В ресторан мы попали первыми, опередив Розарию буквально на минуту. Заняв столик, Мирослава с Доброславой тут же упорхнули в туалет. Рита с Лином ушли туда еще раньше. Меня подмывало задержаться, чтобы увидеть Змееву до того, как подойдет время «работы», но благоразумие взяло верх.
Туалет в ресторане был большой, отделанный мраморной плиткой с чистыми умывальниками, украшенными маленькими ангелами вместо вентилей подачи воды. Отдельно шло три кабинки для женщин и напротив столько же для мужчин. Обе Дажьевых закрылись в кабинках. Парочку посетителей отпугнули Рита с Лином, сформировав из своей энергии глифы с вложенной эмоцией страха. Рита не парилась и нарисовала обычный квадрат. Так как глиф был только из ее энергии, она могла его хоть фигой изобразить, главное — заложенный ментальный посыл. Лин сделал обычный крест. Несмотря на разное начертание, сработали глифы одинаково — прикоснувшись к головам посетителей туалета, они растворились, а те начали в испуге озираться и максимально быстро покинули туалет.
— Твой выход, — посмотрев на сообщение от наблюдателя, скомандовала Мирослава.
Я вдохнул. Выдохнул. Прикрыл глаза, стараясь успокоиться и представить, что я просто как обычно сопровождаю Свету. Сейчас она «попудрит» носик и выйдет, а я пока осмотрю зал ресторана на предмет разных опасностей. Мы ведь с ней после нападения скрываемся, из-за чего даже город покинули. Ну а то, что оказались в том же городе, что и Змеевы — так самое темное место под свечой. Все. Я спокоен. Пошел!
Выхожу из зала, быстрым взглядом «ощупывая» каждый столик. Мои глаза замирают на стройной фигурке брюнетки с властным худым лицом. Нос с горбинкой, отчего похож на клюв хищной птицы. Тени на веках не только придают им выразительности, но и добавляют опасности своей хозяйке. Сейчас она молча ждет свой заказ, с ленцой уверенного в себе человека оглядывая зал. Наши взгляды встречают. Как она здесь оказалась? Это же она напала тогда на Свету! Сомнений нет, это именно она! Черт, а ведь сейчас сюда выйдет Света и тогда может все повториться! Нужно ее предупредить! Скорее! Разворачиваюсь на пятках и стремительно убегаю назад, в туалет.
Очутившись там, протяжно выдыхаю, пытаясь «стянуть» с себя образ испуганного за свою подопечную духа-защитника. Помогает еще и то, что вижу Чу Лина с Ритой. Но недолго. Как и договаривались, увидев меня, они прячутся в ближайших кабинках. Я бегу к умывальникам. Там мой айфон. На ходу черчу круг и тут же просовываю в него руку, беря в руки телефон. Рывок в обратную сторону с притягиванием внешней энергии! И вот я уже чувствую, как по телу разливается поток энергии, а к коже прилегают белые полоски моей брони. Разворачиваюсь ко входу, выдвигая из правой руки лезвия. Все. Я готов отразить любую атаку. Вовремя! Дверь открывается и внутрь заходит она — настоящая хищница, увидевшая жертву и только что загнавшая ее в угол.
— А где твоя хозяйка? — чуть ли не облизывается Розария. — Думаете, сумели сбросить проклятие и теперь свободны? — она осматривается по сторонам, пытаясь угадать, в какой кабинке спряталась Света.
На меня — ноль внимания. Ну, это она зря! Формирую глиф умножения на ноль и кидаю в нее. Да, обычно я использую его только для защиты. Но кто сказал, что его можно применять только так? Вот и я подумал, что можно попытаться обнулить ее защиту, какой бы та не была. Не зря же она такая уверенная ходит?
Я оказался прав. Пространство вокруг тела Розарии подернулось темной дымкой, проявляя защитный барьер. Женщина нахмурилась и оторвала взгляд от кабинок. Не ожидала?
— И что ты еще мне покажешь? Это ведь ты убил моего мальчика?
Эх, показал бы я тебе, да только план другой! Сзади Розарии сквозь стенки кабинок вышли Рита с Лином и одновременно активировали символ бога Авсеня — Таусень.
