Каладин посмотрел на сферу. Изумрудный осколок. Больше, чем он зарабатывает за две недели. Он поднял голову. Юный светлорд и два его спутника уже уходили, проститутка семенила за ними.
— Ты бросился ей на помощь, — сказал голос. Он посмотрел вверх. Сил спустилась сверху и остановилась на его плече. — Очень благородно.
— Эти меня опередили, — сказал Каладин.
И один из них светлоглазый, не больше и не меньше. Что с ним произошло?
— Ты пытался помочь.
— Очень глупо, — сказал Каладин. — Что я мог сделать? Сражаться со светлоглазыми? На меня накинулась бы половина лагеря, а шлюху избили бы до полусмерти за то, что она вызвала такой скандал. Скорее всего, ее бы убили благодаря моим усилиям.
Он замолчал. Слишком похоже на то, о чем он говорил несколько минут назад.
Он отметал мысль о том, что проклят, осужден на неудачи или еще что-то в этом роде. Суеверия до добра не доведут. Но — он должен был признаться себе — картина получалась тревожной. Если действовать как обычно, можно ли ожидать других результатов? Он должен попробовать что-нибудь новое. Другое. Более продуманное.
Каладин пошел к складу леса.
— Ты не собираешься делать то, о чем тебя попросил светлорд? — спросила Сил.
Похоже, она уже забыла о своем внезапном страхе. Или делала вид, что ничего не произошло.
— После того, как он обошелся со мной? — рявкнул Каладин.
— Ну, не так уж и плохо.
— Я не собираюсь кланяться им, — сказал Каладин. — И бегать по их прихотям только потому, что они ожидают, будто я побегу. Если бы он действительно хотел, чтобы я передал сообщение, мог бы и подождать, пока я не соглашусь.
— Он дал тебе сферу.
— Заработанную пóтом темноглазых, которых он эксплуатирует.
Сил какое-то время молчала.
— Меня пугает тьма, возникающая в тебе, когда ты говоришь о них. Ты перестаешь быть самим собой, когда думаешь о светлоглазых.
Он не ответил, продолжая идти. Он ничего не должен этому светлорду, и, кроме того, ему нужно как можно скорее вернуться на склад.
Но этот светлоглазый шагнул вперед и защитил женщину.
Нет, с яростью одернул себя Каладин. Он хотел только унизить одного из офицеров Садеаса. Все знают о трениях, существующих между лагерями.
Он разрешает себе думать об этом только так и не иначе.
Глава сорок седьмая
Благословение штормом
Год назад
Каладин покрутил камень между пальцами, давая возможность граням кристалла кварца поймать свет. Он опирался спиной о большой валун, одна нога прижата к камню, копье рядом.
Кварц, пропустив свет, разлагал его на разные цвета, в зависимости от направления. Замечательный миниатюрный кристалл переливался, как упоминаемые в преданиях города, сделанные из драгоценных камней.
Вокруг него готовилась к бою армия Амарама. Шесть тысяч человек острили копья или подтягивали кожаные доспехи. Поле боя находилось неподалеку, и, если сверхшторм не ожидался, армия проводила ночь в палатках.
Прошло почти четыре года с того дождливого вечера, когда он присоединился к армии Амарама. Четыре года. Вечность.
Мимо него прошла группа солдат. Некоторые взмахом руки поздоровались с ним. Он кивнул им, опустил камень в карман и скрестил руки на груди, ожидая. Недалеко уже развевался штандарт Амарама — на красном поле зеленая глифпара в форме белоспинника с оскаленными клыками. Мерем и хах, честь и решимость. Восходящее солнце освещало трепещущий флаг, утренний холод уступал место дневной жаре.
Каладин повернулся и посмотрел на восток. К дому, в который он не вернется никогда. Он так решил, несколько месяцев назад. Его договор закончится через несколько недель, но он подпишет его снова. Он не сможет смотреть в глаза родителям после того, как не сумел уберечь Тьена.
Плотный темноглазый солдат подошел к нему, к спине приторочен боевой топор, на плечах белые узлы. Нестандартное оружие — привилегия командира взвода. У Гара были толстые мясистые предплечья и пышная черная борода, хотя на правой части головы не хватало большого куска кожи. За ним шли два его сержанта — Налем и Корабет.
— Каладин, — сказал Гар. — Отец Штормов, парень! Почему ты надоедаешь мне? В день сражения!
— Я знаю, что будет сегодня, Гар, — сказал Каладин, все еще скрестив руки на груди. Несколько рот уже строились, равняя ряды. Даллет присмотрит, чтобы собственный взвод Каладина встал на место. Впереди, как они решили. Их враг — армия светлоглазого по имени Халлау — занимал длинные долины. Армия Амарама уже несколько раз сражалась с ними. Один раз особенно врезался в память и душу Каладина.
Он вступил в армию Амарама, ожидая, что будет защищать границы алети, — и действительно защищал их. От других алети. Лендлордов поменьше, которые постоянно пытались отрезать себе кусок земель Садеаса. Время от времени армия Амарама пыталась захватить кусок территории других кронпринцев; в таких случаях Амарам утверждал, что эти земли принадлежали Садеасу и были украдены у него много лет назад. Каладин не знал, какой случай сейчас. Из всех светлоглазых он верил только Амараму. Но, похоже, и тот занимался тем же самым, что и все остальные.
— Каладин? — нетерпеливо спросил Гар.
— У тебя есть кое-что, что мне надо, — сказал Каладин. — Новый рекрут, он присоединился к тебе вчера. Галан говорит, что его зовут Кенн.
Гар засопел.
— Ты опять хочешь сыграть со мной в эту игру? Сейчас? Поговорим после боя. Если парень выживет, я отдам его тебе, может быть. — Он повернулся, собираясь идти, сержанты за ним.
Каладин выпрямился и подобрал копье. Гар, услышав шум, остановился.
— Никаких неприятностей для тебя, — тихо сказал Каладин. — Просто пришли парня в мой взвод. Возьми мои деньги. И держи язык за зубами.
— Быть может, я не собираюсь продавать его, — сказал Гар, поворачиваясь.
— Ты его не продаешь. Передаешь.
Гар посмотрел на мешочек.
— Я не восторге от того, что каждый делает все, что бы ты ни сказал. Мне наплевать, что ты хорош с копьем. Это мой взвод.
— Мне от тебя больше ничего не нужно, Гар, — сказал Каладин, бросая мешочек на землю. Сферы звякнули. — Мы оба знаем, что парень тебе не нужен. Необученный, плохо экипированный, слишком юный, чтобы быть хорошим солдатом. Пришли его ко мне.
Каладин повернулся и пошел прочь. Через несколько секунд он услышал звон сфер — Гар поднял мешочек.
— Нельзя обвинять человека за попытку.
