— Айно, я не знал!
— Незнание не освобождает ни от ответственности, ни, тем более, от наказания, — слегка поклонился мне бордовый. — Слово Императора закон,
— Я не буду просто смотреть на то, как ты мне ломаешь кости и пробиваешь ими мою плоть.
— И слава богам. Я буду рад если наказание произойдет в бою, друг мой, и делать тебе открытые переломы не принесет мне удовольствия. — слегка поклонился Айно, убирая свиток в рукава кимоно. — Я жду тебя снаружи, и помни, такова моя работа. Ничего личного.
Бордовый вышел из дома, скрипя снегом, а я переглянулся С сирой.
— Если я проиг… — начал говорить я, но Сира меня тут же перебила.
— Я либо пойду с тобой, либо найду тебя где угодно, — твердо проговорила девушка, а затем стрельнула по мне карими глазами и спросила — Сколько их? Других девушек.
— Одна, и это оно.
— Семечко?
— Да, я опека его, и да, надеюсь, Айно не знает об этом, — выдохнул я. — Остальное расскажу тебе позже, после боя.
На улице уже вовсю царствовала ночь, но снег усиливал свет луны. Прямо в сугробе стоял Айно в своем бордовом кимоно. Ночь была прекрасна, прекрасное время умирать, но я был слишком вымотан, да и убивать партнера по Пак-Шо не стремился. Но, как уже говорил, и смотреть на то, как меня будут увечить, я не собираюсь.
— Начнем? — вставая напротив друга, проговорил я и активировал единение стихии.
— Право первого удара за тобой, — кивнул мне Айно, и я не стал более ждать.
Огонь и земля уничтожали снег на моем пути, я был быстр, очень быстр, десятки шагов преодолел за два удара моего сердца. И вот мой раскаленный нож вошел в грудь символиста, а его глаза начали тускнеть. Один удар, одна унесенная жизнь, которую забирать не хотелось.
— Так просто? — пронеслась мысль в моей голове, но вдруг Айно начал слабо шевелить губами.
«Моя очередь» — прочитал я по губам мастера-символиста, и боль обожгла руку, что сжимала рукоять ножа, что вошел по ручку в тело Бордового.
— ААА! — ошарашено вскрикнул я, отпуская рукоятку ножа. В моей руке, пробив кожу, торчала моя собственная кость. Я тут же начал падать на землю, ноги перестали меня слушаться, а из новых переломов хлестала кровь.
— Фух-х! — выдохнул Айно, аккуратно выдергивая нож из груди и заливая кровью свое бордовое кимоно. — Теперь-то ты понял, почему я бордовый? — спросил меня Айно.
— Гра-а-а-а! — вместо ответа я содрогнул пространство и рев пламени заглушил легкий вскрик испуга Сиры где-то сзади. Я словно огнедышащая тварь выдохнул поток пламени в сторону противника.
Айно шел ко мне сквозь пламя, его горящая плоть опадала, а вместо неё нарастала новая. В какой-то момент я увидел его череп и кости, что все еще шли ко мне в неизменном бордовом кимоно, но Айно, казалось, было невозможно остановить. Вот он приблизился ко мне, стоящему на коленях в луже собственной крови. Его рука коснулась моей шеи позади и маленькая булавка пробила мою плоть, и тут же пламя, что я выдыхал, оборвалось. Меня парализовало, я мог лишь размеренно дышать.
— Ты не единственный проклятый, — усмехнулся Айно, на котором не было ни единой раны. — Я такой же как ты, просто ты молод, а вот мое время уходит…
Я услышал легкий скрип снега позади, который почти сразу прекратился, а Айно строго проговорил.
— Госпожа Сира, я не враг Рыку, и не собираюсь вам вредить, никак, ни единому волосу на вашей голове, — слегка смягчился Айно. — Вы можете перенестись вместе с нами в Империю и присутствовать на суде, что будет полезно, а можете напасть на меня. Я вас парализую и оставлю здесь, а это значит, что вы с Рыком не увидитесь еще как минимум год и три дня, каков ваш выбор?
— Я пойду с вами.
— Прекрасный выбор, — выдохнул Айно, и обмотал меня цепью, видимо, для того, чтобы тащить за собой. — Вы можете собрать с собой вещи, а я пока вправлю кости Рыку. Наказание исполнено. Не дело более ему вредить.
— Вы ему правда друг?
