– Нет, – ответил Аристарх Сергеевич, а Олег просто помотал головой.
– По всем признакам, там лопнула Пелена. Продолжалось это около получаса и захватило весь рынок. Возникла паника, началась неразбериха, к счастью, обошлось без убитых, но кое-кого потоптали и порезали. Несколько человек отправили в психушку, еще нескольких – в милицию, так что весь город гудит.
– Только этого не хватало. – С лица Аристарха Сергеевича пропала улыбка, оно мгновенно сделалось очень старым, резче обозначились морщины. – Не будь я так уверен, что повредить Пелене невозможно, я бы сказал, что в Нижнем кто-то пытается ее ликвидировать.
– Может, случайный сбой? – предположил Олег. – Ты же говорил, что они возможны.
– В последние дни таких сбоев было несколько, и все у нас в городе, – сказала Лена. – Вероятность того, чтобы они следовали один за другим в одном месте, близка к нулю. Нет, дружок, тут что-то нечисто.
– Пелена – это заклинание. – Олег перевел взгляд на отставного капитана. – Почему ей нельзя повредить с помощью другого заклинания?
– Оно должно быть сравнимо с Пеленой по мощности. – Аристарх Сергеевич взялся за подбородок. – Хотя… постой, мы же знаем, что в Нижнем произошло ритуальное убийство, то самое, которое ты пытался предотвратить. И даже Григорьич не разобрал, для чего оно. А ведь жертвоприношение в состоянии дать очень большую силу. Ее может хватить, чтобы разорвать, ликвидировать Пелену на небольшом участке на короткий срок. Но кто способен на такое, кто обладает такими знаниями?
– Скажи лучше – кому это нужно и зачем? – Лена поднялась, начала собирать со стола тарелки.
– Не знаю, – нахмурился Аристарх Сергеевич. – Разное помню, но даже в самые черные годы начала десятилетия такого не случалось. Да, доходило тогда до прямых столкновений и до подлых убийств из-за угла, но война шла за Пеленой, и никто на нее саму не покушался. Да, странно, странно…
И он тяжело вздохнул.
Олег стал помогать Лене. Она мыла посуду, а он вытирал и убирал в шкаф. Наконец девушка вытерла руки старым и ветхим, но вроде бы чистым полотенцем и сказала:
– Мне пора. Голод вам теперь не грозит, так что до вечера доживете.
– И ты опять приедешь? – спросил Олег.
– Нет, – засмеялась она и посмотрела на Аристарха Сергеевича. – Ты почему ничего ему не сказал?
– Забыл, – признался тот и развел руками. – Извини уж, что поделать? – Он повернулся к Олегу: – Ярослав еще утром сообщил, когда мы созванивались: на сегодняшний вечер назначена твоя инициация. Или, говоря другими словами, «подключение» к источнику, находящемуся во владении «Золотой розы». После этого ты станешь полноправным магом нашего ордена, правда, пока даже не пятого ряда. Обычно к новичку присматриваются, учат не менее полугода, но тут ситуация, сам понимаешь, необычная.
– Понял, – сказал Олег.
Новость не вызвала у него ни особенной радости, ни волнения – подключат к источнику, и хорошо. Слишком много пережил за последние два дня, чтобы эмоционально реагировать на слова.
Лена посмотрела на него укоризненно:
– Другой бы на твоем месте до потолка от радости скакал.
Настал черед Олега развести руками:
– Будем считать, что я подскочил, но так быстро, что вы не заметили.
– Годится! – рассмеялась девушка. – Ты, рыцарь, лучше поспи, отдохни, а то вид у тебя, честно говоря, усталый. А я, чтобы не мешать, оставлю вас. Ну что, кто проводит меня до прихожей?
Провожать отправились вдвоем. Лена обула туфли, взяла сумочку, помахала мужчинам и скрылась за дверью.
– Совет насчет того, чтобы поспать, был дельным, – сказал Аристарх Сергеевич. – К вечеру ты должен быть свежим. Устраивайся тут, на диване. В нем, насколько я помню, должны быть одеяла.
– Я почитаю для начала. Книга интересная.
Олег лег и вновь взял в руки труд Валиаруионала Хадзийского. Не успел одолеть пару страниц, как веки начали слипаться. Да еще и автор перешел к вещам сложным, для обычного человека малопонятным – характеристиками Пелены как «самоподдерживающегося виртуального заклинания».
