Абзац мимо, лирику пропустить. Еще абзац долой, так, читаем дальше…
«У нас, у картографов, не у всех, конечно, а у экипажа „Взрезающего“ в традицию превратились пикники на необитаемых островах в последний день перед возвращением домой. На этом острове мы расположились в просторной нише у самой вершины горы из гранита и песчаника, напоминающей пирамиду, что стоит возле города Олошдоль, разве что менее правильных форм. Укрепленные на вершине и по склону факелы выхватывали из темноты: резцы и коренные зубы скал, на вершинах которых причудливо кривились силуэты крученых-перекрученных ветрами елей, впадины с болотцами, чья поверхность отливала оловом, островки растительности, переплетающейся стволами, стеблями и ветвями, чтобы группой устоять под штормовыми ветрами, крупных хищных птиц, в панике начинавших бить крыльями воздух, когда попадали на свет. Сарк-Дани играл нам на флейте, а мы пили красное вино „Ложель“ с виноградников Солнечных долин, хмель от которого держится в голове несколько минут и потом выходит быстро, как воздух из надувного шарика, вызывая в этот момент ощущение сродни тому, что испытываешь на качелях, ухая вниз с большого подъема».
Твою мать, где же про лихорадку?! Поэтично, проникновенно, вызывает зависть, но на фиг публиковать весь отчет какого-то грамотного моряка-картографа в справочнике по болезням! А, вот, наконец-то, дошли…
«На следующее утро мы обнаружили двух наших товарищей, юнгу Биан-Гоша и картографа из третьего взвода Ават-Трого без сознания и с посиневшими лицом. Один лежал в своей койке, другого нашли на берегу в полусотне шагов от корабля…»
Далее следует детальное описание симптомов и течения болезни, это нам неинтересно, про это мы уже наслушались. Так, продолжаем отсюда…
«Мы решили похоронить их не по флотскому обычаю, а по сухопутному, то есть предать земле. Для чего капитан распорядился отложить отплытие на шесть-семь дней. Экипаж не роптал, решение капитана не поддержал только верх-помощник Фрег-Олл, ну да он всегда всем был недоволен: достаточно вспомнить шторм в Жемчужном проливе, когда он…» Пропустить. Так, так, где у нас дальше по существу? Вот.
«Фрег вернулся на корабль с берега и показал всем, что он нашел в горах. Минерал, размером с орех, прозрачный, похожий на алмаз. Верх-помощник рассказал, что он нашел возле потухшего вулкана в разломе скалы блестящую, как россыпь брильянтов, жилу. Он попытался сперва отковырять кусок ножом, но только лезвие сломал. Потом пробовал отбить другими камнями, и тоже ничего не вышло. Тогда он подумал, что должен же был хоть кусочек сам по себе отвалиться. Фрег излазил всю округу, все колени истер, но все-таки нашел обломок. Мы подивились находке, никто не смог сказать, что это такое, после чего мы разошлись спать.
На следующее утро весь экипаж проснулся с чудовищной головной болью. Всем без исключения было плохо. Корабельный лекарь истратил без остатка запас семитравного бальзама, и все зря, никому не помогло. А потом все разом забыли про головную боль — когда узрели воскрешение юнги и картографа из третьего взвода.
Бывалый моряк Рон-Часми свалился в обморок, увидев выбирающегося на палубу юнгу Биан-Гоша с совершенно нормальным, не синим лицом. Оба больных каменной лихорадкой полностью выздоровели. Следа болезни не осталось. Подумав, мы приписали их чудесное исцеление небывалым свойствам камня, найденного Фрегом. Камень, видимо, испускает какие-нибудь живодейственные лучи. Мы решили так, что образованные люди в столице разберутся, как и что на самом деле.
Минерал исчез во время плавания, кто-то выкрал его у Фрега из рундука. Ох и бесновался же Фрег! Он заподозрил в краже боцмана Дюга, у них чуть до поножовщины не дошло, да и дошло бы, если бы не вмешательство капитана. Капитан взял расследование в свои руки, обыскали весь корабль, но камня так и не нашли.
Этот рассказ подтверждают собственноручные подписи юнги Биан-Гоша и картографа из третьего взвода Ават-Трого».
