наивность. По собственным словам, он вырос в деревне и живых эльфов впервые увидел только в Приюте Валланда, когда пришёл туда добровольцем.
— Смысл в том, что при прочих равных эльф всегда будет на шаг впереди человека и многих это попросту злит. Эльфы сильнее, лучше видят и слышат, дольше живут, в конце концов, — ответил Стигрен. — Может этому гаду эльф однажды в пиво плюнул или в карты обыграл. Зависть, страх, обида — мотивов много, выбирай любой!
— А ещё мы превратили в руины половину мира, когда вцепились друг другу в глотки, — невесело добавила Дашра.
Неожиданно Оберт хлопнул себя по лбу и провозгласил:
— Дашра, ты эльфийка!
Девушка округлила глаза от удивления, кончики заострённых ушей слегка дрогнули.
— Поздравляю с открытием!
Стигрен тоже недоумённо взглянул на приятеля.
— Не поняли, да? — на лице парня появилась заговорщицкая улыбка. — Мы его на живца поймаем! Придумаем как привлечь внимание к Дашре, пускай попробует на неё напасть или похитить, а тут выскочим мы! Бац-бац и в допросную!
Раздухарившись, Оберт принялся махать кулаками в воздухе.
— Дружище… ты совсем рехнулся? — вкрадчиво спросил Стигрен.
Мэлия не сказала ничего, но по её взгляду стало понятно, что она полностью на стороне Стигрена.
— А мне нравится! — внезапно загорелась энтузиазмом Дашра.
***
Эрис уже не первый раз наблюдала эту сцену. Поздним вечером, сильно после смены, одна из служанок уединялась в укромном закутке на заднем дворе гостиницы. Здания Альринна имели причудливую архитектуру, опоясывая участок как крепостная стена, в результате чего дворы получались замкнутыми и мрачными, да и окон на эту сторону почти не выходило. Прекрасное место, если хочется спрятаться от любопытных глаз.
Там эльфийка принималась раздеваться — снимала белый передник и чепец, форменный сарафан и туфли. Оставаясь в одной тунике и босиком, девушка брала в руки метлу или какую-нибудь палку… и тренировалась. Наносила воображаемому противнику десяток ударов, меняла стойку, иногда отвлекалась на другие упражнения, разминая суставы и мышцы.
Ритуал повторялся каждые несколько дней, в разное время. Служанка явно не хотела, чтобы за этим занятием её кто-то застал. А потому, когда Эрис решилась подойти, встретила ту холодным взглядом. Эльфийка всем своим видом давала понять, что способна убить даже веником.
— Уходи, — сразу сказала она.
— Вас зовут Астани, верно?
Молчание в ответ.
— Сколько вы берёте? — ляпнула Эрис, не подумав, как прозвучал её вопрос.
Служанка изменилась в лице, а лиррандке захотелось провалиться под землю от стыда.
— Я тут разношу напитки, иногда мою полы и стираю бельё. Но могу подсказать пару девушек, которые удовлетворят ваши… пожелания.
Эльфийка принялась собирать вещи. Лишних глаз во дворе, не считая приставучей гостьи, не было, так что к душевым можно прогуляться и в полуголом виде — в помещения для прислуги вела отдельная лестница.
— Вы ведь наёмница верно? — не отставала Эрис.
Астани ей не ответила, лишь ускорила шаг. Уже на первой ступени наглая девица поймала её за край одежды.
— Не знаю, что ты себе вообразила, но я всего лишь простая служанка в недорогом трактире.
— Простая служанка не может запугать пятерых пьяных мужиков, и уж точно не упражняется по ночам с оружием! Только не говорите будто тренируетесь, потому что одинокая девушка в большом городе должна уметь постоять за себя…
Служанка тяжело вздохнула и повернулась к Эрис. Именно так Астани и собиралась ответить, но гостья, похоже, не отвяжется, не получив жёсткого отпора.
— Девочка, я тебе не по карману, — эльфийка безжалостно ухмыльнулась, давая понять, что разговор окончен.
***
Дашра поднялась на верхний этаж. Хотя проживание оплачивал Гарнизон, усатый каким-то образом выторговал себе лучший номер, занимавший всю мансарду. Сам факт, что в настолько дешёвой дыре нашлось место для люкса немало удивил девушку.
Дозорный ещё раз прокрутила в голове скудную информацию, которую удалось выяснить про усача. Имя Рубед Эрриан, возраст сорок с небольшим. Непрямой потомок одного из основателей города, в котором он жил. О молодости ничего неизвестно, однако несколько лет назад объявил себя поборником традиционных ценностей и принялся делать одно громкое заявление за другим. В частности, призывал поразить любых эльфов в правах и запретить им селиться вне территории бывшего Эрранделя. Тем удивительней было, что в местном борделе Рубед выбирал исключительно эльфиек.
Снятый с копья наконечник блеснул в руке, отключив магические замки. Взломать обычный оказалось ещё проще — в Приюте Валланда обучают не только боевым навыкам. Как и ожидалось, в номере никого. Тем лучше. Хотя обыск и входил в план, осмотреть комнату усатого тоже не мешало. Эльфийка осторожно проскользнула внутрь, придерживая край юбки — в учебке она успела от неё отвыкнуть.
За недели, что прошли с эвакуации Лирранда, господин Эрриан получил немало писем. В основном ответы каких-то столичных чиновников на его жалобы, большинство из которых касались некоего капитана егерского отряда. Тот, судя по тексту, подверг несчастного Рубеда «жесточайшим душевным терзаниям», а заодно унизил в глазах соратников и земляков. Рядом лежала недописанная кляуза на Стигрена, где автор умело обошёл описание обстоятельств конфликта, а в первом же ящике обнаружилась тяжёлая печатка из зелёного металла.
— Вот и нашлась пропажа, — от неожиданности Дашра сказала это вслух.
Сначала она захотела выбросить перстень куда-нибудь, где владелец его точно не найдёт, но передумала. Всё же дозорный пришла с определённой целью, её и надо придерживаться. Схватив драгоценность, девушка надела кольцо на палец. Выглядело оно совершенно безвкусно, однако сделано было качественно.
Тем временем дверь в номер скрипнула, раздались шаги и знакомый голос крикнул:
— Кто здесь? Сдавайся добровольно или вызываю стражу!
Эльфийка поспешила напустить на себя как можно более испуганный вид и вышла из кабинета, подняв руки вверх.
— Н-не надо стражу, господин! Простите меня, пожалуйста! — заикание удалось особенно хорошо.
— Ах ты скотина ушастая! — Эрриан кинулся к ней и схватил за волосы. Дашра взвизгнула и опустилась на колени, закрыв лицо, чтобы мужчина точно заметил ворованный перстень.
— Ты… — от ярости Рубед начал пыхтеть. — Ты хоть представляешь, сколько стоит это кольцо?
Он сорвал с её пальца украшение, а затем наотмашь ударил по щеке. Дашра захныкала, отметив про себя, что запросто могла сломать Рубеду руку минимум в трёх местах.
— Простите меня, господин! Не вызывайте, пожалуйста, стражу, господин! — причитала девушка.
Мужчина с ненавистью глядел на неё маленькими глазками мышиного цвета. Отнятый перстень он хотел