Внешне квадратный символ походил на стремящиеся к центру четыре коротких стрелки, сходящиеся в единый крест, но при этом не касающиеся друг друга. Темная дымка тут же начала стремительно таять, а Розария оскалившись резко обернулась, готовая атаковать напавшего. По ее руке от локтя к кончикам пальцев вздувая вены потек огромный поток негатива. Рука женщины потемнела, зрачки полностью почернели. Даже обнаружив, что сзади не Света, а другой враг, она не растерялась. Ее рука, напитанная мерзкой энергией, замелькала перед лицом женщины, чертя очень знакомый мне символ — Светоч. Знак, развоплощающий любого духа. Даже удивительно, почему она на мне его сразу не использовала. Рита, закусив губу, тут же применила активацию, нарастив вокруг своего тела духовную броню. За то время, что я ее не видел, в ней добавилось «металлических» элементов, щит стал больше по площади, и появился шлем, прикрывающий голову. Лин же просто провел перед собой плавно руками, создав символ Инь-Ян, и встал в боевую стойку бойца ушу. Пока Розария от меня отвлеклась, я решил воспользоваться этим преимуществом. Между нами было всего три шага, которые я преодолел за один прыжок. Оказавшись рядом с ней, я замахнулся рукой для банального удара по голове, чтобы вырубить ее, когда вдруг получил от женщины удар локтем в грудь. Так она еще и негатив через руку пропустила! Я тут же отлетел назад, рефлекторно сжавшись калачиком. Грудь жгло. Такой концентрированной мерзкой энергии я никогда не встречал, и она пыталась разъесть мою броню, добравшись до моей сути. И самое хреновое — у этой энергии это получалось!
Сосредоточившись на себе, я уже не видел, как Доброслава с Мирославой покинули свои укрытия. Как они приложили Розарию сначала «сваором» Рода, что для темной по эффекту было сравнимо с ударом кувалдой. А когда та «поплыла» уже Рита ударила Розарию своим щитом, метя в скулу. В итоге, когда полученную от удара концентрированную мерзость я смог нейтрализовать, женщина уже лежала рядом с рассеченной и опухшей скулой и вспухшей шишкой на голове.
— Удивительно, как с такой силой, она нас со Светой прямо там, у университета, в асфальт не закатала, — покачал я головой.
— Свидетелей много вокруг было, — пожала плечами Мирослава. — А она неплохо скакнула в силе. Видимо на нее так смерть сына повлияла. Темные часто после потери близких скачком вырастают в своих возможностях.
— А где ее дух-защитник?
— Не знаю, — опять ответила мне Мирослава. Доброслава в этот момент связывала женщине руки и ноги и параллельно звонила людям отца, чтобы зашли и помогли в транспортировке пленницы. — Она уже ходок. Почти проявлением стала. Могла его просто отпустить. Но скорее всего, его к себе в свиту Змей забрал и по своему усмотрению использует. Но нам же лучше. С духом у нее были бы шансы от нас сбежать.
— Или даже победить, — пробормотал я.
— Нет. Победить бы ей не удалось. Не настолько она еще опытна, хоть уже и посильнее меня будет. Уходим.
Из ресторана мы вышли под наложенной иллюзией. Не знаю, действуют ли символы на видеокамеры, но прохожие никак не реагировали на несущего на плече женщину мужика. Как и на то, что ее потом бесхитростно закинули в багажник.
Когда мы прибыли в особняк, дед лично забрал все еще пребывающую (как я позже узнал благодаря вколотому снотворному) Розарию и унес вглубь дома, в ту часть, где я еще не был. Причем попробовав пойти следом, я наткнулся на невидимый даже в энергетическом плане барьер, что не пропустил меня. Вот это стало для меня новостью, и я поспешил узнать, как такое возможно.
— Это проявление воли нашего предка, — пожала плечами Света.
Остальные уже разбрелись по своим комнатам, и кроме как к ней идти за ответами мне оказалось не к кому.
— Воля Даждьбога? Но что именно он хотел? Чтобы никто, кроме его потомков не мог пройти в ту часть дома? Но тогда как туда пронесли темную?
— Его воля в том, что проход в ту часть дома контролирует текущий глава рода. Там находится личная комната главы, его кабинет, еще какие-то комнаты. Даже мне туда хода нет без разрешения дедушки. Да и бывала я там только в его кабинете несколько раз. Ничего необычного не заметила.
