На этом разговор и завершился.
– Одну проблему решили, – сказал Аристарх Сергеевич. – Теперь вторая. Так, где же его номер?.. А, вот. Привет, Миша, узнал? Да, это я. Ты все еще у меня в квартире? Ага, вот как? Ты смог бы туда заехать и привезти мне кое-какие книги? В убежище, само собой…
Андрей с водительского места зашипел: «Опасно это! Не стоит! Могут подслушивать, а затем проследят!» – но отставной капитан не обратил на него внимания.
– Ближе к вечеру? К восьми? Устроит. Ты готов записывать? – Он начал диктовать названия.
О таких книгах Олег не то что никогда не слышал, он вообще не подозревал, что они могут существовать: справочник «Гербы орденов и кланов СССР», трехтомник «Краткая история скрытого мира», несколько работ автора по фамилии Соловьев – как подсказала память, то ли поэта, то ли философа, и на закуску – «Трижды сожженная рукопись» Игнатия Лойолы.
– Все записал? Они в большом шкафу должны быть. Ты копайся смело, если чего, я потом порядок наведу… Да, хорошо. Спасибо. – Аристарх Сергеевич убрал трубку от уха. – А теперь поехали. Олег, ты как, пришел в себя?
– Не до конца.
Боль и в самом деле почти ушла, талисман остыл, и мешал только колотивший многострадальное тело озноб.
– Оно и видно, что не до конца, – буркнул Андрей, вставляя ключ зажигания. – Краше в гроб кладут. Прямо на квартиру двинем? Или сначала в магазин заедем? А то жрать хочется, сил нет. – И он похлопал себя по животу.
– Заглянем в «Нижегородский», тут близко.
До универсама доехали за пять минут, припарковались около киоска «Мороженое». Оставаться в машине Олег не захотел, вместе со спутниками пошел за покупками. Они взяли проволочную тележку, миновали толстого охранника в синей форме и двинулись через просторный зал.
Андрей и Аристарх Сергеевич обменивались репликами, брали что-то с полок и клали в тележку. Олег шел за ними, в голове у него крутились строки песни: «Ты идешь в магазин, чтобы купить вино… И солнце светит, и растет трава, но тебе она не нужна. И все не то, и все не так, когда твоя девушка больна…»
Песня мало подходила к ситуации: Лена не была его девушкой, и ее не одолевала простуда. Но слова, написанные Виктором Цоем, казались Олегу в этот момент уместными, и он сам не мог понять – почему.
– Э, пожалуй, хватит, – сказал Андрей, когда они прошли хлебный отдел. – С голоду не помрем.
Судя по тому, что тележка была завалена продуктами, голодная смерть грозила им не ранее чем через неделю, да и то в случае ежедневных пирушек. Рыбные консервы, чай и печенье, сосиски и яйца, колбаса, сыр, йогурт, творог и сметана, гроздь бананов и пара батонов – столь масштабные закупки сделали бы честь многодетной хозяйке.
– И то верно, – кивнул Аристарх Сергеевич. – К кассе.
Кассирша, чернявая девица лет двадцати, сноровисто пробила чек, успев при этом немножко пофлиртовать с Андреем. Олегу достался единственный оценивающий взгляд – похоже, Турнов после магической атаки смотрелся слишком хреново, чтобы вызывать девичий интерес.
Покупки сложили в белые пластиковые пакеты с синей надписью «Универсам «Нижегородский» на боку и отнесли в машину.
До проспекта Героев доехали быстро, проскочили центр до того, как толпа офисных работников ринулась по домам, превращая Нижний в одну большую пробку.
– Полезай в ванну, – приказал Аристарх Сергеевич, едва они вошли в квартиру. – Одежду кинь в грязное. Ее нужно чистить, причем не только стиральным порошком. Подберем чего-нибудь другое.
Раздевшись, Олег с удивлением обнаружил на теле несколько неглубоких порезов – на груди, точно между сосками, чуть ниже пупка, в солнечном сплетении и в правой подмышке. На лбу набух синяк, будто после сильного удара обо что-то твердое.
Олег вымылся, не снимая талисмана, после чего получил рубашку и шорты цвета хаки с большими накладными карманами.
– Выглядишь, точно бойскаут-переросток, – с улыбкой заметил Аристарх Сергеевич.
Узнав про порезы, он посерьезнел и некоторое время разглядывал их, покачивая головой и бурча что-то себе под нос.
