малоприятная история, Виллему. Не думаю, что нам следует вмешиваться в нее.
– Они из Черного леса говорят, что Воллеры стремятся уничтожить их.
– Это меня не удивит. Они кровно мстят. Но все это лишь слухи, Виллему, мы не можем принимать это всерьез.
– Но это серьезно.
Бранд наморщил брови.
– Я поговорю об этом с Маттиасом. Но многого мы сделать не в силах. Люди из Черного леса, как тебе известно, не любят и нас.
– Может быть, фогд*?[38]
– Нынешний фогд беспокоится только о женщинах и водке. Он настолько продажен, что Воллеры легко могут купить его. А сейчас, кажется, мне стоит поговорить с людьми из Черного леса. А тебе, Виллему, пора идти домой, отец уже, наверное, беспокоится.
Она согласилась. Несмотря ни на что, ей удалось поговорить с Эльдаром. Два разговора в один день будет многовато.
– За сколько дней думаете справиться с ремонтом конюшни?
– Такими темпами послезавтра закончим. Люди из Черного леса, если захотят, работают хорошо.
Ей же хотелось, чтобы они работали не так быстро. Она хотела иметь в своем распоряжении еще несколько дней и ей, может, удастся растопить ледяной панцирь Эльдара.
Проходя по двору, она обращалась к каждому и благодарила за работу. Эльдар был на крыше конюшни. Он долго не решался, но потом все же поднял слегка руку в полусердечном приветствии.
Рядом с Эльдаром находился сын Еспера, одногодок Никласа. Он долго смотрел вслед Виллему.
– Отличная девчонка, – сказал он одобрительно, словно попробовав что-то хорошее на десерт. – С такой с удовольствием повалялся бы на сене!
Эльдар фыркнул и отвернулся.
– Никогда не лег бы с ежом в кровать.
Сыну Еспера это показалось невероятно смешно.
– Еж? В кровати? Ну ты даешь!
Эльдар ни разу не взглянул вслед Виллему.
На следующий день Виллему снова пришла на стройку, но Эльдара не было. Уже без такого энтузиазма, как раньше, она помогала в работе, держалась рядом с Никласом, но все же ей один раз удалось поговорить с глазу на глаз с одним из братьев Эльдара.
– Сегодня вас не так много, – осторожно заметила она.
– Немного? – кисло ответил брат. – Эльдара нет.
– Вот как. Значит, только он отсутствует. Где же он прячется?
– У него другие дела.
Виллему с удовольствием спросила бы, придет ли он на следующий день, но это было бы слишком прозрачно, это понимала даже она.
Довольно скоро отказалась она от работы и пошла в Гростенсхольм.
Там она с глазу на глаз встретилась с Маттиасом. Он уже приближался к пятидесяти, но в это никто не мог поверить. Детское невинное выражение лица не исчезло, несмотря на пережитые страдания, на те беды, которые он повидал.
Сначала Виллему ходила словно кошка вокруг горшка с горячей кашей, маневрировала с тем, чтобы ее главный вопрос выглядел бы спонтанным и не играющим никакой роли.
– Впрочем, дядя Маттиас… Можно я взгляну на тайный клад Людей Льда? Я никогда не видела его.
Маттиас в ответ пожал плечами. Положение становится сложным. Виллему находится в абсолютно опасной зоне, может быть, больше всех других. Если она узнает, что клад предназначается Никласу, может вспыхнуть зависть и страстное желание заполучить его. Примеры тому уже были.
Чтобы выиграть время, он сказал:
– Смотреть там особо нечего. Что ты хочешь знать?
– Правда ли, что там есть колдовские средства?
Будь осторожен, Маттиас!
– Колдовские средства, да, колдовские средства, – рассмеялся он. – Там много курьезного.
– Какими пользовались Суль и Ханна?
– Да-а, конечно, они пользовались. Но какое воздействие эти средства оказывали на них, нам не известно.
– Я слышала, что эти двое были искуснейшими колдуньями.
– Не верь всему, что болтают.
– Но об этом рассказывала бабушка Сесилия!
Маттиас улыбнулся:
– Тетя Сесилия фантазирует, и мне кажется, не стоит усваивать ее отношение к истине. Она всегда немного преувеличивает. С тем, чтобы показаться интересной. Точь-в-точь, как ты.
Виллему подумала, что не доберется до клада никакими путями. У дяди Маттиаса на все был готов ответ, и он всегда умеет увести ее в сторону от главного предмета.
– Почему мне не позволено посмотреть на клад?
– Потому что его ужасно хлопотно вытаскивать.
– Вы никогда им не пользуетесь, дядя Маттиас?
Он смутился. Смотрел на эту очаровательную, прекрасно одетую девушку, но ангельское выражение на ее лице ни на секунду не могло его обмануть. К тому же у нее были желтые глаза Людей Льда.
– Иногда я кое-чем пользуюсь. Но вообще-то я лечу обычными лекарственными травами. Действую в соответствии с данной мною клятвой.
Виллему долго колебалась, прежде чем задать главный вопрос. Она сначала не думала поднимать его, но поскольку дядя Маттиас оказался таким недогадливым и упрямым, то…
– Правда ли рассказывала бабушка, что Суль пользовалась иногда любовным напитком из трав? С тем, чтобы приворожить к себе мужчин?
В мягких глазах Маттиаса заиграла улыбка. Сейчас вокруг этих глаз уже пролегли морщины, но они как и раньше оставались такими же лучистыми и жизнерадостными.
– Суль не нужно было прибегать к таким уловкам. Она была столь очаровательна, что, как говорится, могла заполучить кого угодно. Ты ведь видела ее портрет? Даже если вы по цвету и чертам лица очень отличаетесь друг от друга, все же, мне кажется, определенное сходство между вами существует. Может быть, в выражении лица. В нетерпеливости скорее получить от жизни все.
Снова он обвел ее вокруг пальца. Она почувствовала усталость.
– А на других она испытывала такие травы? Чтоб помочь другим людям?
– Какие травы?
Зачем он ставит ее в такое трудное положение?
– Такие… привораживающие.
– А, эти. Не знаю.
Виллему кипела от раздражения.
– В кладе есть такие средства?
Наконец Маттиас кое-что стал понимать. Она вовсе не интересуется всем содержимым клада, а только хочет влюбить в себя какого-то парня. Это тоже серьезно, но все же облегчение было так велико, что он поднялся с улыбкой.
– Пойдем, взглянем!
Виллему вскочила и последовала за ним в небольшую отдельную комнатушку в Гростенсхольме, где он хранил свои медицинские препараты.
Кто же покорил сердце Виллему, забавляясь, думал Маттиас. Наверное, какой-нибудь молодой человек, с каким она встретилась этим летом где-нибудь в поместье или в Гростенсхольме. Она ведь встречалась с молодыми людьми из лучших кругов общества Акерхюсской провинции. Маттиас очень хотел бы дать ей какое-нибудь безопасное привораживающее средство и затем понаблюдать, как будут развиваться события.
Но ему не следует этого делать.
Он открыл множество замков, а Виллему в это время напряженно смотрела. Наконец он вытащил ящичек и поставил его на свой рабочий стол.
– Я навел здесь порядок и составил опись всего, – пояснил