И самое главное в самом конце. Одна строчка: «Карта острова (см. приложение 97)». Сварог лихорадочно открыл раздел «Приложения» и отыскал девяносто седьмое. Там была и карта острова, составленная картографами «Взрезающего», где, по рассказам верх-помощника Фрега, отмечено примерное место обнаружения минерала.
— Были еще экспедиции на тот остров? — быстро спросил Сварог патронессу, отрываясь от книги. — Вы должны же были проверить даже такую сомнительную историю! Ведь все же были напуганы эпидемией лихорадки… Ах да, вскоре мир от лихорадки избавил энергичный штабен-йор… Но все равно, из чисто научного интереса могли снарядить экспедицию.
— Сейчас посмотрим.
Эйлони вновь подошла к шкафам, пробежалась глазами по полкам и достала огромную книжищу, оказавшуюся «Географической энциклопедией». Дожидаясь, пока патронесса ищет необходимую статью, Сварог с разрешения хозяйки набил одну из трубок и закурил. Давно он, кстати, не курил — с отвычки даже голова пошла кругом…
— Вот, — нашла наконец Эйлони. — Однажды к острову Навиль, обнаруженному картографическим кораблем «Взрезающий», была отправлена экспедиция из двух кораблей, дабы скрупулезно исследовать остров. Корабли обратно не вернулись, после чего остров был занесен в разряд неперспективных и больше никаких упоминаний о нем энциклопедия не содержит.
— Допустим, — сказал Сварог. — А в точности такие минералы, минералы с подобными свойствами, нигде больше не находили, как бы это выяснить?
Выяснили и это с помощью богатой библиотеки патронессы, состоящей преимущественно как раз из естественно-научной и сугубо медицинской литературы, — мимо. Геологи Короны чего только и где, оказывается, не обнаружили — кроме самого нужного минерала. Выходит, только на том острове и нигде больше?..
Затем Сварог затребовал карту планеты, разложил ее на столе.
— Проклятье! Остров на другом конце света. Сколько, вы говорите, у меня в запасе? Шесть дней? Минимум… И как я смогу добраться туда и вернуться обратно за шесть дней?!
Патронесса взглянула на него с удивлением. Впрочем, удивление внезапно сменилось восхищением.
— Вы не из Короны. И не из протекторатов. Вы из Лангары!
— Можно и так сказать. А можно и иначе, — отмахнулся Сварог. Да хоть из Йошкар-Олы, после разберемся. Сейчас главное — Рошаль. — Не в этом дело, черт возьми! Я долго жил… вдали от обитаемых земель, я многого не знаю, многого не умею, задаю подчас дурацкие вопросы. Иногда их повторяю. Как можно добраться до этого расчудесного острова за шесть дней?
— Обыкновенному человеку никак не добраться.
— А необыкновенному? Необыкновенный может долететь до острова?
— Исключено. Поблизости нет цивилизованных земель, значит, нет аэродромов. Как вы подзарядите аэропил? Энергии, которую вы получите на ближайшем к острову аэродроме, — вот, видите? — хватит едва на треть пути до острова. А приземлиться? А взлететь и вернуться обратно?
— Морской путь? Корабли? — спросил он, выбивая трубку о край пепельницы.
— Самый быстрый корабль доберется до острова дней за десять, да и то при благоприятных течениях, — сказала патронесса, с грустью глядя на Сварога.
— Эйлони, а что вы подразумевали под необыкновенным человеком? — после некоторой паузы вкрадчиво спросил Сварог.
Патронесса замялась.
— Я неточно выразилась. Под обыкновенным человеком я имела в виду простого обывателя, то есть не принадлежащего ни к императорской семье, ни к руководству Каскада, ни к верхушке армии и флота…
— А какими возможностями располагает верхушка? — Сварог замер в охотничьей позе. Неужели все-таки забрезжил вариант?
— Скоростниками, конечно. Неужели вы… Ах да, вы же из Лангары…
— И что катера? Им сколько нужно, чтобы проделать такой путь?
Эйлони еще раз взглянула на карту. И твердо сказала:
— Четыре дня.
— За четыре дня, — Сварог начал ходить по кабинету. — Значит, четыре дня туда, четыре обратно и два еще в запасе. Подходит. А если взять моего друга с собой…