Обедом или, скорее, ужином занимался Андрей, и он сумел соорудить из немудреных продуктов несколько блюд. Помидоры нафаршировал смесью из тертого сыра, чеснока и майонеза, пожарил гренки, а сосиски не просто сварил, а еще залил соусом на основе подсолнечного масла и чеснока.
– Ничего себе, – покачал головой Олег, обнаружив на кухонном столе все это великолепие.
– Как говорил наш дорогой Василий Алибабаевич, «кушать подано, или садитесь жрать, пожалуйста». – «Повар» сделал широкий жест. – Кто скажет, что невкусно, того я застрелю на месте.
Они поели, Олег вымыл посуду и убрал ее в навесной шкаф. Когда вышел в большую комнату, обнаружил, что Аристарх Сергеевич прохаживается из угла в угол. Андрей, судя по доносившемуся из малой комнаты храпу, прилег отдохнуть.
– Ну что? – Отставной капитан остановился. – Ты все еще желаешь научиться чему-нибудь?
– Да, – сказал Олег.
– Нехорошо заниматься такими вещами после еды… – Аристарх Сергеевич потер подбородок. – А еще после того, как тебя чуть не убили. Ладно, начнем тогда с теории. Садись на диван, а я буду рассказывать и показывать. Надеюсь, ты понимаешь, что маг может использовать для построения заклинаний лишь ту энергию, что в данный момент содержится в его теле Силы, плюс ту, что находится в имеющихся при нем талисманах. Но их мы рассматривать не будем, боевые амулеты – это не для новичков. Для того чтобы причинить вред недругу, ты должен эту энергию как-то преобразовать, ведь в чистом виде она несет жизнь, а вовсе не разрушение…
Дальше Олег узнал о простейшем преобразовании, о том заклинании, что именуется «молотом» или «длинной рукой» и от которого он сам пострадал во время стычки с дейвона в гаражах.
Используя его, маг уплотняет и удлиняет конечность своего тела Силы и бьет ею, как кулаком или ногой.
– Я могу атаковать на расстоянии метров пять, – говорил Аристарх Сергеевич, и аура вокруг его руки светилась ярче и ярче, – знаю таких, кто способен и на десяти. Но это предел. Заклинание несложное, и противник, который обладает способностями чародея и находится начеку, от него легко закроется. Попробуй сам. Для начала подними кулак и представь, что он…
Олег сделал все, что сказал наставник, но у него ничего не получилось. Неудачей закончилась и вторая попытка, и третья. И удивлением, и досадой, а на смуглом лице отставного капитана появилось озадаченное выражение.
– Странно, – сказал он. – Но, с другой стороны, не могут же успехи быть постоянными? До сих пор тебе все давалось легко, а тут не сложилось. Так, что же тогда?.. Хорошо, попробуем кое-что более хитрое – стихийные преобразования.
Аристарх Сергеевич откашлялся и принялся рассказывать: о том, что проще всего взаимодействовать с огнем; воздух слишком «прозрачен» и работать с ним способны разве что элохим и альвы, земля – наоборот, тяжела и неподатлива, а вода – для новичка чересчур «скользка». Затем показал – зажег на ладони крохотный огонек, вызвал в комнате легкий ветерок, на смену которому явилась туманная морось, и раскрошил в пыль принесенную из ванной старую мыльницу.
– Вот они, стихии. Они есть во всем, надо только поискать, – сказал он. – Ну что, постараемся вызвать пламя?
– Постараемся, – кивнул Олег. – Что надо делать?
Тот способ, что они использовали, назывался «визуализация». Олег изо всех сил воображал багрово-рыжий язычок пламени, исходящий из кончика указательного пальца левой руки. Делал это сначала с открытыми глазами, потом с закрытыми. А его аура, как утверждал Аристарх Сергеевич, откликалась на желание, перестраивалась под влиянием силы мысли.
– Изначально простые заклинания создаются волевым усилием, – говорил отставной капитан, внимательно наблюдая за потугами ученика. – Далее, после многих попыток, доводятся до автоматизма, и только когда воля соединится с рефлексом, маг может считать, что чего-то достиг.
В какой-то момент Олегу показалось, что кончик пальца обожгло, и он поспешно открыл глаза. Но никакого пламени не заметил, вздохнул и предпринял еще одну попытку. Представил, как огонь лижет кожу, как его пляшущие струи текут по предплечью, обвиваются вокруг него.
