Пока люди собирались на работу, солнце прорвалось сквозь тучи. Его лучи согрели пропитанную дождем кожу Каладина. Было что-то освежающее, когда за холодом сверхшторма следовало солнечное тепло. Крошечные полипы камнепочек на стенках бараков открылись и пили мокрый воздух. Их было необходимо отскрести, потому что они ели камень, испещряя стены ямками и трещинами.
Почки были ярко-красными. Сегодня шашель, третий день недели. На рынок рабов пригонят новый товар. То есть новых мостовиков. В бригаде Каладина была серьезная нехватка людей. Во время последнего забега Йейк получил стрелу в руку, а Делп — в шею. Каладин ничего не смог сделать для него, и в бригаде осталось только двадцать восемь человек, способных таскать мост.
И, как и ожидалось, после часа бурной утренней деятельности — надо было подготовить оборудование, промаслить мост, а Лоупену и Даббиду сходить за утренней кашей и принести ее на склад, — Каладин увидел солдат, ведущих к складу цепочку грязных оборванных людей. Каладин кивнул Тефту, и они оба отправились за Газом.
— Прежде чем ты начнешь кричать на меня, — сказал Газ, — пойми, что я не могу ничего изменить.
Рабы сбились в кучу, за ними присматривала пара солдат в измятой зеленой форме.
— Ты — мостовой сержант, — сказал Каладин.
Тефт подошел и встал рядом с ним. Он не брился, а аккуратно подстригал свою короткую седую бороду.
— Да, — сказал Газ, — но больше я не распределяю людей по бригадам. Ее Светлость Хашаль хочет делать это сама. Именем своего мужа, конечно.
Каладин стиснул зубы.
Она хочет истощить Четвертый Мост.
— То есть мы не получим ничего.
— Я этого не говорил, — сказал Газ и сплюнул. — Она дает тебе одного.
Хоть что-то по меньшей мере, подумал Каладин.
В новой группе было человек сто.
— Какого? Надеюсь, он достаточно высок, чтобы нести мост.
— О, он достаточно высок, — сказал Газ и взмахом руки приказал новым рабам отойти в сторону. Люди задвигались, открывая одного, стоявшего сзади. Он был немного ниже среднего роста, но все же достаточно высок, чтобы носить мост.
И у него была мраморная черно-красная кожа.
— Паршмен? — удивился Каладин.
Тефт рядом с ним тихонько выругался.
— Почему нет? — сказал Газ. — Идеальные рабы. Никогда не возражают.
— Мы воюем с ними! — воскликнул Тефт.
— Мы воюем со шторм знает кем, — сказал Газ. — Эти, на Разрушенных Равнинах, совсем не такие, как их товарищи, работающие на нас.
Правда по меньшей мере. В военлагерях было множество паршменов, и — несмотря на пятнистую кожу, — они мало чем походили на воинов паршенди. И у них не рос панцирь из кожи. Каладин посмотрел на крепкого лысого мужчину. Паршмен, одетый только в набедренную повязку, уставился в землю; он весь был какой-то плотный. Пальцы толще, чем у обычного человека, руки сильнее, бедра шире.
— Не волнуйся, он прирученный, — заверил Газ.
— Мне казалось, что паршмены слишком ценны, чтобы использовать их для бега с мостом, — сказал Каладин.
— Эксперимент, — ответил Газ. — Ее Светлость Хашаль хочет знать, можно ли их использовать. В последнее время находить мостовиков стало довольно трудно, и паршмены могут заткнуть дыры.
— Чистейшей воды глупость, Газ, — сказал Тефт. — Мне плевать, «прирученный» он или нет. Просить его воевать против своих братьев — полный идиотизм. Что, если он предаст нас?
Газ пожал плечами.
— Посмотрим.
— Но…
— Хватит, Тефт, — сказал Каладин. — Ты, паршмен, иди за мной.
Он повернулся и стал спускаться по склону. Паршмен покорно пошел следом. Тефт выругался и двинул за ними.
— Что они задумали? — спросил Тефт у Каладина.
— Как мне кажется, именно то, что он сказал. Проверить, можно ли доверить паршмену бежать с мостом. Возможно, он подчинится. Возможно, откажется. А возможно, попытается убить нас. Она выиграет в любом случае.
— Дыхание Келека, — выругался Тефт. — Темнее, чем в желудке у рогоеда, вот наше положение. Она хочет, чтобы нас всех убили, Каладин.
— Знаю. — Каладин оглянулся и посмотрел на паршмена. Этот был немного выше, чем обычные, и лицо вроде пошире, но Каладину все они казались одинаковыми.
Остальные члены бригады Четвертого Моста выстроились, ожидая возвращения Каладина. С удивлением и недоверием они глядели на приближающегося паршмена. Каладин остановился перед ними, Тефт сбоку, паршмен за ними. Каладину показалось, что у него спина свербит от того, что один из них стоит сзади. Он ненароком отступил в сторону. Паршмен остался где стоял, глаза смотрят вниз, плечи опущены.
Каладин взглянул на остальных. Все они гадали, что происходит, и понемногу распалялись.
Отец Штормов, подумал Каладин. Оказывается, в нашем мире есть что-то ниже мостовика. Паршмен-мостовик.
Паршмен может стоить дороже большинства рабов, не меньше чуллы. Хорошее сравнение, кстати, потому что паршмены работают, как животные.
Реакция остальных заставила Каладина пожалеть создание. И немедленно разозлиться на самого себя. Неужели он всегда будет так реагировать? Этот паршмен опасен, он отвлекает остальных, на него нельзя положиться.
Обуза.
«Превращай обузу в преимущество всякий раз, когда сможешь…» Эти слова сказал человек, который заботился только о своей шкуре.
Шторм побери, подумал Каладин. Я дурак. Абсолютно размякший идиот.
Это не то же самое. Совсем не то же самое.
— Паршмен, — спросил он. — Как тебя зовут?
Мужчина покачал головой. Паршмены редко говорили. Они могли, но для этого их нужно было как следует подтолкнуть.
— Хорошо, но мы должны как-то назвать тебя. Шен?
Паршмен пожал плечами.
— Хорошо, — сказал Каладин. — Это Шен. Он — один из нас.
— Паршмен? — спросил Лоупен, лениво стоявший у стены барака. — Мне он не нравится, мачо. Ты только посмотри, как он на меня смотрит.
— Он убьет нас, пока мы спим, — добавил Моаш.
— Нет, это хорошо, — возразил Шрам. — Мы поставим его впереди. Пускай получит стрелу вместо одного из нас.
Сил приземлилась на плечо Каладина и посмотрела вниз, на паршмена, печальным взглядом.
«Даже если ты сбросишь светлоглазых и займешь их место, злоупотребления останутся. Только других людей».
Но это же паршмен.
«Делай все, чтобы остаться в живых…»
— Нет, — сказал Каладин. — Отныне Шен — один из нас. Для меня не имеет значения, кем он был раньше. Для меня не важно, кем вы были раньше. Мы — Четвертый Мост. И он.
