Пол Эриксон - Воббит

Чуть поодаль от костра, за большим каменным столом сидел невероятно рослый гоблин, почти с Брендальфа ростом, с гигантской головой, почти как у лысого Джона Траволты. Вокруг него сгрудились гоблины, вооруженные финками, удавками и отравленными канноли, которые они обычно пускают в дело, когда речь идет о кровной мести. Гоблины мелочны, мстительны и лживы, но, несмотря на очевидное сходство с гномами, эти две народности между собой не ладят. Они также не производят красивых вещей, не готовят фирменных соусов, не пекут вкусных вафель, не предоставляют ипотечных кредитов с фиксированной процентной ставкой сроком до тридцати лет. Тем не менее они делают немало полезного. Так, например, используя дешевый труд наемных рабочих, они неплохо поднялись на производстве ножей-бабочек, резиновых дубинок, пластмассовых прищепок-крокодильчиков и других полезных приспособлений. Рабочие трудятся неполный рабочий день без премиальных, пока не умирают от плохого освещения и синдрома повторяющихся нагрузок. Есть большая вероятность, что именно они изобрели множество вещей, получивших широкое распространение: кредиты под залог будущей зарплаты, желтую прессу и сезонные распродажи.

Гоблины не то чтобы не любили гномов. А кто их, собственно говоря, любит? Но они издавна имели зуб на семейство Нудина, с тех самых пор, как КузнецБанк прибрал к рукам всю ростовщическую деятельность, в результате чего гоблины потеряли своих постоянных клиентов, то бишь жертв. В итоге, гоблинам осталось заниматься лишь букмекерством, игорным бизнесом, крышеванием, похищением людей, заказными убийствами и проституцией. А гоблинские проститутки никогда не пользовались большим спросом. Как бы то ни было, гоблинам было все равно, кого сцапать. Лишь бы это не требовало временных и финансовых затрат, а жертвы оказывались слабыми, глупыми, были в меньшинстве и крепко спали.

— И что прикажете делать с ними? — спросил сидевший за столом гоблин. Говорил он негромким скрипучим голосом, слегка шепелявя. — Ведь с ними невозможно разговаривать!

— Ты прав, Отец Гоблинов, — сказал один из охранников, используя традиционную уважительную форму обращения к Агогу, повелителю и духовному отцу гоблинов Сыроватых Гор. — Мы вежливо попросили их предъявить документы и объяснить цель визита. Но они ничего не ответили и напали на нас из засады. Можешь себе представить, шайка невооруженных, сопливых гномов напала на нас, гоблинов! А с гномами был еще этот воббит, — прибавил он и ущипнул Бульбо. — Осквернили наш Парадный Вход, расположились как у себя дома!

— Это правда? — спросил Отец Гоблинов у Нудина.

В петлице его пиджака красовался мухомор, который он то и дело нюхал с задумчивым видом.

— Чем вызвано такое неуважение? Сперва вы присвоили наш законный бизнес по кредитованию, а теперь, как я посмотрю, связались с эльфийскими авторитетами. Ну-с, и что вы можете сказать в свое оправдание?

— Нудин Дуболоб к вашим услугам, — ответил гном. — Мы просто искали место для ночлега.

— Ах вот оно как! — хмыкнул Отец Гоблинов. — Сначала пытаетесь забрать у нас бизнес… А потом врываетесь в мой дом? Я все из тебя вытрясу, Нудин Дуболоб! Хотя мне и так известно гораздо больше, чем хотелось бы знать. Говори сейчас же правду, или я тебя зарежу, удушу и раздавлю — именно в таком порядке!

— Мы ничего не пытаемся у вас забрать, — отвечал Нудин. — С тех пор как закрылся наш банк, я и мои коллеги занимаемся совершенно другими делами. Больше времени проводим в кругу семьи, по ту сторону от этих живописных гор.

— Он врет, — сказал другой охранник, — несколько наших людей…

— Людей? — переспросил Бульбо.

— Ну, конечно же, не людей, а гоблинов, — поправился охранник. — Так вот, несколько наших гоблинов были превращены в попкорн в тот самый момент, когда мы приглашали гномов встретиться с тобой. Попкорн получился вкусный, но товарищей нам все равно будет не хватать. А, кроме того, он не объяснил, откуда у него это! — охранник театральным жестом поднял вверх лопату. Отец Гоблинов посмотрел на него в полном недоумении. — То есть это! — Охранник поднял другую руку, потрясая в воздухе Гоблинатором.

— Аккуратней с ним, пожалуйста. Он стоит больших денег! — предупредил Нудин, но его слова потонули в вое гоблинов.

Отец Гоблинов гордо вскинул голову и страдальческим тоном сказал: «Ты приходишь в мой дом под маской самой невинности и приносишь с собой этот меч, от которого пало столько моих людей, то есть гоблинов. Это Оркбрисс, срубивший немало светлых гоблинских голов, когда мы оборонялись от вероломных атак гондоланцев. У меня нет жалости к друзьям эльфов. Стража! Уведите их! Устройте их поудобнее, подождите, пока они расслабятся и начнут вам доверять, и вот тогда неожиданно убейте их! Извини, Нудин, но у меня нет другого выхода. Ничего личного, просто бизнес».

Гоблины, большие и маленькие, а некоторые ростом с самого Нудина, окружили их плотным кольцом и стали подходить все ближе и ближе. Но в самый последний момент раздался громкий, почти театральный возглас:

— Все взгляните на меня!

Гоблины повернули головы и увидели Брендальфа в темных очках на носу. В следующее мгновение последовала череда громких взрывов с яркими вспышками света, которые в полутемной пещере казались еще ярче. «Как это похоже на Брендальфа», — подумал Бульбо.

Ослепленные светом, гоблины растерянно забегали, спотыкаясь и натыкаясь друг на друга, как школьники на перемене. Брендальф тем временем вытащил свой светящийся меч и с криком «Защищайся, Агог!» воткнул клинок в спину Отца Гоблинов. Агог недоуменно посмотрел на торчащее из груди острие, пробормотал: «Мамочка, посмотри, что они сделали с твоим мальчиком!» — и умер. Смекнув, что теперь у противников уже два меча, гоблины бросились наутек.

— Не бойтесь! Я, Брендальф, пришел, чтобы вас спасти! Следуйте за мной! Быстрее, пока гоблины не бросились за нами в погоню. Чур, я первый! — воскликнул Брендальф и, вложив меч в ножны, устремился к выходу.

Нудин выхватил свой меч из руки бездыханного Агога и поспешил вслед за волшебником.

— Минуточку! — крикнул Рори.

Бульбо задолжал ему денег, проигравшись в кости в казино «Потайной Долины», и если Бульбо погибнет, то взять с него деньги будет проблематично. Поэтому он подождал, пока воббит вскарабкается ему на закорки, и уже потом припустил за всеми остальными.

Они бежали по туннелю во всю прыть, как будто на другом конце их ждала кафешка с горячими вафлями. Где-то на полпути Брендальф остановился, вынул свой сияющий меч Врагодробитель и издал победный клич. Услышав топот приближающихся гоблинов, горящих жаждой мести, он вложил меч в ножны и зажег мерцающую голубым светом лампочку на конце своего посоха.