class="p1">Кто-то охотился на кошмары?
Чем дальше я продвигался, тем больше трупов встречал на пути. Злая ведьма из детской сказки с перерезанным горлом. Чудовище из-под кровати, превращённое в решето. Строгая нянька с ледяными глазами (та самая, из отражения) лежала лицом вниз с кристаллическим клинком в спине.
И наконец я нашёл её.
Маленькая фигурка в ночной рубашке забилась в угол, в месте, где три коридора сходились в крошечный тупик. Артемия сидела, обхватив колени руками, и беззвучно плакала. Слёзы текли по её щекам, оставляя блестящие дорожки. Фиолетовые глаза, огромные и полные ужаса, смотрели куда-то сквозь меня.
— Артемия, — позвал я мягко.
Никакой реакции. Она продолжала плакать, глядя в пустоту.
— Княжна. Это я, Дядя Валера. Помнишь меня? Я какое-то время пожил в Госпоже Розе и спас тебя из плена.
Ничего. Она даже не моргнула.
Она меня не видела? Для неё меня словно не существовало.
Я присел перед ней, пытаясь поймать её взгляд.
— Малышка, послушай. Твой папа очень скучает. Он хочет, чтобы ты проснулась. Он ждёт тебя.
Её губы шевельнулись. Она что-то прошептала, так тихо, что я едва расслышал:
— Папочка… страшно… не могу выйти…
— Я помогу тебе выйти. Просто возьми меня за руку.
Я протянул ладонь. Но моя рука прошла сквозь неё, как сквозь туман. В этом ментальном пространстве мы были на разных уровнях бытия. Она не могла меня коснуться. Я не мог до неё дотянуться.
Проклятье… Может, тогда попробовать…
Удар пришёл со спины. Только древние инстинкты, вбитые в душу за тысячелетия сражений, спасли меня. Я рухнул вбок, перекатился, и кристаллический клинок рассёк воздух там, где секунду назад была моя голова.
Я вскочил на ноги, выпуская Нити.
Передо мной стояла женщина. Высокая, стройная, в доспехах из розового кристалла. Длинные светлые волосы, заплетённые в косу. Фиолетовые глаза, холодные и пустые. Красивое лицо, лишённое всяких эмоций.
Астерия.
Моё сердце (если бы оно у меня было) пропустило удар.
— Астерия?.. — прошептал я.
Она атаковала снова. Без предупреждения, без слов, с убийственной эффективностью. Кристаллический меч рассекал воздух с гудением, каждый удар нёс в себе смертельную точность.
Я уклонялся, блокировал, отступал. Сам не нападал.
— Астерия, подожди! Это я!
Клинок прошёл в сантиметре от моего горла.
— Я пришёл помочь девочке!
Она не слушала. Или не слышала. Её атаки были безупречны: та же техника, те же приёмы, которые я видел две тысячи лет назад. Удар, финт, разворот, снова удар. Она двигалась как машина, запрограммированная на уничтожение.
Разумеется, это была не настоящая Астерия, а лишь ментальная проекция, записанная в памяти Родового Дара. Страж, охраняющий потомков. И для этого Стража я был угрозой.
Нити Души сплелись в щит, отбивая очередной выпад. Я поймал Нитями её руку, развернул, попытался обездвижить.
— Послушай меня! Я Валериан Тенебрис! Мы сражались вместе! В битве при Кровавом Перевале, помнишь? Ты прикрывала мне спину, когда демоны прорвали левый фланг!
Она замерла. На долю секунды в её пустых глазах что-то мелькнуло. Узнавание? Сомнение?
— Этот Страж опознал Валериана… — произнесла она. Голос был таким же, как я помнил: высоким, мелодичным и звенящим. — Валериан Тенебрис. Архимаг Тринадцатой Тени.
— Да! Да, это я!
— Этот Страж считает подобное невозможным. Ты должен быть мёртв. Уже как две тысячи лет.
Этот Страж… она себя так называет? Необычно, ну да ладно.
Сущность говорила короткими рублеными фразами. Впрочим, также общалась и сама Астерия, особенно в бою.
— Я вернулся. Это… это долгая история. Но сейчас это неважно, я пришёл помочь твоему потомку, Артемии. Она в ловушке собственного страха, и я хочу её освободить.
Страж опустила меч. Она смотрела на меня всё тем же пустым взглядом, и я не мог понять, верит она мне или готовится к новой атаке.
— Ты не изменился, — произнесла она наконец. — Всё такой же, как в воспоминаниях Этого Стража. Врываешься, ломаешь, пытаешься спасти всех подряд.
— Это моя работа.
— Нет. Это твоя болезнь.
Астерия-Страж отступила на шаг. Кристаллический меч растаял в её руке, превратившись в облачко розовой пыли.
— Этот Страж понял. Ты хочешь спасти девочку, — сказала она. — Но ты не понимаешь, что её держит.
— Я всё понимаю. Родовой Дар активировался в момент опасности и создал защитный кокон.
— Ты ничего не понял. Чтобы разрушить кокон, нужно устранить страх. Вместе с ее душой.
Я нахмурился.
— Не понял… В каком смысле?
Астерия-Страж молча поманила меня и пошла прочь. Я последовал за ней. Коридоры расступались перед ней, стены раздвигались, открывая путь. Через пару секунд мы оказались в небольшой кристаллической пещере, в центре которой парила светящаяся сфера.
Она обернулась ко мне.
— Ты хочешь знать, как спасти её? Тогда Этот Страж расскажет историю. Историю Астерии.
Я молча кивнул.
— Когда Астерии было восемь лет, — начала Страж, — Её Дар впервые проявился. Так же, как у этой девочки. Кристаллизация от страха. Астерия заточила себя в алмазную клетку и не могла выбраться.
— Я не знал этого, — признался я. — Хотя, однажды в разговора Астерия на это намекнула.
— Никто не знал. Это семейная тайна. — Её голос оставался ровным, лишённым эмоций. — Родители были в отчаянии. Они перепробовали всё. Целителей, менталистов, даже демонологов. Ничего не помогало. И тогда…
Она замолчала.
— Тогда что?
— Они применили ритуал. Древний, запретный ритуал, который выжигает способность чувствовать страх.
Я похолодел.
— Что?
— Это сработало. Кристалл распался. Девочка вышла на свободу. — Этот Страж повернулась ко мне, и в её пустых глазах не было ничего. Совсем ничего. — Но вместе со страхом исчезло всё остальное. Любовь. Радость. Привязанность. Горе. Всё, что делает человека человечным.
Меня словно ударили под дых.
— Да нет… — я нахмурился. — Это бред. Я знал тебя! Мы сражались вместе годами! Ты смеялась над шутками Грома, ты плакала, когда погиб Эльвин, ты…
— Астерия с самого детства училась искусно притворяться.
Её слова падали как тяжелые камни.
— По настоянию родителей она изучала эмоции людей. Их мимику, жесты, интонации. И копировала. Очень тщательно, очень точно. Судя по твоему удивлению… — она чуть склонила голову, — … у нее действительно неплохо получалось.
Я стоял, не в силах пошевелиться. В голове всплывали воспоминания. Фрагменты, мелочи, странности, на которые я никогда не обращал внимания.
Как Астерия смотрела на чужое горе, словно изучая
