миленьком фамильяре ведьмы? Честное слово, был бы рядом пруд или озеро, я бы его обязательно утопил. Очень хотелось, но делать этого не буду, Мариша точно расстроится.
— Я бы не назвал это ссылкой, мы просто едем в моё поместье, чтобы Мариша смогла получше узнать наши земли, а я смог поправить своё здоровье.
А что такого? И ведь не соврал почти!
Винсент на это только многозначительно фыркнул, а Мариша осторожно поинтересовалась, как долго нам ехать.
— Мы будем ближе к вечеру, но я уже послал весточку, и нас будут ждать, — тут же сообщил я, запоздало сообразив, что я ведь совсем не подумал о том, что Мариша с самого утра ничего не ела, а время обеда уже давно прошло.
Наверное, стоило бы задержаться во дворце и пообедать там, но мне это просто не пришло в голову.
— Мы можем посмотреть по дороге, если увидим что-то похожее на таверну, — неловко обронил я, хотя очень в этом сомневался. У нас не было таверн в ведьменском понимании. Но всё равно был шанс увидеть по дороге пекарню или мясную лавку. Это могло решить проблему с перекусом.
— Не переживай, я потерплю, к тому же у меня наверняка что-то ещё осталось в вещах, — тут же поспешила успокоить меня девушка.
У Мариши действительно нашлось большое яблоко, а я немного успокоился, но только немного, потому что миленький фамильяр совершенно не собирался позволить мне расслабиться и отдохнуть. Винсент использовал любую возможность для того, чтобы уколоть и сказать гадость.
— Не обращай на него внимания, это его способ бороться со стрессом, — смущённо произнесла Мариша, а я тут же поспешил её успокоить, сказав, что для меня это не имеет никакого значения.
Это было правдой, но только отчасти. Всё дело в том, что меня сильно волновало то, что я узнал во дворце. Вот только как подступиться к этому вопросу, не нарушив при этом приказа вожака, я не знал.
— Слушай, а как быстро ты сможешь поставить меня на ноги? — поинтересовался я у Мариши, когда наша дорога уже подходила к самому концу. Вопрос на самом деле был очень важным. Ведь если с вожаком или наследником что-то случится, то я буду единственным оборотнем, который сможет своей властью и положением остановить ведьм. А значит, хочу я этого или нет, мне нужно как можно быстрее встать на ноги.
Это не будет нарушением приказа вожака, ведь он и сам сказал, чтобы я поправлял здоровье, но это и даст в свою очередь надежду для всех оборотней.
Вот только реакция на мой вопрос Мариши показалась мне несколько странной.
— Поставить можно быстро, но на то, чтобы всё нормализовалось, всё равно понадобится время, — несколько напряжённо заметила девушка.
— Мариша, мне действительно нужно, чтобы было быстро и качественно, но даже если моё лечение закончится, я совершенно не планирую отсылать тебя обратно к ведьмам. Ты нашла тут новый дом для себя, и тебе тут рады, — сказал я, хотя и не был целиком уверен в правдивости своих слов. Хотя о чём это я? Это за вожака я говорить не мог, а на моих землях, как я сказал, так и будет, и никто не посмеет ослушаться. Кажется, моя фраза несколько сняла напряжение.
— И что мы будем делать после того, как тебя вылечим? В потолок плевать и мясо жрать? — поинтересовался Винсент, но по мелькнувшему на мгновение выражению на лице Мариши, я понял, что девушка задаётся тем же вопросом.
Я не смог сдержать улыбки.
— На моих землях проживает более двадцати тысяч оборотней, так что думаю, сильно расслабиться всё равно не получится. Кроме этого, я планировал построить для Мариши лабораторию и, возможно, даже небольшую школу, чтобы она смогла преподавать. Разумеется, если ты сама этого захочешь! — тут же поспешил уточнить я.
— Ничего, какие перспективы, — поражённо присвистнул кот, а Мариша молчала. Только смотрела на меня своими огромными глазами и молчала.
К счастью, доехали мы даже быстрее, чем я предполагал. Повозка остановилась, когда солнце ещё даже не начало склоняться к закату.
— Это твой дом? — удивлённо поинтересовалась Мариша, а я только довольно кивнул, довольный произведённым эффектом.
— А он ничем не хуже, чем у вожака! — удивительно, но даже Винсент смотрел на моё жилище с одобрением. — Итак, какие недруги нас тут ожидают? Жёны? Дети? Гарем?
— Ни детей, ни жены, ни даже гарема, — чётко отрапортовал я. — Все позиции вакантны!
Сам не знаю, зачем я добавил последнее, но лицо Мариши забавно вытянулось.
— Так, Мариш, у нас тут, конечно, оборотень, но с хорошим потенциалом! Я, если что, перевоспитаю, думаю, надо брать.
— Не говори глупостей, — попыталась осадить девушка Винсента, но звучала она странно.
— Так, я вас оставлю и пойду отдавать приказания. Думаю, сначала ужин, а потом всё остальное? — на меня почему-то накатило смущение, и хотелось убежать.
— Сначала ванна, потом еда, а потом уже всё остальное, — повелел Винсент, а я только кивнул головой и поспешил скрыться в тени собственного дома.
Ведьма Мариша
Я стояла и неотрывно смотрела на огромный дом Геральда, который мало чем уступал дворцу вожака, и безуспешно пыталась связать воедино всё увиденное. Ну никак не походил Геральд в моей голове на того, у кого было много власти и денег. Никак.
Но если меня не обманывали глаза, то именно так оно и было. Он был далеко не последним оборотнем, я бы даже сказала, в тройке первых. Это объясняло и страх Амины, и её реакцию подруги на новости о том, что генерал вернулся, да ещё и со мной.
Но я отчаянно не хотела больше думать ни о ней, ни о том разговоре, который между нами состоялся. Хватит. И так всю дорогу себя промурыжила, лучше подумаю о себе, о том, как тут устроюсь и о том, как побыстрее вылечить Геральда.
Тем временем вокруг меня зашевелились оборотни. Точнее, меня вежливо попросили следовать за рослым мужчиной, который должен был показать мне мою комнату.
У меня никогда не было слуг, так то я откровенно не знала как себя вести в этой ситуации, но больше всего меня удивило, то, что на меня никто не косился и даже не принюхивался, а ведь я как была так и оставалась ведьмой.
— Служанки уже подгатавливают вам ванную, генерал Брун так же приказал подобрать вам гардероб, который будет подходить вашему статусу почетной гости. Когда вы бы хотели увидеть портних? — ни напряжения, ни недовольства, со мной разговаривали вежливо и ровно и это даже немного пугало.
— А можно это