Из нагромождения терминов вроде «поляризация магического поля» и «рассеивание форм восприятия» Олег понял только, что Пелена для функционирования берет понемногу энергии из каждого существующего на Земле источника. А потом решил, что хватит бороться со сном, отложил книгу и закрыл глаза.
И в этот раз, впервые за два дня, сон его был крепок и глубок, без каких-либо видений.
Проснулся Олег оттого, что его настойчиво потрясли за плечо, и с трудом разлепил веки.
– Вставай, – сказал Аристарх Сергеевич. – Ярослав звонил. Скоро придет машина.
– Да…
Олег зевнул, поднялся и потащился в ванную. Поплескал в лицо холодной водой, и стало ясно, что он великолепно отдохнул, точно спал не несколько часов, а целую ночь.
Машина подошла, когда закат уже погас. Негромко заворчал на улице мотор, Аристарх Сергеевич выглянул в окно на кухне и бодро сообщил:
– О, это за нами.
Они спустились по лестнице – в подъезде было тихо и пустынно, тускло светили лампочки – и вышли на улицу. Там стоял черный джип «Чероки» с тонированными стеклами. Открылась дверь со стороны водителя, и из нее высунулся белобрысый мужик с обвислыми усами, немного похожий на моржа.
– Садитесь назад, – махнул он рукой.
В салоне пахло кожей и освежителем воздуха, негромко играла магнитола – «Unforgiven» группы «Металлика». Двигатель урчал почти неслышно, и перемещался автомобиль мягко, точно скользил на лыжах.
– Поедем неспешно, легко и безгрешно, – сообщил водитель. – Чтоб никакой мент не потребовал документ. А меня зовут Вася.
Олег назвался, подумав, что возница питает страсть к поэзии, причем вряд ли взаимную. Вскоре стало ясно, что Вася также большой поклонник того, что русские называют быстрой ездой, а все остальные – безумием, но что сегодня он вынужден себя сдерживать.
Ворча под нос ругательства по поводу всяких «черепах сухопутных» и «улиток траханых», он стискивал руль, но даже на прямых не делал больше восьмидесяти и не пытался обгонять. «Металлика» играла, одна песня сменялась другой, столь же длинной и мощной, и джип плыл через ночной город.
Они миновали реку, поднялись по Окскому съезду, длинному, точно кишки слона. Проскочили площадь Лядова, оживленную, как в час пик, и покатили в сторону площади Горького.
– Нам куда? – спросил Олег, повернувшись к Аристарху Сергеевичу.
– На Звездинку велели, – ответил Вася. – К самому ее началу, что за Домом связи. Причем прямо, без противолодочных маневров. А то бы мы тут покружили, повертелись, – в голосе его прорезались мечтательные нотки.
Остался в стороне памятник «буревестнику революции», показался Дом связи, громадное серое здание, построенное в свое время немецкими военнопленными. При взгляде на него Олег вспомнил, как среди мальчишек лет двадцать назад ходила байка, что если посмотреть с крыши на герб СССР, украшающий его со стороны Покровки, то можно увидеть то ли профиль Гитлера, то ли свастику.
Дом связи объехали справа, и Вася притормозил у обочины.
– Дальше сами дойдете и чего-нибудь хорошее найдете, – сказал он, добродушно осклабившись в зеркальце заднего вида. – Удачи, парни.
– И тебе, – ответил Аристарх Сергеевич, которого тот факт, что его записали в «парни», несколько удивил.
Они вылезли из машины, и джип, взревев двигателем, развернулся и умчался.
– Что теперь? – спросил Олег, разглядывая Звездинку – широкий бульвар с лавочками, где любила собираться молодежь.
Сейчас тут было тихо и темно.
– Прямо и до самого конца. – Аристарх Сергеевич повертел головой. – Подумать только, еще сто лет назад тут был грязный овраг, а там, куда мы идем, – самый настоящий пруд.
– Серьезно? – Поверить в это было трудно.
– Конечно. На месте Дома связи находились здания арестантских рот, а пруд назывался Звездин. Та еще лужа была, а сейчас на его месте источник, и принадлежит он «Золотой розе».
