. Похоже, Андрэ многого еще ему не рассказывал. Что ж, будем надеяться, что у него еще будет шанс наверстать упущенное. Но не будем отвлекаться, поэтому я сказала:
— Теперь ты понимаешь, почему мне важно самой ощутить ту магию, которой Нефела окружила дом?
— Думаю, да, — нехотя кивнул Курай.
— Тогда я собираюсь и еду.
— Мне кажется, отправляться вам одной слишком рискованно, — возразил Танат.
— Но если мы отправимся все вместе — это будет еще более рискованно, — ответила я, принимаясь за сборы.
— Тогда пусть с вами хотя бы Курай поедет. Вынужден признать, у него гораздо меньше шансов быть замеченным, чем у меня. Но если что случиться, я сразу же приду на помощь.
— Но тогда не разрушит ли это ваше прикрытие?
— О, Лео, не беспокойтесь о таких пустяках! И, главное, не задерживайтесь там слишком долго. Не стоит излишне рисковать.
— Постараюсь.
Не прошло и десяти минут, как я была готова. Причем одета во все черное: джинсы, высокие ботинки, свитер, кожаный плащ, — еще черные очки и буду как персонаж из «Матрицы». Но согласитесь, глупо одеваться ночью в белое и надеяться при этом остаться незамеченной! Был бы у меня камуфляж — я бы его надела не задумываясь. Но на нет и суда нет. Так что выбираем черный цвет.
На улице был ветер и какая-то мерзость вроде измороси. Так что мотоцикл отпадал. Мы сели в автомобиль и отправились в путь. На дорогах машин было немного. Ехали мы молча, пока Курай не спросил:
— Андрэ говорил, что ты принадлежишь местной стае вервольфов. Это так?
Этот вопрос меня несколько удивил, и все же я ответила:
— Да, я кайо вожака, вторая в стае после нее.
— Ты ее пара? И как Андрэ терпит такое!
— Ему нечего терпеть. И вообще, это не твое дело, Курай, какие у нас с ним отношения. Нас они устраивают.
— Ага, как же! — хмыкнул парень.
— О чем это ты?
— Он сильнейший маг, и все же отчасти человек. И меня бесит, как ты им вертишь!
— Говоря проще, — усмехнулась я, — ты считаешь, что я недостойна твоего учителя. В таком случае, может, оставим все как есть? Пусть рядом с ним останется Нефела.
Курай скривился, будто раскусил что-то горькое, и пробормотал:
— Ну уж нет!
— Тогда заткнись! И не пытайся меня перевоспитывать. Никогда! А то плохо кончишь.
— Хм… А вот к Танату ты прислушиваешься! — буркнул Курай.
— Да, но ты не Танат!
— Что это вообще за тип? Не верю я, что он друг Андрэ. Он о нем никогда не упоминал.
— Танат не тот… человек, о котором рассказывают всем и каждому.
— Да что у него за сила такая необычная?
— Поверь, лучше тебе не знать, — он уже начал изводить меня своими вопросами. — Но если со мной что-то случится — немедленно поставь его в известность! Вот тебе, на всякий случай, его адрес и телефон.
Я дала ему карточку. Мы подъезжали. Я даже видела очертания дома Андрэ, но машину остановила за три дома до его, на противоположной стороне улицы. От небольшой пешей прогулки я не развалюсь, зато так будет безопаснее.
Заглушив мотор, я кинула ключи Кураю со словами:
— Держи. Жди меня здесь. Я пойду, разведаю, что да как. Если через час я не вернусь — то езжай за Танатом, немедленно. Не строй из себя героя — это никому не поможет. Договорились?
— Ладно, — благо, он не стал бить себя пяткой в грудь и заявлять, какой он крутой.
Я улыбнулась ему и вышла из машины. Еще задолго до этого я полностью закрыла свой разум — чтоб никто не смог проникнуть в него или прочесть мою ауру силы. Ко всему этому я отнеслась более чем серьезно.
По улице я шла не как человек, а как хищник: крадучись, держась подальше от уличного освещения и прикрываясь тенью, как плащом. Мои ноздри трепетали, втягивая морозный воздух, различая малейшие запахи. Я тщательно прислушивалась. Похоже, ни впереди меня, ни позади, никого не было. Вообще. Ну, разве что ворона на дереве, но это не в счет.
Вот и витая арка въезда в дом Андрэ. Ворота закрыты. Кто бы сомневался! Я протянула к ним руку, и замерла. Воздух под моей рукой казался теплее и слабо вибрировал. Здесь определенно что-то было. Магия… Она ощущалась как острая льдинка на кончике языка.
Я вытянула и вторую руку, и теперь водила ими перед собой, стараясь не коснуться ненароком этой невидимой преграды. Это было как подносить руки к горячему утюгу.
Максимально обострив все свои чувства, я пыталась прочесть эту магию. Познать ее суть, ее природу. Даже закрыла глаза, чтобы было сподручнее, отрешилась от всего. Я чувствовала, как магический щит под моими пальцами стал еще теплее, магия начала отвечать мне. Я высунула кончик своей силы и попыталась пробить эту преграду, как фокусник протыкает спицей воздушный шар, и это было моей ошибкой.
Магический щит завибрировал, загудел так, что ушам стало больно. Казалось, сейчас барабанные перепонки просто взорвутся. Распахнув глаза, я увидела перед собой сквозь это марево глаза, ее глаза. Зрачки — как две затягивающие бездны.
Я попыталась отпрянуть, но не смогла сдвинуться с места. Ко мне метнулась сотканная из мерцающей тьмы рука. Она железной хваткой сжала мое горло, так что стало невозможно дышать, и потащила за собой, в черную дыру. А я просто не могла сопротивляться, меня словно парализовало. Я чувствовала, что теряю сознание. Медальон не успел среагировать, или это был не тот вид магии. Погружаясь в липкую темноту, я слышала чей-то крик:
— Лео! Лео! Куда ты?
Курай? Вот черт! Я же велела ему оставаться в машине! Вот бестолковый!
Он пытался меня удержать, но тщетно. Меня затягивало все глубже и глубже, пока тьма не оказалась повсюду, и я не отключилась, успев лишь ругнуться.
Глава 17.
Приходить в себя было больно и отвратительно. Так и тянуло не открывать глаз и снова погрузиться в небытие, где нет боли и неудобства. Стоп! А почему мне так ужасно неудобно? Я пошевелила рукой и услышала какое-то бряцанье. Что за черт? Я распахнула глаза, и тут же пожелала, чтобы все увиденное оказалось лишь сном.