— Да, но работа у меня такая, наказывать, — усмехнулся Айно. — Жестоко наказывать.
Говорить я не мог и потому я слушал, пока меня некоторое время тащили по сугробам. Сира спрашивала Айно, а тот охотно ей отвечал. И вот моя боевая подруга наконец спросила, зачем я Императору.
— Я скоро помру, а он меня заменит, кстати… — улыбнулся Айно, таща связанного меня моей же цепью. — У вас дети теперь есть, госпожа Сира.
— Что? Когда он успел? — воскликнула Сира.
— Усыновил, совсем недавно, — рассмеялся Бордовый. — Вы только не убейте Рину, первую из рода Калибан, а то я буду вам мстить.
— Хм.
— Вот вам и Хм. Кстати, офицеру армии Императора дом положен. Наверняка завтра вам его и выдадут, я могу присмотреть хорошие варианты. Вам в центре или на окраине? — таща окровавленного меня по сугробам, непринужденно вел светскую беседу Айно.
— А вас не смущает рассуждать о том, что получит Рык в то время, как он находится в подобном положении? — удивилась Сира.
— Оу, это вы с непривычки, поверьте, я все сделал без злобы, и, к слову, очень радею за Рыка. — усмехнулся Айно. — Он очень сильно напоминает меня в молодости… Что ж, вот мы и пришли.
— Куда? — спросила Сира, стоя посреди сугроба в белой шубе. — Тут же ничего нет.
— Седьмой! — прокричал Айно.
И через секунду я услышал голос наставника.
— Бордовый, ты обещал.
— Да живой он, я аккуратно, — ответил наставнику Бордовый. — И крови я его не испил, как мы и договаривались,
— Готовы к перемещению? — не стал спорить наставник, которого я не видел, но его голос словно пронизывал пространство
— Готовы к чему? — спросила Сира, и ее голос пропал, а затем сознание начало покидать меня. Прежде чем уйти в небытие напоследок я услышал бормотание Айно.
— А мне всё-таки интересно, какова же на вкус твоя кровь?
Мир померк. Перенос прошел так же, как и в прошлый раз. Мое тело умерло, чтобы ожить где-то там, в империи, где будет проходить суд, а затем мне придется отдавать долги. Но это будет там, в Империи, а здесь последнее дуновение холодного ветра и мрак беспамятства.
Конец главы.
Интерлюдия
Интерлюдия.
Ночь, императорский дворец, зал, затерянный во множестве коридоров.
Айно Молох привычно раскладывал камни с искусной резьбой на поделенную на клетки доску. Игра в Пак-Шо не ладилась. И неудивительно, играть с самим собой задача нелегкая, но для мастера по Пак-Шо это было привычной забавой. Рядом на камне у столика грелся чайник с чаем. Мастер символистов так и не смог уснуть после боя, что произошел пару часов назад, и сейчас пытался успокоиться при помощи любимой игры. Удар в грудь ножом не оставил и следа, как и всегда, но тело болело. А самое страшное, что Айно почувствовал близкое, холодное дыхание смерти, о которой за долгие годы уже успел позабыть.
Вдруг дверь тихо скрипнула, и в зале практически бесшумно появился серый, усталый человек.
— Ваше величество, — привстал Айно, на что император лишь махнул рукой.
— Хватит, Айно, не издевайся, оставь все эти традиционные поклоны для приемов. Мы уже столько знакомы, а ты до сих пор придерживаешься этикета, — лениво проговорил император, идя к столу, а Айно сел обратно и поставил напротив себя и игральной доски небольшую фарфоровую чашу.
— Партию в Пак-Шо? — спросил Айно, наливая чай для императора.
— Можно. Как все прошло? — пригубил чай император и изумленно добавил. — И откуда такой чай?
— Рык наставнику подарил за перемещение. Я немного изъял, незаметно, с учениками надо делиться, — хитро улыбнулся Айно. — А прошло все хорошо, но я старею, ваше величество, и скоро не смогу выполнять свою работу.
— Причины? — вздернул бровь император и на его уставшем лице появились глубокие морщины. — В прошлый раз, после того, как ты завел свою речь о старости, город соседней страны был уничтожен, и что-то тебе не помешала старость.
— Сегодня в бою с Рыком я хотел поймать его нож ладонями, — печально выдохнул Айно. — Но поймал его лишь грудью. Рык быстрее меня, и если бы не мой дар, то…
